Знатный квест
Шрифт:
В наши покои мы зашли ментально и интеллектуально уставшие, но морально неимоверно довольные. Имеющийся на столе классический тёмный ужин был буквально уничтожен подчистую в рекордные сроки, а ежевечерний отчёт отцу нашему Эрру прошёл и того быстрее: предусмотрительная Эна захватила связь-камень на учёный совет и успела полноценно описать весь сегодняшний на редкость длинный день, так что мне и Энну оставалось лишь слегка дополнить. Завершился мой тридцать второй день в этом чудесном мире, когда голова, совершенно свободная даже от тени мысли, коснулась мягчайшей подушки.
Глава двадцать первая
Нечаянное удвоение
В этой главе нарушаются чёткие планы.
Утро дня тридцать третьего преподнесло сюрприз: я проснулся позже близнецов, которым, по идее, полагалось лениво нежиться в кроватях в виду абсолютного отсутствия запланированной занятости. Но нет – когда я вышел после душа в общий зал, то обнаружил Их Высочеств уже завершающими зарядку и бодро поглядывающими в сторону стола, заставленного обильным завтраком. Ускорившись в выполнении необходимого минимума упражнений, за стол я уселся не особо позднее брата и сестры, терпеливо меня ожидающих. Аккуратно насыщаясь превосходной яичницей под невероятно пышный хлеб и бодрящий ко, я прикидывал, что стоит с собой взять в сегодняшнюю поездку, как вдруг меня пронзила мысль: «Накопители!», и я так и замер, не донеся вилку до рта. Спустя пару секунд, проведённых под поражёнными взглядами брата и сестры, я отмер, опустил вилку и опрометью кинулся к своим вещам. Как мной с волнением и предполагалось, из всех четырёх кристаллов лишь израсходованный на восстановление после изгнания псоглавых демонов накопил самостоятельно едва треть от объёма. Остальные же были вовсе почти пусты.
«Вот это я молодец, – сокрушённо подумал я. – И что теперь делать?»
Понуро вернувшись за стол с камнями и разложив их перед собой, я пояснил подозрительно смотрящим на меня Энну и Эне:
– Ваши Высочества, ваш брат-по-закону оказался крайне забывчивым! Через час выезд, а у меня накопители разряжены!
– И? – непонимающе приподняла бровь сестра.
– То есть? – не понял я вопроса. – Мне без них не вариант – сама помнишь расчёты расхода энергии! Он, расход этот, хоть и стал поменьше, но всё равно колоссальный!
– Да, брат мой Таор, это так, – спокойно проговорил Энн.
– Вот! А где мне энергию брать? Зарядить-то накопители я не удосужился! Остаётся только к серьге обращаться, а очень не хочется!
– Подожди, не паникуй, – умиротворяюще сказала Эна. – Ты же можешь взять наши – и у меня, и у Энна осталось ещё по одному полному. Да и у магов Коллегии наверняка с собой нешуточный запас.
– Но ведь окрас сил… – начал было я.
– Не имеет решительно никакого значения применительно к камням-накопителям, – менторским тоном перебил меня брат. – Как ты мог забыть, что сила в кристаллах хранится в «неокрашенном» виде? И окрас ей придаёт исключительно маг в процессе плетения.
– А, да, точно… Два мне по теормагии, или вообще кол.
«Два вам, коллега, – неожиданно ясно сказал из глубин сознания Таор, – за умение слушать голос разума в “экстренных” ситуациях. Которые и не были бы экстренными, если не поддаваться панике. Вот что стоило меня послушать? Не пришлось бы краснеть перед братом и сестрой».
– Прошу простить меня, – обратился я вслух ко всем сразу. – Видимо, я несколько больше нервничаю перед столь значительным событием, чем это мне кажется.
– Понимаю тебя, брат мой, – кивнул мне Энн. – И настоятельно рекомендую оставшееся время провести в стабилизирующей медитации. Мы же с Эной пока подзарядим твой кристалл с третью объёма сил, а после отдадим два своих.
– Благодарю тебя, брат мой, и тебя, сестра моя, – уважительно покивал я обоим.
После же быстро закидал в себя оставшуюся еду и удалился в спальню, где, усевшись на пол в привычный полулотос, погрузился в глубокую медитацию, последовательно отсекая все волнения и мысли и оставляя лишь чистое сознание, пребывающее в истинной стабильности.
Вынырнул я из транса совершенно самостоятельно, полностью очистив разум до кристальной ясности. Выйдя в общий зал, я обнаружил на столе около своего места три полных всклень накопителя и близнецов, на пару зажавших ещё один меж правых ладоней. По мягкому свечению, пробивающемуся сквозь неплотно сомкнутые пальцы брата и сестры, становилось понятно, что до наполнения и этого кристалла остались считанные минуты. Так и произошло: пока я тихонько экипировался в поход, Их Высочества закончили и, достаточно громко переведя дыхание, отложили полностью готовый к использованию камень.
И тут же, будто ожидая этого момента, раздался уже давно не загадочный «трунь» от входа, и голос Хранителя Имения возвестил:
– О Дети Тьмы из Древнейшего Дома, вас ожидают.
Спустившись во двор, мы обнаружили уже полностью собранную кавалькаду в составе двадцати тёмных эльфов верхом на пантерах и трёх светлых, оседлавших лошадей, причём главные маги Дерев Знаний и Взращивания высились на невероятно редких белорождённых конях, косящих голубыми глазами на обилие кошек вокруг. Традиционные приветствия были сокращены до минимума. Вскочив в седло Мрры и пристёгиваясь, я не мог не подивиться на общую колористику: «Красота какая, а! Сейчас ещё окончательно построимся, и вообще получится нечто».
Так и вышло: в авангарде встала пара братьев-мастеров – Орр и Олл, за ними я, после – двойка Савоирэля и Элеверэля, затем – Арайгниэль, завершали колонну девять пар тёмных магов-воинов.
«Вот, – думал я, заняв своё место, – если смотреть сверху, то получается эдакая змея: чёрная, с белым узором, красным носом, – тут я чуть не хихикнул вслух, – и жёлто-зелёными глазами числом три. Самое то существо для путешествия в мёртвую пердь!»
Строй разумных замер в чётком порядке, тёмные мастера-маги во главе синхронно подняли правые руки и дали старт плетению, пожалуй, самых сложных в истории магии защитных чар: силы Камня, Огня, Тьмы, Растений и Света слой за слоем ложились в потоки, призванные блокировать и мертвящую ауру, и ментальные волны. Речитативы и шипения, напевы и погрохатывания сливались в звучащую над поляной ритмичную симфонию, которая такт за тактом проявляла в мир ажурную конструкцию, полностью закрывающую наш отряд.
Через две долгие минуты всё было завершено, и разумные пустили скакунов поначалу шагом. Главный страж уже привычно прошелестел команду, и ровно перед головным полукуполом защитная цепь-стена светлых приподнялась аркой над тропой, пропуская нашу кавалькаду и вновь падая на место за полукуполом арьергарда. И тут же Олл и Орр снова подняли правые руки и хором скомандовали:
– Стоп. Проверки. После – час вразмашку.
– Есть, – дружно грянули все остальные, даже светлые.
Совместно с Таором проверяя нашу зону ответственности в общем массиве магии, я размышлял: «Хорошо, что вокруг сплошь высокопоставленные разумные – нет языковых препон. А то б ещё и на переводы со светлого языка на тёмный и обратно время тратить. Ужас же был бы!»
После же проверок вся колонна тронулась единым порывом и споро набрала ход. Стало не до отвлечённых мыслей: скачка, контроль и концентрация полностью забирали всё внимание и у Таора, и у меня.
По бокам мелькали чёрные деревья, что сквозь пелену защиты теряли чёткость очертаний, росло давление некротической ауры, стояла почти полная тишина, нарушаемая лишь ударами копыт и лап в сухую землю тропы. Спустя полчаса напряжённой скачки опустел первый накопитель, получасом позднее – ещё один, чья замена пришлась на краткую остановку по команде главенствующих тёмных магов:
– Стоп. Проверки. Усилить бдительность. Дальше – тихим галопом.
– Есть! – вновь дружно отозвались все.
Стволы омертвевших деревьев замелькали чаще, и даже краешка внимания хватило, чтобы заметить всё усиливающийся с каждой лигой наклон и ветвей, и, позже, крупных сучьев к югу и западу, что отчетливо показывало вихревую природу ауры, явно заточенной на поглощение энергии в центре, так сказать, циклона.
Напряжение поля смерти всё возрастало, третий кристалл закончился меньше чем за четверть часа. И с этого же момента стало заметно, что общая высота деревьев стала неуклонно снижаться: будто невероятная, полого наклонённая коса наискосок прошлась по непредставимо огромному кругу, срезая и полностью, без следов, уничтожая за собой всё живое. В голове моей мелькнуло: «Пологий параболоид вращения», но связно додумать я так и не смог – наша кавалькада промчалась по остаткам леса, быстро сошедшим на нет и вылетела на колоссальную, не меньше лиги в диаметре, поляну.