Зодчий. Книга VI
Шрифт:
Мастер, к которому я собирался заехать, жил на окраине Малориты, в частном секторе. Представитель совета ремесленников, не отягощённый титулом и дворянством. Лучшая кандидатура для влияния.
У него был хороший каменный дом ручной сборки, с высоким забором вокруг участка. Мой броневик остановился перед кованой решёткой ворот, за которой виднелась накрытая чехлом машина. Пришлось пожертвовать временем ради эффектного прибытия. Когда мои люди, в лице троих гвардейцев и Кожина, убедились в безопасности, то я вышел из броневика. Следом выскользнул Кабальный, прижимая к себе злосчастную папку.
Я посмотрел в объектив камеры наблюдения, со значением кивнул. Ворота загудели, отъезжая в сторону. Хороший знак.
— Ваше сиятельство, какая неожиданность, — сказал мастер Вяткин, когда спустился к себе во двор. Растрёпанный, помятый, он слишком суетился, пытаясь организовать достойную встречу. — Не ждал, совсем не ждал.
— Неужели? — поинтересовался я без эмоций.
— Да, простите. Конечно, понимаю, зачем вы пришли. Не хотите ли чашечку краснодарского чая?
— Очень любезное предложение, но может быть у вас найдётся морс?
Он удивлённо моргнул, но справился с эмоциями:
— Для вас непременно отыщу, ваше сиятельство. Прошу!
Вяткин покосился по сторонам, а потом проводил меня, Кабального и Кожина в дом. Гвардейцы заняли пост у двери, напустив на себя максимально брутальный вид. Через несколько минут я, сидя в удобном кресле, отпил из стакана вкуснейшего клюквенного морса и сказал:
— Виталий Анатольевич, как мне помнится, у нас было весьма плодотворное сотрудничество. Позвольте поинтересоваться, что произошло?
Вяткин опустил чашку с чаем, слегка тот расплескав. Кожин наблюдал за ним, старательно хмуря брови и изображая максимально серьёзного человека. Кабальный сидел тихонько, с бумагами наготове.
— Ваше сиятельство, — ювелир сглотнул. — Я ведь человек маленький, скромный. Законопослушный гражданин. Мой принцип всё делать по закону и во благо Родины. И клиенты всегда правы, таков мой девиз. Клянусь вам, Михаил Иванович, ваши заказы были для меня первостепенными и не только из деловой этики! Но здесь я оказался бессилен. Простите. Меня связали по рукам и ногам.
Я терпеливо ждал, наблюдая за нервничающим мастером.
— Неделю назад ко мне пришли из Военного Министерства, — продолжил Вяткин и торопливо добавил:
— У меня даже предписание есть!
Он вскочил, бросился к шикарному бюро из красного дерева, открыл один из ящичков и протянул мне. Дорогая гербовая бумага. Печать настоящая. Я развернул письмо, вчитался. Мастера действительно мобилизовали на нужды армии. Бессрочно. Мелкими буквами была приписка о секретности. Указывать на неё я Вяткину не стал. Вдруг удар хватит.
— Хм… — вместо этого заметил я.
— Это был граф Рокфоров! — с видом заговорщика сказал Вяткин. — Собственной персоной.
Олег нахмурился, услышав это имя.
— Я не мог отказаться. И теперь мои заказы все должны поступать в распоряжение армии. Я спрашивал у коллег по цеху, и Рокфоров приходил ко всем. Один Голованов отказался, и его увезли в Петербург. Говорят, будет суд… Может быть, вы сможете помочь с этим? Артём дурак, конечно, но талант невероятный!
— Голованов очень хороший бронник, — задумчиво сказал я, глядя в глаза Кожину. — Было бы очень неприятно потерять талантливого мастера в эпоху перемен. Может быть, у нас получится что-то сделать…
Олег, пользуясь тем, что его никто не видит, вытаращил глаза в немом возмущении, мол, ты чего, Баженов! Я же вернул бумагу обратно мастеру и допил морс.
— Что же, Виталий Анатольевич, теперь ситуация мне понятна. Указы такого уровня оспаривать не смею и понимаю ваши трудности. Посему работайте по предписанию спокойно и, обязательно, с усердием.
Я поднялся, между делом добавив:
— Просто впредь, если такая оказия вдруг случится, не могли бы вы точно так же объяснять ситуацию моим людям сразу, а не заставлять меня приезжать лично.
Вяткин посмотрел на Кабального и растерянно проговорил:
— Простите. Я не подумал.
— Заранее спасибо, — твёрдо сказал я. — Я ценю ваш талант, Виталий Анатольевич, и прошу вас ценить моё время. Если к вам приходит человек от меня, значит, он говорит моим голосом.
Вяткин торопливо закивал.
— Прекрасно, — я посмотрел на часы. — Как я помню, Виталий Анатольевич, вы один из членов совета артефакторского собрания нашего района. Буду благодарен, если вы передадите мои пожелания вашим коллегам. Надеюсь, это вас не затруднит, а мне очень сэкономит время.
— Конечно, передам, ваше сиятельство, — поспешно согласился Вяткин. — Если позволите, всё наше сообщество считало большой честью работать с Собирателем Земель. Несомненно, ситуация вышла некрасивой. Прошу вас, спишите её на обстоятельства форс-мажора.
— Империя превыше всего, Виталий Андреевич. Что же, не смею больше тратить ваше время. Всего хорошего.
Мы вышли на улицу, я жестом попросил гвардейцев отойти и обратился к Олегу:
— Кто такой Рокфоров, друг мой?
— Человек, которому лучше не переходить дорогу, если не хочешь неприятностей, — заметил хрономант. — Особая служба. Сейчас, если не ошибаюсь, он является правой рукой князя Решалова, военного министра. Матёрый человечище, уверяю тебя.
— Господи, неужели есть кто-то, кого ты опасаешься? — не удержался я от улыбки.
— Не за себя опасаюсь, мой друг, не за себя, — со значением произнёс Кожин. — Князь Решалов — это политик новой волны. Император очень его ценит. Тоже, кстати, парень и тоже блистает талантами, весьма выдающимися для его скромного возраста. Вы чем-то похожи. Только он военный министр, а ты зодчий на границе.
— Порядочный? Или какой-нибудь очередной вариант Кроницкой?
— Его Императорское Величество дотошно проверяет тех людей, кому даёт высокие посты.
Мне вспомнился покойный Губарев, и Олег словно мысли мои прочитал, назидательно:
— Даже не думай! Ты удивишься, как власть меняет людей. Это как Скверна. Может, даже хуже, потому что не так видна.
Я улыбнулся.
— Ладно, друг мой. А этот граф Рокфоров, что из себя представляет? Я хочу понять, кто организовал мне встречу на дороге. Мог ли он дать сигнал Мухину?
— Легко мог, — согласился Кожин. — Этот человек имеет персональную индульгенцию от Его Императорского Величества. Скажем так, он выполняет приблизительно те же функции, что и я в твоём отношении. Но прикреплён к Военному Министерству. Однако не ломай голову просто так. Мы же должны найти какого-то Зверя, о котором говорил твой подопечный из подвала. Оттуда и отмотаешь свою ниточку.