Чтение онлайн

— И с елкой этой… Не трать зря время, зачем в лес пойдешь, выбросим, все равно дерево умрет! Не умрет! — всхлипнула она почти истерически. — Не умрет, потому что оно, пока в горшке стояло, корни пустило! Я читала, что такое бывает и что если ее в песок, в почву посадить, елочка может прижиться! А убивать ее просто так не дам… И пусть ругаются! Да, ушла без разрешения! Да, подслушала! И хорошо, что подслушала! Так бы и ходила в дурочках иначе… О счастье моем они заботятся… выслушали бы лучше сначала, прежде чем так заботиться!

Взгляд, в котором затаилась обида и отчаяние, метнулся к аккуратно уложенному в сугроб деревцу.

— Выполнила свою роль — и на помойку… И меня вот так же из дома, да?! — Рэлико снова сердито вытерла слезы и коснулась тонкого ствола. — Ты же выживешь, правда? Ты же еще живая! И совсем иголки не облетели, пока у нас в ведре с песком стояла! Даже корешки есть…

Она не удержалась на ногах и опустилась на колени. Оперлась голыми руками на раскопанный снег.

— Ты же ее не заморозишь, правда? — срывающимся голосом спросила она, стиснув снег в кулачках. — Я в запале матушке сказала, что если деревце не приживется, я соглашусь выйти замуж за того, кого они выберут… Ты же поможешь, да? Ты же заботишься о семенах, упавших в землю… Может, и о елочке позаботишься?

Каждое слово Ланеж слышал одновременно ушами и сердцем. Каждое падало в душу. Молитва наликаэ… Просьба его наликаэ… Да еще такая… как же можно отказать?

Лопатка ударилась о твердую землю, и девушка с тихим «Наконец-то!» принялась раскапывать ее… точнее, попыталась.

Ланеж выглянул из-за массивного дуба, чуть шевельнул пальцами, убирая из земли стужу. Именно с того участка, где она копала. Так ей будет легче.

Вообще место удачное. В почве много песка… есть шанс на то, что елочка действительно приживется.

Ямка быстро росла. Вдруг девушка выронила лопатку, прижала дрожащую руку к губам.

— Ну вот как им объяснить… Когда я сказала, что хотела совсем иного, матушка заявила, что они с отцом и сами справятся, а девушке подслушивать негоже. Слушать ничего не стала, отчитала и наказала, запретила на последнее гулянье идти… Ладно, пусть я не очень красиво поступила… Но… замуж? Вот так? Сразу? И ведь они уже начинают сговариваться, я же слышала, как папенька с другом говорил! Разве за моей спиной красиво так делать?

Она снова всхлипнула.

— Не хочу я так! Ну как им втолковать?! Я хочу познакомиться с ним сама, узнать, кто он, какой он… чтобы поухаживал, как в книгах пишут! А потом самой дать ответ, когда он сделает мне предложение! А матушка… матушка только нахмурилась и сказала, что детей, которые противоречат родителям, накажут боги… и что я зря истерику устраиваю, мол, не умеешь подслушивать — не берись, ведь никто меня еще минимум два года замуж не отдаст… Но помолвку хотят заключить уже сейчас! А я… я ведь о любви мечтала…

И слезы потекли ручьем.

Ланеж не выдержал. Сделал шаг, другой… снова остановился.

Радужка бы наверняка знала, что делать в такой ситуации, как поступить, что сказать, какую силу призвать… А он понятия не имел.

И в итоге привычно затаился за снегом и инеем на ветвях. В сердце поселилась непривычная, странная боль, как будто даже не его собственная… А причиной были ее слезы.

Не плакала бы ты на таком морозе, огненная девушка…

Рэлико, словно прочитав его мысли, опять упрямо вытерла щеки, подхватила елочку, поставила ее в ямку и, аккуратно придерживая ствол одной рукой, принялась подгребать землю другой.

Ланеж пригляделся — и впрямь корешки появились… Может прижиться.

Вздохнув, укрылся невидимостью, чувствуя, как она быстро тянет силы. Надолго его не хватит… Осторожно, боясь выдать себя, придержал ствол елочки, чтобы не покосилась, пока его наликаэ приминает и утаптывает землю. Задержал дыхание, когда ее рука, перемазанная землей, на миг коснулась его пальцев, облаченных в черные перчатки…

Замуж? Такую юную, чистую, полную детской непосредственности? Как это ее родителям вообще в голову взбрело…

Надо будет все-таки изучить человеческие традиции. Пожалуй, весной он будет ехать очень медленно, приглядываясь к людям по-новому.

Его огненная девушка погладила елочку по веткам.

— И ведь понимаю, что родители, по сути, правы, — с горечью произнесла Рэлико. — Что в восемнадцать лет чаще всего помолвки и заключаются… Сначала выдают замуж, а там уже, с благословения мужа, заниматься делами… но до последнего думала ведь, что родители так не поступят. Подумаешь — выждать год-другой, как будто в наши дни никто так не делает… А они — традиции, традиции… — прерывисто вздохнула, сгребла в ладони снег, снова замерла, думая о чем-то… Наконец встряхнулась и энергично забросала им землю. Подумала и насыпала немного на ветки.

— Ну вот. Словно всегда тут стояла.

Ланеж сосредоточился, напряг зрение, выискивая нужного духа.

Припал к земле, поклонился. Тихо шепнул:

— Помоги, пусть приживется…

Один из лесных духов плодородия — забавное согбенное создание, больше всего смахивающее на пенек с сучковатыми ножками и ручками — склонил набок мохнатую зеленоватую голову, смешно торчащую из «сруба». На ней выделялись два больших черных глаза, которые серьезно, вдумчиво посмотрели на Ланежа.

— Не откажи, Адаш, — серьезно попросил снежный бог.

Дух перевел взгляд круглых глаз на девушку. О чем-то серьезно поразмыслил, глядя, как та напоследок голыми, покрасневшими на морозе руками приминает снежок под елочкой, поглаживает колючую верхушку… и наконец торжественно кивнул. Тихо пискнул и устроился под деревцем, приник тельцем к тонкому стволу… Ланеж увидел, как от духа побежали изумрудные искорки жизненной силы.

Со своей стороны, он придержал холод. Такая стужа сейчас ели ни к чему. Вот напитается жизненной силой, через недельку-другую окрепнет — тогда и холод вернется на место…

Стоп. Дух духом, а куда делась его наликаэ?..

Отвлекся!

Ланеж поспешно обернулся.

Огненная девушка стояла в центре небольшой поляны, спиной к нему, спрятав покрасневшие, испачканные в земле руки под плащ и глядя ввысь, на звезды. В морозную ночь каждый выдох белым облаком сперва поднимался в небо, а затем оседал искрящимися ворсинками на волосах, ресницах и одежде. Она вряд ли смогла бы увидеть крошечные ледяные кристаллы, Ланеж же различал их отчетливо… Словно мельчайшей алмазной крошкой присыпали.