Чтение онлайн

Большая часть противников ослепла от перехода из света во тьму, поэтому ворвавшийся в их ряды Снегов превратился в настоящего мясника. Его зачарованный несколькими кристаллами топор с гудением рассекал тела, сносил головы, проламывал спешно возведённые магические барьеры, а накаченный усилителями боец не замедлялся, а двигался только быстрее. За несколько секунд он прикончил пятерых, прежде чем встретил первое сопротивление.

Вытащив Василия Петровича подальше от поднявшейся суеты, я вырубил его ударом по затылку, чтобы седовласый не орал, положил под ёлку и вернулся к своим. Как раз вовремя — мои телохранители сцепились с земельником, ловко пробившемся через щиты. Зазвенела сталь, и Турбин попятился под напором одарённого слуги Игнатьева. Умелец! Противник двигался быстро, перемежая удары то одной школы, то другой. Капелюш держал щиты, сливая атаку огневика, и пятился, косясь на товарища.

Я зашёл с бока, отсёк земельнику руку и когда тот заорал, глядя на хлещущую из обрубка кровь, то снёс ему и голову. Кивнул Турбину. Капелюш же сумел вставить между атаками огневика длинную ледяную иглу, и его противник упал на колени и рухнул лицом вниз.

Несмотря на это, я ощущал ауры ещё пары десятков одарённых. И ни одного охотника. Чёрт.

— Надо уходить, — сказал я. Пусть с ними разбирается призванная тварь. Игнатьев подбросил мне этот манок? Значит должен всецело насладиться его дарами.

— Снегов, отход! — взревел я, перекрывая шум боя.

Мечущийся во тьме витязь разил без промаха, обладая преимуществом берсерка, оказавшегося против толпы врагов. Большая их часть оказалась обычными вояками, и поэтому он раскидывал их как котят. Пару раз вокруг его фигуры расплывались магические атаки, уходящие на обереги. Одна из таких спалила случайно попавшегося под неё бойца Володина. С диким криком, почти сразу прервавшимся, обратившийся в головешку человек упал под ноги витязю. Снегов определённо двинулся к нам, вот только эффект неожиданности закончился. Один из умельцев выстоял под нажимом витязя несколько секунд, в основном за счёт застрявшего в его теле топора, чем выиграл драгоценное время. Витязь замедлился, получил ещё одной атакой огня в бок, с рёвом отмахнулся от другого бойца. Со звоном ему по каске прилетел крупный камень, запущенный аспектом земли. Снегов пошатнулся.

— Прикройте его! — заорал я.

Капелюш и Турбин ударили вместе, по площади, ветром и ледяным дождём. Последние обереги Снегова сгорали под магическими ударами товарищей, но при этом ещё троих одарённых мои бойцы смогли обезвредить. Витязь споткнулся об одного из упавших противников, упал на колено. Отмахнулся от вылетевшего из темноты врага. Чудовищное оружие витязя прошло в сантиметре от последнего. И тут за спиной Снегова выросла фигура с молотом в руках. С низким гудением страшное оружие обрушилось на голову воина.

Командир гарнизона свалился набок и замер.

— Догнать Зодчего! Догнать! — завизжал откуда-то Игнатьев. Жив. Отлично.

Ему в ответ откуда-то с запада донёсся угрожающий рёв, отвлекая на себя внимание.

— Его доблесть… — выдохнул Капелюш. У него из носа текла кровь. — Я почти пустой. Всё потратил.

— Турбин? — уточнил я, глядя на лежащего витязя. Он не мог погибнуть вот так просто. Тот, кто сбил Снегова с ног, занёс над ним молот, но смотрел в сторону, откуда доносился рёв. Не дотянусь, никак не дотянусь. Но бросать нельзя! Чёрт!

— Я тоже пуст, ваше благородие.

Тварь Изнанки с воем вырвалась из леса, сразу же разрезав ближайшего к ней человека. Трёхметровый гигант с лапами, заканчивающимися кривыми зазубренными клинками, тяжело зашагал к лесозаготовке, переваливаясь с ноги на ногу. В него полетели первые заклинания, но в ответ на них монстр лишь заревел громче и перешёл на бег.

— К Снегову. Вытаскиваем, — приказал я. Мой водник уже мчался к поверженному витязю, прихрамывая. Его левая нога была обожжена до мяса. В последний миг перед падением молота, Капелюш смог прикрыть павшего начальника гарнизона ледяным барьером. Стена треснула под ударом, но выдержала. Телохранитель же остановился и без сил повалился ничком. Молотобоец же отшатнулся и бросился прочь.

— Тварь! Тварь Изнанки! — заорали в ночи. — Бежим!

— Стоять, ублюдки! Сражайтесь! — заорал Игнатьев. — Убейте её! Зодчий не уйдет!

Про нас будто бы и забыли. Лес сверкал от магии, ревел криками ярости и боли. Когда мы оказались возле витязя, тот очнулся. Попытался встать, но ноги его не слушались. Мы с Турбиным подхватили здоровяка, помогая ему.

— Тащим!

— Нет, — сказал женский голос. Алевтина с арбалетом в руках стояла в паре шагов от нас. Оружие целилось мне в грудь. — Вы не лишите меня мечты.

Дуга арбалета лязгнула, распрямившись, но я даже не почувствовал удара. Один из оберегов на защиту от кинетики щёлкнул, перехватывая выпущенный Алевтиной снаряд, и в тот же миг Турбин машинально метнул нож. Оружие вошло в горло дочке Володина, и та схватилась за рукоять обеими ладонями. Изумлённо посмотрела на моего телохранителя, силясь что-то сказать.

— Чёрт… Это ж баба… — выдохнул тот, побледнев. — Как же так… Это ж… Я женщину убил?!

— Приди в себя, Турбин!

Алевтина упала на землю, не сводя взгляда с Турбина, и мой охранник едва не бросился на помощь.

— Да соберись ты! — одёрнул я его.

Воздушник закивал отстранённо, но продолжал пялиться на убитую.

— Давай, доблесть, двигайся сам! — просипел я витязю, пытаюсь его поднять. Снегов и так-то был немаленьким, а тут ещё и боевой доспех. Плюс топор, который крепился цепью к пластикоровому наручу и волочился следом, будто уставшая от прогулки собачка, которую тащит за собой не менее уставший хозяин. Пришлось прибегать к магии.

Под усилителями и земельным аспектом я без труда подхватил товарища, едва передвигающего ногами. Турбин сразу отступил в сторону, понимая, что будет скорее мешать. Ночь сверкала огнями, ревела и наполнялась проклятьями. Тварь Изнанки гоняла людей Игнатьева, будто собака стаю котят, с восторженным воем раздирая то одного бойца, то другого. Большая часть его жертв бросилась наутёк сразу, так как не обладали даром, и тупое животное, ведомое инстинктами, погналось за убегающими. Вспышки огня гасли на теле монстра, ледяные стрелы пронзали изменённую плоть, но бронированный горжет защищал самое важное у чудища — голову. Так что пока Скверна одерживала верх.

Я протащил витязя через небольшой проход между двумя штабелей с гниющими брёвнами. Земля в мешочке усилителя нагрелась почти сразу. Так, секунду на передых, иначе запасов не хватит.

— Найди Капелюша! — приказал я топчущемуся рядом Турбину, и воздушник молча кивнул и растворился в ночи. Я огляделся по сторонам. Тварь сыграла важную роль, забрав всё внимание на себя. Жалкий Зодчий — это вам не порождение Скверны. И это, не стану скрывать, замечательно. Так, пошли дальше. Помогая идти витязю, я вытащил рацию: