Чтение онлайн

Сам не заметил, как оказался в узком проулке, который выходил из двора куда-то дальше. Природное любопытство взяло верх, и я, закинув чехол на плечо, зашагал по незнакомым улицам...

Я не знаю, почему остановился возле этого подъезда старинного дома.

На небе сверкнула молния -- один из её отростков с электрическим треском ударил в вывеску над входом.

Как это показывают в плохом кино -- вывеска завибрировала, и в темноте, расцвела надпись: "Отель Глория"...

(

Реконструкция событий N 321 - редакция.

)

– - До 1991 года территория современного Даниловского района входила в состав Пролетарского и Москворецкого районов Москвы. В 1991 году в Москве была проведена административная реформа, в ходе которой были созданы административные и муниципальные округа. Так временные муниципальные округа "Симоновский", "Павелецкий" и "Даниловский" были организованы в составе Южного административного округа Москвы...

– - А можно выйти, Павел Георгиевич?

– - Гончаров, имей терпение! Лекция заканчивается -- сейчас все пойдут!

– - Извините...

– - Реферат к следующему занятию! И не забудьте про монографию Рубинштейна! Сдать реферат не позднее пятого, это четверг... Всем ясно?! Ставлю "двойки"!

– - Павел Григорьевич!

– - Что тебе Платов?

– - Павел Григорьевич, а я тут один вопрос не понял в самостоятельной, по поводу социальной стратификации, это, типа структура общества вообще?!

– - Сергей -- к чему этот вопрос? У нас историография сейчас, если тебе интересно...

– - Тут у нас недавно был семинар по социологии, и Евгения Николаевна сказала...

– - Евгения Николаевна простой методист -- что она могла сказать?

– - Ну, просто про президента...

– - Короче... на все вопросы я отвечу, если зададите мне их в вашем, этом... как его "контакте"... вот.... И вообще... Платов... Ты самостоятельную прошлую, когда сдашь? "Банан" у тебя уже один стоит...

– - А я болел... у меня мама болела...

В проёме дверей появляются два человека в строгих костюмах. Один из них подходит к крайнему ряду, и что-то шепчет миловидной девушке с карими глазами, показывая рукой на аудиторию. Та кивает, и начинает что-то быстро набивать в своём телефоне. Одновременно она что-то говорит своей соседке. Мужчина в костюме присоединяется к своему спутнику. Они подходят к кафедре, и тут становится их видно чётче: один с лицом бульдога, второй -- с лицом моржа.

– - Полосин Павел Григорьевич?
– - бульдог говорит, словно жуя бутерброд.

– - А кто вы, собственно такие?
– - профессор морщится, будто хлебнул уксуса.

Мужчина с фигурой и костюмом моржа достаёт из внутреннего кармана картонный продолговатый предмет, цвета киновари.

– - Федеральная Служба Безопасности, лейтенант Зенин, -- говорит он в пол голоса, -- проследуйте, пожалуйста, с нами.

– - Что это значит?!
– - профессор выпучил свои зрачки в линзах окуляров.

– - Мы сказали вашим студентам, что у вас срочная конференция...

– - Да, -- подтвердил второй, с лицом моржа, -- сотрудничество с нами, в ваших интересах.

– - Но, собственно, позвольте...!

– - У вас пять минут, -- перебил его "морж", -- я что-то не ясно сказал?

Почти шипя и выдвинув нижнюю челюсть, "морж" поправил галстук: видно нервничал...

– - Я...
– - голос Павла Григорьевича задрожал, -- конечно, пойду... но поймите и вы... У вас есть основания??

– - Уголовный кодекс "эр фэ", -- "Тюлень" цинично ухмыльнулся уголком рта, -- глава двадцать девятая, статья двести семьдесят пятая...

– - То есть?

– - Государственная измена, Павел Георгиевич, -- стиснул зубы "бульдог", -- вы же образованный человек -- история, политология...

– - И что?

– - Вы подозреваетесь в получении некоторой суммы денег за некий украденный документ государственной важности...

– - Вы с ума сошли!
– - профессор вытаращил глаза.

– - Нам за это не платят... успокойтесь, -- "тюлень" стиснул зубы, -- просто, пройдите с нами до автомобиля.

– - Чёрт знает, что!
– - Павел Григорьевич неубедительно всплеснул руками...
– - повинуюсь вашей диктатуре...

– - Не говори хренотень: хочешь чтоб мы объявили это вслух?...

Когда все студенты покинули аудиторию, чуть отождав, в пустой коридор, пахнущий потом и мастикой, вышел профессор в сопровождении двоих "набыченных" фигур. За мутными стёклами тарабанил серый дождь -- капли встречались и распадались в секунды. Полосы воды отражались призрачными тенями на бледно-зелёных стенах коридора. Полосин молчал, хотя было впечатление, что за стёклами его очков тоже идёт дождь -- он двигался подобно ожившему манекену -- наверное, такие движения свойственны всем, кто чувствует обречённость.

Они спустились по гранитному крыльцу: причём Полосин открыл зонтик, а двое квадратных людей делали вид, что на них не капает.

На боковой улице стоял фургон с гербом и надписью "Почта России".

Чёрные бархатистые шторы были закрыты, и мотор урчал слишком успокоительно...

Вокруг плавал бордовый свет от тусклой лампы под звуконепроницаемым потолком фургона.

Это напоминало Полосину "Чистилище", как он видел себе его в испуганных снах.

– - Как давно вы знаете Мальцева?
– - щёки "бульдога" вздрогнули.

– - Мальцев?... (словно растягивая жвачку) Ма-аль-цев... это тенор из "мариинки"?

– - Попытка "номер два".
– - "Бульдог" хищно оскалился, -- у вас в университете работал профессор Мальцев, на кафедре Мировой истории...

– - Я его не знаю!

– - Подумайте ещё раз: как давно, и при каких обстоятельствах, вы, Полосин, познакомились с профессором Мальцевым?

– - Я с ним не общался, поверте! Я... когда я пришёл в университет... Он уже! Да-да! Он! Он был учёным с именем! Дайникен и Ситчен! Вот с кем он общался! Верно! Если вы про этого выскочку, про этого профана... Знайте! Я его не знаю! От таких учёных и гибнет наша наука! Понимаете? Как я мог с ним общаться? Это же нонсенс! Тартюф! Деятель от истории! Даже вот так -- делец! И вы говорите, что я с ним общался???