Чтение онлайн

– Арси? – шепотом позвал он, не найдя друга на том месте, где он его оставил.

– Я здесь, – послышался знакомый голос со стороны одного из стойл: Арси все же решил опробовать солому в качестве постели. Оказалось не так плохо, как он боялся. – Что-нибудь раздобыл?

Зенс поставил перед ним корзину, из которой вкусно пахло тестом и фруктами – пирожки с начинкой.

– Давай быстро съедим, пока эта чокнутая не вернулась, – Зенс уже запихивал в рот пирожок с яблочной начинкой. – Между прочим, это мое первое воровство с тех пор, как я вышел из тюрьмы!

– С каких это пор кража пирожков считается воровством? – усмехнулся Арси.

– Не знаю, как для тебя, но для меня это воровство, – ответил Зенс с мрачным видом. – Когда ты освободил меня из тюрьмы, мне казалось, что я буду воровать для тебя, но, как выяснилось, эти мои навыки тебе не нужны.

– Зачем воровать, если можно взять законным путем? – пожал плечами Арси. – В последнее время я стараюсь не нарушать законы. Не хочу лишний раз платить полицейским.

– Если можно работать в рамках закона, почему бы и нет, – размышлял Зенс. – К тому же, мы ведь не в свое удовольствие воруем, это жизнь нас заставила.

– Никто не становится преступником по доброй воле. Жаль, что после таких проступков нельзя очиститься от своего прошлого, – с досадой в голосе сказал Арси. – В глазах людей я навсегда останусь преступником.

– И это тебя огорчает? – Зенс, кажется, был удивлен.

– Не люби я Парелию, мне было бы все равно, что обо мне думают. Но сейчас меня сильно беспокоит мнение людей. Хотел бы я выглядеть в ее глазах героем, а не преступником. Но увы, – взгляд Арси стал печальнее, и Зенс поспешил его подбодрить:

– Не беспокойся, все обойдется.

Они немного помолчали, и, судя по глубокому взгляду, Арси задумался о чем-то очень важном для себя. Наконец он прожевал очередной пирожок, взял следующий и сказал:

– Не могу не думать обо всем этом. Я здесь, а она там, вдали от меня, и кто-то другой пытается завладеть ее сердцем. Стоит об этом подумать, – и Арси так сильно сжал пирожок, что из него брызнуло повидло, – и просто зверею от ревности.

– Это поэтому ты такой хмурый? – догадался Зенс.

– Я ненавижу беспомощность! – со злостью в голосе воскликнул Арси. – Я бессилен, и это меня ужасно бесит. Остается только молиться, чтобы боги помогли мне.

Они немного помолчали, доедая пирожки, после чего Зенс ощутил на себе лукавый взгляд друга, а потом услышал его не менее лукавое:

– А ведь ты и правда понравился Ниене.

– Что? – воскликнул Зенс с усмешкой. – Ты слышал, что она обо мне думает? К тому же, – он потер грудь, в которую совсем недавно получил удар, сбивший его с ног, – эта дикарка меня с ног сшибла!

– Да у нее глаза горят, когда она на тебя смотрит, – улыбнулся Арси.

– Может, это от бешенства? – пошутил Зенс, но затем добавил уже серьезно: – А вообще, с ней надо быть поосторожнее.

– Да уж, представляешь, что будет, если она застукает тебя с другой девушкой? – усмехнулся Арси, но тут же посерьезнел. – Не надо с ней сближаться, просто будь любезен, чтобы она нас несильно мучила, хорошо?

Зенс молча кивнул, немного подумал, словно сомневаясь, стоит это говорить или нет, но все же произнес:

– Но она и впрямь хорошенькая.

– Это точно, – согласился Арси.

– Жаль, что у нее такой скверный характер. Второй такой капризной и дикой девушки во всем Агастане не найдешь, – усмехнулся Зенс.

Арси все стало ясно как день: Ниена понравилась его другу. Настолько, что он решил вернуться и обречь себя на все испытания. Конечно, он сделал это и ради него – Арси, – но что-то подсказывало ему, что Ниена играла в принятии этого решения далеко не последнюю роль, если не первую. Арси не стал говорить другу, что догадался о его секрете: наверняка он и сам не хотел признавать, что ему понравилась дикарка с самым сложным характером во всем Агастане.

– Ниена такая быстрая, – через некоторое время сказал Арси, вспоминая ее удар. – Я даже глазом не успел моргнуть, а ты уже лежал на земле.

– И не говори! – воскликнул Зенс, доедая последний пирожок. – А я уж думал, что из-за темноты не заметил ее удар.

– Фактически, она сегодня проучила не только меня, но и тебя, – усмехнулся Арси, покачав головой.

Ниена вернулась через час. К тому времени парни уже успели доесть пирожки и избавиться от улик, выбросив корзину подальше. Как это ни странно, им повезло: Ниена принесла много вкусной еды. Едва заметив в ее корзине выпечку, мясную нарезку, сыр и овощи, Арси многозначительно посмотрел на Зенса. «В меня больше не влезет, – сказал его взгляд. – Для всей этой вкуснятины попросту не осталось места».

Ниена повесила лампу на крюк в потолке, и комнату озарило тусклым светом, отбрасывающим таинственные тени на всех присутствующих. При этом девушка как бы невзначай тряхнула головой, чтобы парни заметили ее ленты.

– Боже мой, какая красавица! – воскликнул Арси с едва заметной насмешкой. – Ниена, а ты не боишься, что другие девушки украдут твой образ?

Ниена улыбнулась, но ничего не ответила. Она постелила прямо на пол принесенный с собой платок, разложила на нем продукты и селя рядом, скрестив ноги.

– Прошу к столу, – пригласила она парней, которые почему-то не спешили набрасываться на еду. – Как я уже говорила, сегодня испытаний не будет, но завтра они начнутся, так что это ваша последняя нормальная трапеза. Советую наесться впрок.

Сама Ниена с удовольствием принялась за все, что было на «столе».

– Жаль, что у меня нет аппетита, – сказал Арси обреченным голосом, но аппетитный вид мясной соломки и тонко нарезанных ломтиков сыра заставил его присоединиться к Ниене. – Хотя, пожалуй, отведаю немного.

– У меня тоже нет аппетита, – сказал Зенс, – только один бутерброд съем.

Зенс тоже присел к ним, глядя на накрытый «стол» с каким-то сожалением, понятным только ему и Арси. Знали бы, что в этот раз еда действительно будет вкусной, не стали бы есть черствые пирожки. Зенс взял один из бутербродов и буквально заставил себя впихнуть его в рот.

– Я так старалась, много всего разного принесла, а вы не хотите кушать? – обиженно сказала Ниена.

– Прости, – ответил Арси. – Сама видишь, сколько испытаний выпало сегодня на мою долю. Совсем аппетит пропал.