Чтение онлайн

– Кто тронет мою сестру, всю рожу разобью! Не посмотрю, что этот кто-то в юбке!

Он помог упавшей Варе подняться и достал платок, чтобы вытереть ее испачканные руки.

Влад с первых дней приобрел незыблемый авторитет в классе. К нему обращались за помощью и советом. Даже учителя приметили лидера класса. Тому стоило не громко, сказать: "Тихо, все!" - и класс замолкал.

Влад самостоятельно записался на секцию баскетбола. Варя всегда сидела на лавочке, в спортзале и смотрела, как брат играет. Сама она стеснялась себя и других... Особенно тяжело было в те редкие случаи, когда Влада не было рядом.

– Эй! Малявка! Не мешайся под ногами!

Варя нечаянно натолкнулась с подносом на шестиклассника, в столовой. Она устояла на ногах, шарахнувшись от парня, в сторону. Компот пролился, залив салат и пюре с котлетой. Варя поджала губу и испуганно мотала головой, куда ей присесть.

– А, ну, извинился!
– послышался рык Влада.

Брат стоял перед шестиклассником, который возвышался над ним на две головы.

– Ты, охренел, сопля первогодная?!
– ответил парень.

Влад ударил сразу. По другому обидчик Вари не понимал. Завязалась потасовка. Крики детей. Влада оттаскивали, когда он сидел верхом на парне и методично наносил удары в лицо. Справится с разбушевавшимся Владом удалось только физруку и объемной поварихе, которые схватив за руки, увели Влада к директору.

Варя беззвучно плакала, склонив голову над столом. Она видела, как избитого парня, лицо которого все было в крови, увели к медику. Как оборачивались школьники и тыкали в нее пальцем.

– Это сестра того бешенного, - шептались вокруг.

Когда родителей вызвали в школу, то пришел Ярослав. Вере он сказал, что разберется сам. Яр слушал рассказ директора и даже были угрозы, что Влада могут поставить на учет по делам несовершеннолетних, если родители пострадавшего мальчика напишут заявление...

– Не напишут, - обрезал ее разговор Зотов-старший.

– Вы, так уверены?
– директриса сдвинула очки на кончик носа и посмотрела поверх на этого самоуверенного мужчину.

– Абсолютно! Я уже связался с родителями... как его там? Они давно собирались перевести его в другую школу.

У директора в буквальном смысле упала челюсть на стол.

– Что вы говорите? В начале года...

– Я никогда не ошибаюсь, - мужчина поднял глаза на директрису, от чего ей захотелось скрыться.

Мужчина вызвал страх на уровне подсознания. Так ведут себя только сильные мира сего, уверенные в своей безнаказанности. Ярослав Зотов был спокоен. Еще он ни разу не попрекнул сына, который сидел в углу на стуле и молча рассматривал паркет на полу. Руки с отбитыми костяшками Влад сложил на коленях.

Когда отец и сын вышли из кабинета директора, рука Ярослава опустилась на плечо Влада и развернула к себе.

– Накажешь?
– Влад дерзко смотрел в глаза отцу.

– Нет. Ты поступил, как посчитал нужным. Как поступил бы и я, будь на твоем месте. Но будь умнее и маме волноваться совсем не стоит, понимаешь?

Влад понимал. Родители недавно объявили, что в семье через семь месяцев будет еще брат или сестричка. Отец пылинки сдувал с матери.

??????????????????????????

– Хотите узнать пол ребенка?
– врач УЗИст водит роликом по животу Веры.

– Да!
– слышен хриплый голос Ярослава.

Он сжимал руку Веры, поглаживая большим пальцем ладонь. Яр не был с ней рядом, когда любимая носила под сердцем Влада. Не держал своего сына на руках, после рождения. Не видел его первые шаги и первые слова не слышал. Ему достался уже смышленый не по годам пацан. Упертый, умный и честный. И это не заслуга Яра, что он такой.

– У вас будет мальчик!
– тычет врач на экран, где уже виден маленький человек.

Яр переводит глаза на Веру и тонет в омуте серых глаз. Он вспомнил тот день, когда узнал, что жена беременна.

– Вера! Я сейчас дверь вышибу! Ты целый час сидишь там?

За дверьми послышался всхлип и щелчок замка. Заплаканные глаза Веры... У Яра проносится мысль, что он убьет того, из-за кого она плачет.

– Что?
– он кончиками пальцев поднимает подбородок женщины и смотрит на дрожащие губы.
– Веррра?! Говори!

– Я беременна, - разжимает кулачек, в котором несколько полосок с тестами.

– Да?
– голос его охрип.
– А ревем чего?

– Не знаю. Неожиданно как-то, - пожимает плечами.

– "Ура! Мы беременны!" - ты хотела сказать? Другое я и слышать не хочу, - он вкладывает в слова "особый" смысл.
– Иди сюда, чудо-женщина!
– поднимает ее на руки и прижимает к груди.

Пока нес до их спальни, наткнулся на детей... точнее, запнулся об взгляд сына.

– Что с мамой?
– рыкнул тигреныш, сверкнув глазами.

Мелкий защитник уже готов кинуться в атаку на защиту матери.

– Черт возьми! Каждый раз оправдываюсь, - ворчит Яр на ухо Вере.
– А представь, еще один такой появится?
– искренняя улыбка осветила лицо мужчины.

– Кто появится?
– раздался писк Вари.

– Ничего от них не утаишь! Ни-че-го!
– Яр ставит Веру на пол и прокашлявшись, произносит:

– Дети! У вас скоро появится брат или сестричка!

Влад моргнул и повернулся к сестре. Варя завизжала:

– Может, будет сестричка!

– Или брат!
– буркнул Влад, прищурившись на маму.

Вера раскинув руки, как птица, готовая обнять весь мир. Всем миром были для нее - дети.

– Мам, рожай, чего уж там, - дает разрешение маленький мужчина, склонив голову ей на плечо.
– Воспитаем, как надо!

– Я вас очень люблю, - тает Вера.

Даже с частичной потерей памяти, материнское чутье признало Влада своим ребенком. Она дурела, от одного его запаха топленого молока. И ее приемная дочь Варя пахла, как букет вереска, от которого невозможно оторваться.

Дети быстро адаптировались в новой обстановке, в этом двухэтажном доме коттеджного поселка. Отец купил им по квадроциклу со снаряжением и разрешил гонять в пределах территории поселка. Яр решил учить их самостоятельности, постепенно отпуская "поводок" все дальше. Ведь они уже школьники.

В этом возрасте отец Ярослава дал ему нож и кинул в вольер с волком, а потом раненного, истерзанного, в своей и волчьей крови, донес до доктора и сказал: "Если выживет - это мой сын!" ... И ушел, не оборачиваясь. Яр выжил. Выстоял. Заматерел. И когда ему исполнилось шестнадцать, всадил кинжал в сердце родителя. Без жалости и сожаления... Ради младшего брата и сестры, чтобы они смогли жить.