Чтение онлайн

В 1463 г. под давлением кардинала Виссариона римский папа Пий II предложил Венеции объявить войну туркам. А когда османы захватили венецианскую крепость Аргос в Греции, Виссарион, в качестве личного посланника папы, отправился в Венецию, чтобы убедить правительство “встать на защиту веры”. В том же году Венеция, Венгрия и Албания создали военную коалицию против султана Мехмеда II.

В апреле 1467 г. в далекой Московии внезапно скончалась (согласно летописи – “от смертного зелия”) первая жена Ивана III, Мария Борисовна “Тверянка”. А уже в 1468 г. в гости к управляющему московским Монетным двором, Ивану Фрязину (Джан-Баттисте делла Вольпе), приехали старшие братья из Венеции – Карло делла Вольпе и Николо Джисларди с сыном Антонио. Братья представили хозяину дома своего спутника, грека Георгия, доверенное лицо кардинала Виссариона, и просили помочь ему в деликатном деле. Посланник кардинала должен был подготовить почву для переговоров о возможной женитьбе овдовевшего Ивана III на живущей в Риме греческой принцессе Зое Палеолог – дочери морейского деспота Фомы и племяннице последнего византийского императора Константина.

После захвата турками родного Пелопоннеса (Мореи) отец Зои, Фома Палеолог, бежал во владения Венецианской республики – на остров Корфу, а затем в Рим. Там после смерти родителей Зоя жила под опекой кардинала Виссариона, носящего титул “латинского патриарха Константинопольского”. В 1466 г. по его инициативе венецианская Синьория предложила кипрскому королю Жаку II де Лузиньяну кандидатуру принцессы Зои в качестве невесты, но тот отказался. В том же году папа Павел II, через того же Виссариона, дал согласие на брак Зои с богачом-униатом, неким “архонтом Каракиолом”. Молодые были торжественно обручены в Риме, но жених неожиданно скончался. Внезапная смерть в 1467 г. в Московии первой жены православного государя Ивана III открыла перед папской курией новые перспективы.

В феврале 1469 г. в Москву из Италии, уже официально, прибыл Юрий Траханиот, посол римского папы Павла II, венецианца по рождению Пьетро Барбо. Он привез великому князю некий “лист”, автором которого был кардинал Виссарион. В письме папа Павел II обещал Ивану III поддержку в случае, если тот посватается к византийской принцессе, нашедшей убежище в Риме. В послании принцесса Зоя именовалась “исконной православной христианкой”, руки которой якобы ранее безуспешно добивались французский король и герцог Миланский, но были отвергнуты по причине их “латинства”.

В Кремле предложение римского папы было обсуждено на семейном совете, куда были приглашены братья Ивана III, его ближние бояре и, конечно, мать – княгиня Мария Ярославна. Ей, вдове Василия II “Темного”, судя по всему, и принадлежало главное слово: престарелая княгиня-мать благосклонно восприняла предложенный Римом проект. Против выступил лишь митрополит Филипп, подозревавший в плане “латинян” новую попытку продвижения ранее отвергнутой Москвой церковной унии.

В качестве доверенного лица для предварительных сношений с Римом Иван III назначил Джан-Баттисту дела Вольпе (Ивана Фрязина), верного сторонника кардинала-униата Виссариона. Став посредником в заключении нового брака великого князя, Иван Фрязин одновременно через своего племянника Антонио Джисларди (Антона Фрязина) предложил Венецианскому правительству готовый план: поднять на турок войско Большой Орды в количестве до 200 тысяч вооруженных всадников. Когда весной 1471 г. Иван и Антон Фрязины, договорившись в Риме о свадьбе Ивана III с византийской принцессой, отправились в обратный путь в Москву, 67-й дож Венеции Кристофоро Моро включил в итальянскую делегацию личного посла – Джованни Батисту Тревизана, который должен был через Москву отправиться к хану Орды Ахмату с предложением антитурецкого союза, большой суммой денег и богатыми подарками.

Иван Фрязин показывает Ивану III портрет Софьи Палеолог. С картины В. Муйжеля.

10 сентября 1471 г. посольство Ивана Фрязина вернулось в Москву, согласовав в Риме детали свадьбы Ивана III с Зоей Палеолог и представив великому князю искусно выполненный в Италии “портрет” невесты – первое светское изображение на Руси. Одновременно Иван Фрязин (он же – делла Вольпе) убедил венецианского посла Тревизана не разглашать пока истинную цель своего приезда, так как в этом случае его вряд ли пропустили бы к хану Ахмату, с которым Московия конфликтовала. Назвавшись “простым купцом из Венеции”, Тревизан должен был жить в Москве до тех пор, пока делла Вольпе не найдет случая тайно переправить его к татарам. Лишь незадолго до нового отъезда делла Вольпе в Рим Тревизан перебрался в Рязань, откуда собирался двинуться дальше, в Орду. Однако Иван III, узнав о странных передвижениях “венецианского купца”, велел задержать его и заключить в тюрьму до возвращения своего посольства и выяснения всех обстоятельств.

Вторично Иван Фрязин ездил из Москвы в Рим в начале 1472 г. 25 мая он был принят новым римским папой Сикстом IV; здесь же присутствовали и братья Зои Палеолог, Андрей и Мануил. Вскоре в Ватикане в торжественной обстановке состоялся обряд обручения. Зоя отдала Ивану Фрязину, представлявшему жениха, свой перстень и нательный крест, а взамен получила перстень и крест Ивана III.

Выехав из Рима с большой свитой в середине лета 1472 г., Зоя Палеолог проделала сложный путь в Московию: караван царевой невесты проследовал через Флоренцию, Сьену, Болонью, Виченцу, переправился через Альпы, и далее – через немецкие земли – достиг Любека, где погрузился на корабли, которые доставили его в Ревель, а оттуда в Дерпт. Принцесса была с почетом встречена на границах Руси, проехала Псков, Новгород и торжественно въехала в Москву. Здесь, приняв православие, она окончательно стала “Софьей Фоминичной”; 12 ноября 1472 г. Иван III обвенчался с ней в деревянном шатре, возведенном в еще недостроенном Успенском соборе. Вместо отказавшегося участвовать в церемонии митрополита Филиппа молодых благословил коломенский протопоп Осея.

Обман с миссией венецианца Тревизана, пытавшегося тайно пробраться через Московию в Орду, раскрылся. Великий князь послал в Венецию Антона Фрязина (Антонио Джисларди) с жалобой на посла Венеции, велев сказать 68-му дожу Николо Трону:

“Кто шлет посла чрез мою землю тайно, обманом, не испросив дозволения, тот нарушает уставы чести…”

Напряжение в дипломатических отношениях Москвы с Венецианской республикой, а затем и с папским Римом усилилось после того, как был арестован и сослан в Коломну и Иван Фрязин – главный устроитель брака Ивана III:

“Князь же великы… повеле поимати Фрязина да оковав послал на Коломну, а дом его повеле разграбити и жену и дети изымати…”

Есть, однако, основания полагать, что и арест Тревизана, и последующий арест делла Вольпе были лишь публичной демонстрацией Иваном III того, что он после женитьбы на прибывшей из Рима принцессе не подпал под влияние “латинян”: оба узника были вскоре тихо отпущены.

В декабре 1473 г. венецианский Сенат, через того же Антонио Джисларди, отправил Великому князю Московскому письмо с извинениями:

“Поистине, пишем мы с целью, чтобы ваше высочество знало всю правду – послали мы упомянутого нашего секретаря (Тревизана) не для того, чтобы вызвать что-нибудь затруднительное или опасное для вашего государства, а потому, чтобы яснейший хан (Большой Орды) отвел и удалил от ваших границ и ближайшего с ним соприкосновения свои войска, стоящие по соседству с вашим государством, избавив вас от связанных с этим действий и тягот; чтобы он повел эти войска к берегам Дуная, для подавления турок, общего врага всех христиан, захватчика Восточной империи, которая – в случае, если в императорском доме не будет потомка мужского пола – принадлежала бы светлейшему вашему господству по праву вашего благополучнейшего супружества…”

Между тем “московское сидение” венецианцев Вольпе и Тревизана – пусть недолгое – требовало объяснений с Республикой дожей, и в Венецию было направлено специальное русское посольство, во главе которого Иван III решил на этот раз поставить не итальянца или грека, а доверенное лицо из московских бояр.

Посол Семен Иванович Толбузин отправился в Венецию в июле 1474 г., взяв с собою богатые подарки, в том числе особо ценимые в Европе “сорока” – связанные по сорок штук шкурки драгоценных соболей. Помимо дипломатических объяснений с новым, 69-м дожем Венеции, Николо Марчелло, московский посланник должен был представить правительству Светлейшей республики позицию Москвы, заинтересованной в координации действий христианских государей в борьбе с “неверными”.

К моменту приезда московского посольства в Венецию правительство Светлейшей Республики было всецело занято “турецким вопросом”. Одним из фронтов противостояния был остров Кипр, где в 1473 г. при странных обстоятельствах умер король Жак II Лузиньян, пытавшийся заигрывать с османами. Еще в 1468 г. его удалось склонить к браку со знатной венецианкой Катериной Корнаро. Овдовевшая королева, ставленница Венеции, начала борьбу с турецким влиянием при дворе; в качестве дополнительного “аргумента” Венеция направила к берегам Кипра эскадру, возглавляемую Пьетро Мочениго. “Венецианская партия” на Кипре одержала полную победу; спустя недолгое время остров полностью перешел под власть Венеции.