Чтение онлайн

Холден и Энсон встали передо мной как раз перед тем, как она добралась до нас.

Эбигейл отступила на несколько шагов.

– Нет, - прошептала она.

Задняя дверь хлопнула, когда Вон шагнул к нам, направляясь в мою сторону.

Взгляд Эбигейл перескакивал с одного парня на другого, прежде чем, наконец, остановился на мне.

– Что ты наделала?

– 21-

Мое сердце бешено колотилось в груди. Оно билось так сильно, что все тело дрожало.

– Я ничего не сделала.

– Я чувствую связь, - низко прорычала Эбигейл.
– Нам нужно уходить сейчас же. Возможно, еще есть надежда.
– Она рванула вперед, но Энсон и Холден преградили ей путь.
– Пустите меня.

– Нет, - сказал Холден.

Глаза Эбигейл вспыхнули.

– Если она тебе хоть немного небезразлична, ты позволишь мне увезти ее подальше отсюда и не последуешь за мной. Но тебе все равно. Ты хочешь ее просто из-за ее силы.
– Она толкнула его в грудь.
– Пропусти меня.

– Прекрати, - рявкнула я на нее.
– Не трогай его.

Взгляд Эбигейл метнулся ко мне, выражение ее лица смягчилось.

– Ты понятия не имеешь, во что ввязалась. Я все объясню, но нам нужно уходить.

– Я никуда с тобой не пойду.
– Как бы сильно я ни хотела получить эти ответы, я не брошу ребят. Я не позволю ей взять меня с собой в какое-то дикое путешествие-побег.

– Я отказалась от всего ради тебя. Просто чтобы обезопасить тебя. Ты не понимаешь.
– Ее взгляд снова забегал по комнате, едва задержавшись на одном человеке, прежде чем перейти к следующему.
– Он уже знает. Он придет сюда. Мы должны уходить.

Она атаковала Энсона и Холдена так, словно была полузащитником.

– Черт возьми, - пробормотал Энсон, пытаясь оттолкнуть ее.

Эбигейл потеряла самообладание, крича и брыкаясь.

– Отдайте мне мою дочь! Он убьет нас всех!

– Черт. Она только что укусила меня.
– Рука Энсона потянулась к щеке, когда Вон рванул вперед, отталкивая Эбигейл назад.

Ее сопротивление только усилилось. Мейсон и Коби взяли ее за руки, но она билась и брыкалась, крича о нем.

– Уберите ее отсюда, - рявкнул Холден Энсону, когда Лукас и Кин встали передо мной, чтобы прикрыть меня.

– Я не хочу уходить.

Крик Эбигейл стал громче, превратившись в бессмысленную мешанину слов.

Энсон обнял меня за плечи, мягко, но твердо направляя к двери.

– Если ты будешь рядом, только усилит ее истерику.

Я оглянулась через плечо, когда он подтолкнул меня к задней веранду. Эбигейл больше не выглядела как человек. Она представляла собой спираль из конечностей и волос.

Слезы обожгли мне горло, и я заставила себя отвести взгляд. Весь мир расплылся вокруг меня, когда Энсон вывел меня наружу. Я едва успевала оглядываться по сторонам, пока Энсон не открыл дверь в маленькую хижину. Он втащил меня внутрь, усадив на маленький диванчик в открытой гостиной.

Я двигалась как робот, опускаясь на подушки и разглядывая грубые деревянные стены. Что только что произошло? Образы и слова промелькнули в моем сознании. «Что ты наделала?»

Рыдание вырвалось из моего горла. В мгновение ока Энсон посадил меня к себе на колени, сжав в объятиях. Слезы хлынули жестокими волнами. Я сильно затрясся, но Энсон просто держал меня.

– Выпусти это, Ро. Ты должна выпустить это наружу.

И я выпустила. Я оплакивала все, что было потеряно. Все раны, нанесенные за прошедший год. Женщину, чей разум был явно сломан. Мать, которой у меня никогда не было.

Я позволяла слезам течь до тех пор, пока во мне ничего не осталось. Когда они замедлились, Энсон встал, отнес меня к кровати и уложил на нее. Он обвился вокруг меня, большим пальцем поглаживал мою шею.

– Я здесь. Ты не одинока.

– Знаю, - хрипло прошептала я.

Мы лежали в тишине. Я не знала, как долго, но Энсон ни разу не отпустил меня.

Я еще глубже зарылась в его объятия.

– Она такая сломленная.

– Это может объяснить многие ее действия.

Что, если этот слом начался, когда она была беременна мной? Я вспомнила, как читала на занятиях по психологии о распространенности психических заболеваний, начинающихся во время беременности. Что, если все это было просто плодом ее воображения? Что, если где-то был отец, который был бы рад видеть меня в своей жизни? Или, может быть, она была права, и кто-то охотился за нами обеими.

Я сжала руками футболку Энсона.

– Как мы когда-нибудь узнаем правду?

– Со временем. Нам нужно дать ей время успокоиться.

Мне хотелось верить, что это правда.

– Возможно, она зашла слишком далеко.

Он пробежался пальцами по изгибам моего позвоночника, будто играл на музыкальном инструменте.

– Мне жаль, Ро. Знаю, ты хотела получить эти ответы сегодня.

– А что, если все это было напрасной тратой времени? Что она забрала меня без всякой причины. Бросила меня, когда в этом не было необходимости.

Энсон отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Знаю, это больно. Но это также сделало тебя тем удивительным человеком, которым ты являешься.

Я подняла руку, погладив пальцами его грубую линию подбородка. Энсон знал, что такое боль, лучше, чем кто-либо другой.

– Ты когда-нибудь встречался со своим биологическим отцом?

Она задвигал челюстями вперед-назад, прежде чем ответил.

– Один раз. Я нанял частного детектива, чтобы он выследил его. Он жил в Айдахо.

– И что?

– Он сказал мне, что не хочет иметь со мной ничего общего. Что это был просто роман, и у него не было ни времени, ни денег на ребенка.

Моя рука замерла.

– Мне так жаль.

– А мне нет. В моей жизни обойдусь и без него.

Я провела рукой по его гудящей голове, его волосы щекотали мою ладонь.

– Он упускает самый удивительный подарок, который ему когда-либо могли сделать.

Энсон с трудом сглотнул, его глаза остекленели.

– Это правда, - настаивала я.
– Ты невероятен. Яростно защищаешь людей, которые тебе небезразличны. Ты заставляешь меня смеяться до тех пор, пока у меня не заболит живот. И есть в тебе доброта, которую ты пытаешься спрятать подальше. Ты знаешь, когда я нуждаюсь в тебе, и ты всегда рядом. Это величайший дар из всех. Ты остаешься, как бы тяжело ни было.

Моя рука скользнула по голове Энсона, вниз по шее и спине.

– Вы об этом говорили, не так ли? Ты остаешься, потому что знаешь, как это больно, когда кто-то, кто тебе дорог, уходит.

Глаза Энсона полыхнули тем же темно-зеленым жаром.

– Я люблю тебя, Ро. Ты увидела мою душу с того первого разговора. Это подарок, за который я никогда не смогу отплатить.

Тепло затопило меня. Наша связь была укреплена некоторыми из наших самых тяжелых переживаний, и это означало, что я никогда не могла желать, чтобы эти трудности исчезли.