Золотая планета. Тетралогия
Шрифт:
* * *
Конечно, не все белые разбогатели, некоторые, наоборот, со временем разорились, обеднели. Их можно встретить в Империи среди простых людей… Но и в этом случае они наверху социальной лестницы, за счёт эксклюзивных признаков, редких в обыденной жизни, а потому ценимых, как изюминка. Например, точно знаю, в любом борделе Альфа-Аделлины, от Красного квартала до Маленькой Гаваны, девушке с белыми волосами автоматически предложат тройную, а то и пятерную оплату только за цвет волос, даже если она уродина (хотя уродин среди них нет, генная модификация даёт о себе знать). То же самое и с мальчиками (с мальчиками ещё круче, их услуги всегда дороже, чем девочек). И такой расклад, превосходство человеческого фактора над профессиональным, существует во всех сферах деятельности.
Венера – не Империя. Количество блондинос здесь гораздо меньше. Они – потомки тех, кто перебрался сюда в далёкое время бурного освоения колоний для основания бизнеса (а что ещё ловить состоятельным людям на планете с искусственной средой обитания и регенерированным воздухом?). Поэтому встретить подобную Бэль среди простого народа почти невозможно, она аристократка. И, судя по непринуждённой манере держаться, отсутствию желания себя показать, аристократка потомственная, из самого-самого высшего общества. Вот это я влип!
– И что же заставило убежать от охраны? Ведь это ребячество, детский сад. Уж ты-то в двадцать один должна это понимать.
– Должна. – Бэль согласно кивнула и потупилась.
Какая-то странная она – вроде взрослая, но временами создаётся впечатление, что не совсем. Несмотря на содержательные разговоры, серьёзные вещи, о которых спокойно рассуждает, внутри её будто сидит маленькая девочка, девочка-загадка. И попытки разгадать её пока не увенчались успехом.
Мы степенно брели по тропинкам парка, по не самой оживлённой его части, вот уже четвёртый час, ведя беседы на разные темы: от мировой литературы и архитектурных стилей неоколониализма до политики и современной моды. Впервые за много лет я встретил достойного собеседника, разбирающегося в самом широком спектре вещей. Даже в моей «элитной» школе таких не встречал.
Время летело быстро, три часа с Бэль показались тремя минутами. Огни «дневных» ламп, регулирующих время суток, достигли максимума – перевалило за полдень. Конечно, реальный день и реальная ночь на Золотой планете note 9 длятся почти двести пятьдесят суток, а смена времён года – вещь вообще условная, но под куполом искусственно поддерживается стандартная земная двадцатичетырёхчасовая система. Само время синхронизировано с каракасским, временем столицы Империи, что удобно для бизнеса, и поддерживается таковым на всей планете, во всех провинциях и посёлках, даже в полунезависимом русском секторе. В отличие от Земли у нас нет часовых поясов, и это благостно сказывается на ритме жизни более чем ста миллионов населяющих Венеру людей.Note9
9
– Знаешь, Хуанито, – девушка подняла голову после долгого молчания, – я сама себя иногда не понимаю. Что-то делаю, импульсивно, одним порывом, а потом сижу и думаю: зачем это сделала? Вот и с побегом так же. Сидела, злилась и вдруг решила: а не полетело бы оно всё в космос! И сбежала. А сейчас иду и понимаю, что это ничего не решило. Только теперь мне попадёт за побег, и аргументы, в чём я тогда была права, никто не станет слушать.
– Это верно. – Я усмехнулся. – И часто у тебя такое бывает? Порывы «послать всё в космос»?
Она скривила многозначительную мину. То есть достаточно часто.– А почему именно побег? От чего вообще может бежать девушка, у которой есть всё? Тебя не воспринимают всерьёз? Это не повод для демарша! Я бы сказал, наоборот. И ты не маленькая, чтобы этого не понимать. Что должны сделать родные, чтобы возникло такое желание? Лишить за обедом сладкого?
– Смешно! – Бэль грустно усмехнулась.
– Заставить учить французский вместо футбола, баскетбола, волейбола, прогулок с мальчиками? Запереть дома и не дать гулять? Не похоже. Судя по тем вещам, что ты рассказываешь, у тебя прекрасное образование и учиться тебе не в тягость. Бэль, ты не тянешь на девочку, которая позволит так с собой обращаться. Лет пять назад – может быть, но не сейчас.
– Что же привело к такому заключению? – В её голосе прорезались нотки ехидства.
– Ты слишком самостоятельная, – не обращая на него внимания, ответил я. – Я видел много людей и могу сказать точно: такие, как ты, не дают собой помыкать. Даже родителям.
Девушка зарделась.– Здесь речь идёт не о разовом наказании, а о длительном противостоянии, причём сугубо моральном. У тебя строгий отец?
– Да нет вроде… – Она растерянно пожала плечами.
Тут в голову пришла идея, которая мне очень понравилась. Суть вот в чём. Я люблю наблюдать за людьми, читать их по мимике и поведению. А сейчас рядом со мной шла не просто интересная девочка, а представительница класса людей, которых я в обозримом будущем не смогу изучать по понятным причинам. Но на которых очень хочется посмотреть поближе, сравнить, отличаются ли они от остальных или нет. Есть ли в богачах нечто, что дают только большие деньги? Или же все люди одинаковы? У меня появилась уникальная возможность это выяснить, для чего требовалось немного – всего-то расшевелить Бэль, заставить нервничать и говорить о сокровенном. И о близких. А что, любопытство – не порок, почему бы и нет?– Тиран и сатрап, не дающий спокойно вздохнуть? – тут же начал давить я, реализуя свой план. – И твой побег – попытка его разозлить?
– Нет, папка любит меня, ты что! – искренне возмутилась она. – Он мне и не такое спускал…
– Тогда мать, – безапелляционно заявил я, развивая наступление. Кажется, Бэль не поняла, что я её банально развожу. – Твоя мать – тиран и сатрап, и, не будучи в состоянии с ней бороться, ты устраиваешь демарши, чтобы показать, что имеешь своё мнение, отличное от её.
Девушка вновь замотала головой:– Нет. Моя мать – хорошая женщина. Она, конечно, строже отца…
За этим последовала мимика, характеризующая сравнительную степень «строгости». Сильно строже. Очень сильно!
– …Но мы скорее подруги, чем… чем она сатрап! Вот!
– Но что-то же тобой двигало? Охрана – это наёмные работники, корень зла в родителях. Я не прав?
– Прав. – Девушка с сожалением вздохнула. – Просто дело не в родителях.
– Тогда в чём? Я не вижу логики! Что может быть сильнее воли родителей?
– А тебе обязательно искать логику?
Она бросила замученный взгляд. Я стушевался.– Всё в жизни подчинено логике. А в твоём рассказе её нет. Вот я и… обратил на это внимание…
«Шимановский, прекрати! – осадил меня внутренний голос. – Куда ты лезешь? В чужое грязное бельё? Тебе оно надо?»
«Ну, интересно же! Когда я ещё увижу грязное бельё аристократов?» «Кроме того, что они – аристократы, они ещё и люди, и это некрасиво!» – продолжал настаивать мой бестелесный собеседник. Но на сей раз его аргументы действия не возымели. «Отвали! Это – богачи, а не люди! Могу я хоть глазком взглянуть на их жизнь изнутри? Хоть со слов этой девочки? Ничего плохого же я не делаю!» «Кроме глумления…» – вякнул голос напоследок.