Чтение онлайн

— Дроган, ему кошель уже не понадобится, а у нас скоро закончатся деньги. За нами идёт дружина князя. Вряд ли получится в скором времени заработать. А оправдывать себя я предпочёл бы на полный желудок.

Мормагон закинул добычу в свой мешок, поднялся, и зашагал вперёд. Лада молча отправилась за ним.

— Ну и чем мы тогда лучше этих мародёров?

— Как минимум — тем, что живы. Ну и я гораздо симпатичнее на вид. И ещё они заманивали людей в ловушку, а мы лишь оборвали мрачную цепь их бесчеловечных преступлений.

Позади Дроган не переставал ворчать.

— Ни за что не притронусь к этим грязным деньгам.

— Твоё право. Я совершенно поддерживаю тебя в этом благородном решении.

— Как неосмотрительно с твоей стороны было произносить те слова прежде, чем ты пересчитал оставшиеся монеты, — сказал Мормагон, отрывая зубами кусок сочной баранины.

По крайней мере, он надеялся, что это — действительно баранина, как уверял кабатчик.

Дроган молчал. Лицо его было мрачнее, чем у сборщика налогов, которому предложили прийти на следующий год.

Мормагон принюхался.

— Свежий хлеб пекут, — сказал он со вздохом. — А у тебя уже и деньги скоро закончатся. Не будет тогда ни горячего сочного мяса с перцем, ни холодного кваса. Такого, что б прям скулы сводило! Эх…

— Хватит уже, — оборвала музыканта Лада. — Тебя послушаешь, так рот слюной наполняется. Не бойся, братец, я с тобой всегда поделюсь.

— Да я-то что? Я ничего. Тоже поделюсь, конечно. Вот, где тут у меня этот кошель…

— Оставь себе, — резко сказал Дроган и поднялся, чтобы выйти.

Лада удержала его за руку.

— Стой, не глупи. И ты, Мормагон, прекрати. И так нас ищут. Не нужно делать всё ещё хуже, издеваясь друг над другом. Дроган, я тебя понимаю. И готова согласиться с твоими доводами. Эти деньги, действительно, нечисты, и мне бы тоже не хотелось к ним прикасаться.

Мормагон закатил глаза.

— Отлично. В хорошенькую же ситуацию вы меня поставили. Выбросить я их не могу, а коль буду пользоваться — меня же совесть заест. Да, она у меня есть, можете себе представить! Хорошо, я отложу кошель на чёрный день. Если совсем есть нечего будет, думаю, вы и сами согласитесь его достать.

Дроган опустился обратно на стул.

— С этим решили. Теперь давайте думать, что делать дальше.

— О чём тут особенно задумываться? — произнёс Мормагон, придвигая свою тарелку Дрогану. — Надо выяснить, кто свидетельствовал против нас. Он точно что-то знает.

— И как мы это узнаем? — спросил воитель, отрывая кусок мяса.

— Ратибор, — ответила Лада. — Он должен быть в городе. Больше мы никого не знаем из окружения князя. Наверняка он в курсе происходящего.

— Не знаю, кто это, — сказал Мормагон, — но с чего вы взяли, что он просто не выдаст нас?

— Придётся рискнуть.

Некоторое время беглецы ели молча. Их убежищем стал небольшой кабак в районе трущоб. Здесь, в пропахшем мочой, брагой и блевотиной полутёмном зале, никому не было дела до троих незнакомцев.

— Ладно, я выберусь и разузнаю, — подал голос Мормагон. — Из вас я — самый неприметный, и у меня в городе есть знакомые, которые могут помочь.

— Сколько времени тебе нужно?

— Пойду с утра, обернусь к вечеру.

Дроган кивнул.

— Пора устраиваться на ночлег. Надеюсь, клопов здесь не слишком много.

Его надеждам не суждено было исполниться. Всю ночь Лада проворочалась, мучимая укусами насекомых. Её будил то шорох крысиных лапок в стенах, то истошные крики за окном. В какой-то момент внизу, кажется, началась драка. Лёжа в кромешной темноте с открытыми глазами, Лада вновь пережила приступ паники, какой случается, должно быть, у погребённых заживо.

Мормагон вернулся под вечер с очень довольным видом. К этому времени Лада уже молила святых покровителей, чтобы они помогли музыканту, и беглецы могли, наконец, покинуть опостылевший кабак. Пару раз местная пьянь порывалась оказать ей ненужные знаки внимания, и это заканчивалось дракой с Дроганом. Впрочем, дракой это можно было назвать с натяжкой — одного удара пудового кулака воителя хватало, чтобы выбить из местного отребья желание связываться с охотниками.

Обстановка накалялась. Как раз в то время, когда она готова была уже взорваться, и появился Мормагон. Сев за стол рядом с товарищами, он, не скрывая самодовольства, сообщил:

— Я всё выяснил. Говорят, ваш приятель засел в таверне под названием «Кошачья колыбель». Совсем недалеко. Но рассказавший об этом человек советовал к нему не соваться — вроде как нрав у него нынче ещё хуже обычного, что бы это ни значило.

Несмотря на тревогу в последних словах музыканта, Лада мысленно вознесла благодарственную молитву.

— Хорошо, тогда отправляемся.

Мормагон удивлённо приподнял бровь.

— Прямо сейчас?

— Незачем откладывать, — ответила Лада, бросив взгляд на группу оборванцев, недобро косившихся в сторону Дрогана. — Все вещи у нас с собой.

Музыкант огляделся и молча кивнул.

— Сестрёнка, сними шляпу, — посоветовал Дроган, поднимаясь с места. — Уж больно она у тебя приметная.

Лада покачала головой.

— Послушай, я знаю, как ты дорожишь подарком отца. Но вряд ли он будет рад, если ты попадёшься из-за такой мелочи. Просто убери её в сумку и накинь на голову капюшон.

Поразмыслив, охотница вынуждена была признать правоту товарища по оружию.

Вышли через заднюю дверь, которая вела под длинную низкую каменную арку. По бокам были навалены старые бочки и разбитые ящики, так что оставался узкий проход, по которому в ряд мог пройти лишь один человек. Шагать приходилось осторожно, чтобы в царившем вокруг полумраке не наступить на гвоздь или осколок. Оказавшись на улице, Мормагон свернул налево. Туда, где на невысоком деревянном помосте выступал проповедник в алом балахоне, громогласно зачитывавший строки Писания. Два служки стояли по бокам, держа в руках факелы. Проходя мимо, Лада отвернула лицо, опасаясь, как бы её не узнали. Но святой отец был слишком увлечён звуками собственного голоса. Казалось, он не замечал даже небольшую горстку людей, внимавших его словам.

Беглецы продолжили путь, а за спинами их гремела речь о необходимости покаяния и вечном проклятии для неверных. В паре десятков шагов от проповедника, в небольшом закутке, образованном стенами домов, была открытая едальня. Под навесами стояло несколько выщербленных столов со скамьями. В стороне, над пламенем открытого очага, висел большой котёл с похлёбкой. Лада невольно поморщилась, почуяв исходивший от неё запах, и ускорила шаг.

Вдруг шагавший рядом Дроган толкнул её локтем и указал вперёд. Там, в свете факелов, Лада увидела троих дружинников, как раз заворачивавших навстречу с боковой улицы. Схватив Мормагона за капюшон, Дроган толкнул его в грязный закоулок по правую руку. Лада последовала за ними.