Чтение онлайн

— Встань напротив нашей красавицы, пусть она видит себя, — попросил Кожин, и я подчинился. Хрономант же вернулся за спину пленницы и снова положил руки той на плечи.

— Убери, извращенец! — прошипела Василиса-Агнесса.

— Любовь к женской красоте извращением считалась только в Европе, дорогая, — назидательно сообщил Кожин. — И то не везде.

Земляная ахнула, по лицу её прошла тень, в уголках глаз появились морщинки, вокруг губ тоже. Хрономант высасывал из неё годы. Я сдержал возглас изумления, а вот Агнесса дёрнулась и заскулила. Глаза её неотрывно смотрели на зеркало, в котором отражалось лицо девушки, ставшее женским. От света висящего под потолком огненного шара зрелище было зловещим.

— Ты всё ещё прекрасна, моя дорогая, — тепло сообщил Кожин. — Моё сердце обливается кровью, но я ведь продолжу. Просто скажи нам всё, что хочет знать наш добрый друг Михаил Баженов.

— Будь ты проклят! Аа-а-а! — вскрикнула Агнесса, но с зеркала взгляда не отвела, и когда морщин стало больше, а черты лица заострились — то жалобно всхлипнула.

Я промолчал.

— Миша, ты будешь спрашивать? — бесхитростно поинтересовался Олег.

— Мне нужен список всех, кто был в курсе вашей операции, кто помогал с информацией. Как с покушением на меня, так и с покушением на Скоробогатова. Без исключений. Учти, некоторые имена мне известны, из тех, кто живёт на землях. Все ваши шифры давно взломаны, — позволил я себе блеф. — От твоих слов зависит, поверю я тебе или нет. Будет неплохо, если имена совпадут.

Агнесса смотрела на себя в зеркало, губы её зашевелились:

— Это иллюзия. Иллюзия, вы хотите запугать меня. Не выйдет.

Голос её тоже изменился, и пленница это почувствовала.

— Не выйдет… — эхом повторила она.

— Скоро ты поймёшь, что это не иллюзия, — с сожалением сказал Кожин. — Когда молодость уходит быстро — изменения чувствуются ярче. Внутренние органы ведь тоже стареют. Какие-то даже отказывают.

— А-а-а-а! — застонала Агнесса. Годы уходили, красавица передо мной старела на глазах, и хрономант уже не улыбался, искренне скорбя о погибшей молодости. Жуткое зрелище. Но перед глазами возник образ хрипящего на земле Турбина, затем привалившегося к машине раненого Снегова, а после гвардейца с перебитыми ногами, лежащего за машиной. Результат работы юной, прекрасной Агнессы.

— Я скажу. Я скажу, остановите, — чуть хрипло произнесла женщина лет шестидесяти. Во взоре горело безумие. — Пожалуйста, не надо. Не надо. Больно. Больно.

Из глаз пленницы потекли слёзы. А потом Агнесса заговорила. И отвечала на вопросы без прежней ярости, торопливо и умоляя не продолжать пытку временем.

Когда мы вышли на улицу, то уже стемнело. Волгин и обиженный Якимов ждали снаружи. В комнате на стуле скрючилась развязанная старуха и смотрела на свои сморщенные и покрытые пигментными пятнами пальцы. Руки дрожали, из горла доносился только хрип. Последнюю часть допроса вёл Олег, безуспешно пытаясь вытащить из жертвы информацию об Ольгине. Но та общалась с главой революции только в сети. Далёкий и могущественный лидер сам вышел на Земляную-Полозкову после успешного покушения на Скоробогатова, обойдя обычный канал, где раньше общался ещё и Князевой. Паулина потеряла доверие Ольгина, а вот Агнесса-Василиса приобрела. Вот только ничего полезного пленница сообщить не смогла.

Впрочем, телефон её был у меня, и шифр для общения с Ольгиным подобрать было несложно.

Кожин с наслаждением вдохнул сырой осенний воздух, огляделся по сторонам.

— Ваше сиятельство, — вытянулись гвардейцы.

— В Трансмутатор её, — приказал я. Волгин шагнул в помещение и застыл, обернулся:

— Ваше сиятельство. А где она… Или…

Встретив мой взгляд, он всё понял. Когда машина с Волгиным уехала, то наступила тишина.

— Мне не доставило это удовольствия, Миша, — сказал вдруг Олег. — Совсем. Просто иногда так надо. Ну и справедливости ради, она была обречена, как только я вошёл к вам. Ты ведь понимаешь?

Я не пошевелился.

— Насколько я понимаю, у тебя есть ещё собеседники, — кашлянул Кожин.

— Да, но там я уже сам, — ответил ему я и отправился к входу в подвал.

Когда мы вошли, Мухин сидел в углу и едва дверь распахнулась, а под сырым потолком повисли шары света — пленник пошевелился. Сейчас вид властителя тёмной империи был ещё более жалким, чем прежде.

— Баженов, ты ведь понимаешь, что этим всё не закончится, — сипло проговорил он. — Ты перешёл черту. Дальше только война. Если со мной что-то случится… Мой род это так не оставит.

— Мне казалось, «Божественное Право» должно было объяснить, что со мной лучше не связываться, — сказал я, встав рядом с ним. — Жаль, что вы этого не поняли, господин Мухин. Мне хотелось разойтись бортами, но теперь это уже невозможно.

Дара в его роду не было. Такое бывает. Власть принадлежит аристократам, но не все они одарённые. Мухин брал другими талантами. Спорными, но наградившими его властью, способной подчинять себе сильных магов.

— Я просто хотел поговорить, Баженов, — вкрадчиво сказал пленник. — Стрельбу, как ты помнишь, начал не я.

— Поговорить хотели, значит? — хмыкнул я. — И для этого запугали моих людей? Вы провели большую работу, хочу отметить. Всех сумели убедить.

Он наморщил лоб:

— Запугал ваших людей? Кого именно?

Его лицо просияло:

— Кажется, у нас здесь недоразумение и всё можно исправить! Я никого не трогал. После инцидента в моём клубе, признаюсь, любви к тебе у меня не прибавилось, но я на самом деле не лез к тебе.

Я прищурился.

— Господин Мухин, вы же не хотите сказать, что ждали меня на дороге несколько дней. Вы знали, что я по ней поеду именно сегодня.

— Если слушать внимательно, то можно узнать много полезного. Конечно, я знал. Но твоих людей не трогал. Мне пришёл сигнал, что ты, скорее всего, покинешь Томашовку сегодня и отправишься в Малориту.

— Откуда сигнал?

— У меня есть человек, который отвечает за информацию такого рода. Если ты меня отпустишь, то я могу попытаться это выяснить, — оживился Мухин.

— Я могу сломать тебе пальцы вместо этого, — спокойно заметил я. — Что за человек?

— Череп, — понял мой настрой бандит. — Кто-то в городе ему нашептал об этом.

— Имя есть у Черепа?

— Максим Черепанов, — торопливо уточнил Мухин. На Кожина в смешной шапке он смотрел очень встревоженно, но Олег в беседу не лез. — Заместитель начальника охраны. Он у меня за такие вещи отвечает… Я просто хотел поговорить, Баженов! Всего лишь поговорить!

Кажется, в город всё равно придётся ехать. Получается, есть ещё одна сторона?

Я устало вздохнул и направился к выходу.

— Ещё есть шанс всё исправить, Баженов. Отпусти меня, и я сделаю вид, будто ничего не произошло, — сказал мне в спину пленник.

— Вы бандит, господин Мухин, — остановился я на пороге, обернувшись через плечо. — Я не смогу сделать вид, что ничего не произошло.

Я вышел и захлопнул за собой дверь в подвал.

— Головой отвечаешь, — сказал Якимову. Гвардеец торопливо кивнул, покосившись на Кожина. Тот приложил руку к груди и чуть поклонился:

— Простите, я есть очень спешил. На мой Родина этот удар зовётся Панчдрим! Хотите я показать?

Якимов свёл брови и стиснул челюсти.

— Оставь в покое моих людей, — одёрнул я хрономанта. — Мне нужны твои знания, раз уж ты здесь. Идём.