Чтение онлайн

Как писал в своих мемуарах участник тех событий генерал Л. Н. Энгельгардт, турки соглашались на капитуляцию и предлагали прислать парламентариев. София уговорила генерала передать с ними ее письмо. Генералу это грозило большими неприятностями, если бы об этом узнал командующий русскими войсками фельдмаршал Потемкин.

Салтыков доложил, что турки готовы сдаться, просят лишь о трехдневном перемирии. Потемкин, ожидая вести о капитуляции, приказал было уже зарядить пушки, дабы возвестить о новой победе. Но тут прибыл курьер от Салтыкова с новым рапортом. В нем говорилось, что он согласился продлить перемирие еще на три дня, а потом еще на столько же. Такая уступка врагам могла бы дорого обойтись генералу. Но он был влюблен и, поддавшись мольбам своей пассии, рискуя, выполнил ее просьбу — затягивал переговоры, чтобы продлить переписку Софии с теткой.

В конце концов Потемкин, видимо, все же узнал о причине отсрочки капитуляции. И тогда, чтобы смягчить его гнев, Салтыков решил представить ему прекрасную гречанку. Так София оказалась в ставке Светлейшего.

Военная кампания в тот год проходила трудно, с большими потерями. Но Потемкин, верный себе, не ограничивал себя в удовольствиях и развлечениях, намного превосходивших по размаху и пышности подобные увеселения в лагере Салтыкова. Балы, театральные и балетные представления, концерты под управлением знаменитого Сарти. Непременными участниками этих празднеств были приближенные главнокомандующего принц де Линь, граф Браницкий, князь Нассау, Юзеф Понятовский и другие. А украшением его свиты — прекрасные дамы: его невестка графиня Самойлова, графини Браницкая, Головина, Гагарина и, конечно, графиня Долгорукая, жена Василия Долгорукого, давняя пассия Потемкина.

Однако стоило ему увидеть Софию Витт, как все они были забыты. Престарелый ловелас, как юноша, воспылал страстью. Крепость пала быстрее, чем он ожидал. О том, как это произошло, поведал все тот же Немцевич. И хотя его рассказ сродни самому обычному анекдоту, его стоит привести.

Будто бы однажды утром Потемкин пригласил к себе Софию. Она застала его лежащим в собольей шубе, неряшливым, непричесанным. Рядом стояла шкатулка, полная жемчуга и драгоценных камней. Потемкин, перебирая их, взял пригоршню, высыпал ее Софии за декольте и насытил свою похоть. С этого момента София на несколько лет стала неизменной спутницей всесильного князя. Однако как развивались отношения между ними, известно мало. Каково было ее влияние на него и, возможно, на его политические решения? Какую пользу, в том числе и чисто материальную, извлекала она из этой связи? На сей счет почти не сохранилось каких-либо достоверных данных. Лишь немногие источники, прежде всего личные мемуары, проливают некоторый свет на то, что происходило между ними в Яссах, штаб-квартире Потемкина. Так, мадам Виже-Лебрен писала, например, что Потемкин окружил Софию всем, на что способен учтивый и галантный рыцарь.

Госпожа Витт старалась играть роль гордой дамы, но никогда не гнушалась из своей красоты извлечь реальные для себя или своей семьи выгоды. Так, София решила выхлопотать мужу какое-нибудь доходное местечко на русской службе. Это тем более было бы кстати, поскольку о Витте начали ходить разные компрометирующие его слухи. Что он-де якшается с русскими, имеет контакты со ставкой Потемкина. К этому не преминули присовокупить и поведение его жены, открыто появлявшейся в стане русских в то время, когда в Варшаве патриотически настроенные круги все настойчивее требовали разрыва с Россией.

Поначалу Витт пробовал защищаться, но вскоре сделал выбор. Отпросившись в отпуск и получив на то разрешение непосредственного своего начальника Станислава Щенсны Потоцкого — генерала коронной артиллерии и командующего украинской дивизией, Витт поехал прямехонько в ставку к Потемкину, не рассчитавшись за средства, выделенные на содержание каменецкой крепости. Каменецкая кастелянша Катарина Коссаковская, кузина Потоцкого и известная сплетница, сообщила ему, что, проезжая через Львов по дороге к князю Потемкину, генерал Витт хвастал, что назначен губернатором Херсона.

Тем временем в варшавских салонах распевали стишок о том, что София «использует свое тело, чтобы покрыть грехи мужа» (имелись в виду его переход на русскую службу и растрата денег, предназначавшихся на содержание крепости).

Осенью 1789 года был назначен новый комендант каменецкой крепости генерал Юзеф Орловский. Что касается Витта, то он вскоре открыто появился в Петербурге. Туда же прибыла и София. Но не для встречи с мужем, а на свидание с Потемкиным. Он явился в Северной Пальмире как победитель турок под Очаковом, после кровавого штурма овладевший этой крепостью.

Верный себе Светлейший вел шумную жизнь, кутил и куролесил, и всюду с ним появлялась прекрасная София. Князь демонстративно ей поклонялся, разъезжал с ней в одной карете и открыто выставлял ее как свою любовницу. Все это грозило обернуться скандалом, если бы не вмешательство Екатерины II. Она пригласила Софию к себе, приняла ласково и милостиво одарила бриллиантовыми серьгами и дорогими тканями. В письмах к ней называла не иначе как «прекрасная графиня Витт». И даже преподнесла ей в дар какие-то земли в Белоруссии. Вполне возможно, императрица действовала по просьбе своего фаворита.

Спустя две недели после появления в столице Потемкина пополз слух о его охлаждении к прекрасной гречанке. Польский посол Деболи признавался, будто сама пани Витт жаловалась, что князь Потемкин, демонстрируя публично их связь, дает повод для сплетен. И делал вывод, что едва ли эта связь продлится долго, называя ее скороспелой и поверхностной.

В своем прогнозе посол ошибся. София оставалась при Потемкине до самой его смерти. Но еще до этого произошли события, коренным образом повлиявшие на русско-польские отношения.

В мае сейм в Варшаве принял новую конституцию. Потемкин убеждал Екатерину немедленно двинуть войска и образумить Речь Посполитую. Свои планы он строил в расчете на трех польских магнатов — Станислава Щенсны Потоцкого, Северина Ржевуского и Ксаверия Браницкого. Кстати говоря, они и сами просили о помощи.

Потемкин срочно выехал в свою штаб-квартиру в Молдавии. София его сопровождала. Можно предполагать, что в этот трудный для Польши момент король Станислав Август попытался воспользоваться своим былым знакомством с Софией и через нее повлиять на позицию Потемкина в польском вопросе. Увы, для этого, даже если бы она и захотела выполнить просьбу короля, уже не оставалось времени. В октябре 1791 года князь Потемкин умер. За день до его смерти в Яссы прибыли генерал коронной артиллерии Потоцкий, полевой коронный гетман Ржевуский и коронный гетман Браницкий.

Была ли удручена или тем более потрясена София смертью своего всесильного покровителя? Обратимся к свидетельству Юзефа Орловского. «Никто из поляков, — писал он из Каменца, — так не переживает, как пани Витт. Она заявила мне, что потеряла отца». И с иронией добавляет: «Я и не знал, что Потемкин был ей отцом». Что чувствовала София на самом деле, сказать трудно. Известно лишь — горевала она недолго.

Едва покончили с траурной церемонией, как светская жизнь вновь потекла своим чередом. Польские паны, с которыми велись секретные переговоры, не желая отставать от русских вельмож, один за другим закатывали невиданные балы. На одном из них, устроенном Потоцким по случаю дня ангела императрицы, София пользовалась особым вниманием и благосклонностью хозяина. Самый могущественный из польских магнатов, восхищенный ее красотой, навсегда был покорен прекрасной госпожой Витт.

Многие годы Кристинополь на Волыни был главной родовой резиденцией Потоцких. (Теперь это город Червоноград Львовской области.) Фамилия была древняя, некоторые даже считали, что ее представители могут претендовать на польский трон. Во всяком случае, многие годы Потоцкие играли в Короне (то есть в Королевстве Польском) видную роль. Наиболее знатными и богатыми считались Потоцкие из Кристинополя. Родоначальником этой линии был великий коронный гетман и краковский каштелян (владелец замка) Феликс Казимеж, умерший в 1702 году. У него было два сына: Юзеф, великий коронный хранитель, и Ежи — бельский маршалек.