Чтение онлайн

– Часы приема указаны на входе. Сейчас у нас – обед, - а затем захлопнула перед его носом дверь кабинета, заставляя вздрогнуть. Тасманов посмотрел на часы, громко цокнув языком.

– Ладушки, - хмыкнул, уставившись на закрытую дверь комнаты отдыха для сотрудников службы приставов, - это не должно было быть легко, давай Ярик. Ты завалил самое страшное чудовище – папу. Уж с парой-тройкой мегер как-нибудь да справишься.

Раиса как раз вышла из закуткта с горячим чайником в руке и подозрительно оглядела сидящих за столом дам. Мария Ивановна с умным видом в третий раз листала каталог Фаберлик, Жанна копалась в Инстаграмм, Анна раскладывала из белого пакета дорогие шоколадные конфеты, свежие пирожные из лучшей кондитерской города, а также коробку свежих пончиков, так аппетитно пахнущих, что у нее самой слюни потекли.

– Сегодня у кого-то день рождения, а я забыла? – с подозрением поинтересовалась, помогая сдвинуть пластиковые контейнеры с домашней едой, тарелку с неаккуратно нарезанным черным хлебом. Разливая чай, поймала на себе внимательный взор Иры, приподняв бровь.

– ты же не простила своего хахаля? – требовательно спросила, поджимая губы. От неожиданности Рая чуть не выронила чайник, а остальные девушки зашипели, одергивая любопытную коллегу.

– Ира не про то, - неловко улыбнулась Жанна, прекратив разглядывать фото одной из сестричек Кардашьян. – Мы просто волнуемся. Ты своя не своя последнее время, вот и волнуемся.

– Да, Раечка, - закивала Мария Ивановна, прижимая к груди каталог.

– Именно что, - подтвердила Ира. Затем подозрительно прищурилась. – Не простила же?

Рая некоторое время молчала, пытаясь понять, что происходит. Затем взгляд скользнул по обеспокоенным лицам, после к невесть откуда взявшимся сладостям. Лишь после в голове закрутились шарики, подталкивающие мозг к очевидным выводам. Не далее, как вчера сама получила подобный подарок с любимой едой и большим букетом в придачу. Только к ним записка прилагалась с просьбой дать еще один шанс.

– Так, - произнесла строго, с грохотом ставя чашку на стол. Дамы вокруг засуетились, Ира бросилась распаковывать пончики, Аня спешно жевать пирожное с заварным кремом, Мария Ивановна поднесла страницу каталога к носу, демонстративно спросив у Жанны:

– Милая, ну-ка скажи, ты ощущаешь запах фрезии?

Сузила глаза, побарабанив пальцами по столу с цветастой скатертью, осматривая каждую из присутствующих. Они с минуту делали вид, что заняты своими делами, пока Аня не вздохнула, дожевав пирожное.

– Если что, мы его прогнали.

– Конечно, еще чего. Будет знать, что нас дешевыми шоколадками, - пряча в карман объемную горсть круглых конфет, посыпанных орехами в золотом фантике, пробормотала Ира, - не подкупить!

– Вот именно, девочки. Пусть эти мужики видят и знают, что нельзя просто взять да извинится за свои косяки, - задрала нос Мария Ивановна, хватая пальцами пончик, откусывая кусок и тщательно пережевывая. Сделала глоток чая, посмотрев на все еще молчавшую Раису, затем добавила:

– Ты главное сама не поддавайся. Уважать не будет, - Кошкина приподняла бровь, оглядывая изрядно разоренный пакет с тихим смешком.

– Рая, помни о женской гордости, - откликнулась Жанна. – Тем более у тебя теперь приличный ухажер. Хороший мальчик, вежливый.

– Не бабник!

– Конечно, не такой красивый…

– Аня!

– Что? Да вы вообще этого Тасманова вблизи видели? Я чуть ему печень и сердце не отдала, пока не назвался! – возмутилась девушка, покраснев под суровыми взорами. Тихий вздох послышался в неожиданно наступившей тишине помещения, после вновь посыпались заверения в стойкости женской солидарности. В конце концов, они желали Раисе счастья, оттого девушка расслабилась, позволяя себе расслабиться в обеденный перерыв.

Киру Канарейкину из роддома выписали через четыре дня, продержав лишний день чисто ради удостоверения, что с молодой матерью все будет в порядке. Никаких развешанных по фонарным столбам плакатов с надписью «Спасибо за сына» не было, кроме кокетливо украшенных голубыми ленточками машин встречающих ее друзей и родственников. Маленький Елисей от повышенного внимания радостно взвизгивал, извиваясь в руках гордого отца шустрым червячком, несмотря на то, что был довольно крепко свернут. И спустя десять минут фотосессии молодыми родителями разразился громким воем, устав работать моделью.

– Узнаю этот крик, - хохотнул Сергей, заглядывая в сверток. Недовольный малыш, закрыв глаза, орал точно маленькая сирена, распахнув большие глаза со светлыми ресницами. – Характером весь в тебя, Кенар. Точно говорю, маленькая копия Паши с таким же дурным нравом.

– У него не дурной нрав, просто вас слишком много. Нависли над ребенком, вот он и нервничает, - огрызнулся Паша, не давая, матери взять на руки внука. – Сам понесу!

– Паша, что за манеры, я бабушка! – возмутилась мать Канарейкина, уперев руки в округлые бока, возмущенно притопнув ногой. Ворча в ответ Кенар прижал к себе сына, шагнув к своей машине, пока Кира весело наблюдала за тем, как ее муж периодически огрызается на родню, не давая никому даже прикоснуться к ребенку.

– Ишь ты, а шуму то сколько было: не хочу детей. Какие дети, - передразнила Кенара Кристина, обнимая подругу с одной стороны, пока Лана пристраивалась с другой, подозвав к ним Раису и Аллу, что стояли неподалеку.

– Пусть таскает, мне жалко, что ли, - фыркнула Канарейкина-Леонова, улыбаясь в камеру смартфона Радовой. – Все равно в декрете не ему сидеть.

– Начинается твое отбывание срока, - сочувственно похлопала ее по плечу Лана.

– Эй, дети это прекрасно, - возмутилась Рая.

– Это, смотря какие дети. С ним одним то на работе сдерживаться надо, чтобы не убить, а если их два? – буркнула Алла, на что Кира резко отбрила:

– Но-но, мой муж душевный и очень отзывчивый человек. Он просто очень, - она запнулась, подыскивая нужное слово, щелкнув в воздухе пальцами. – Прямолинейный? – вопросительно ответила, услышав дружное «ха». Не успела отреагировать, как ее в охапку схватили сильные мужские руки, резко приподняв над землей, заставляя взвизгнуть.

– Тасманов, поставь на землю!

– Неее, - весело потянул Ярик, прижимая к груди девушку. – Сюда иди, жена моего друга, будем делать счастливое фото, и бесить твоего мужа. Я уже вижу его сверкающие бешенством глаза, но меня спасает тот факт, что у него на руках сын, - подмигнул, настраивая камеру на смартфоне, щелкая кадр. Кира запыхтела от недовольства, стукнув парня по плечу, приподнявшись на носочках. – Гляди, - ткнул пальцем в кадр, громко расхохотавшись, - у тебя такие щеки!

– Ярик! Криворукий ты фотограф, живо удали этот кошмар!