Чтение онлайн

– Вы никто, понимаешь? И так и будете никем. Сейчас ты позовешь кого-нибудь, порядок наведут, а дальше? А дальше Крис поплачет в оранжерее и успокоится. И все вернется на круги своя. Кто-нибудь вновь попадет им в лапы, все повторится, только это будет не Кристина, а другая девочка.

А причина, Мари-Анж? Причина останется. "Здесь все равны, но некоторые равнее других". Это долбанное ваше высокомерие, особенно у хранителей. Эти садистские порядки, которые благопристойны только до поры до времени. Видит бог, я не вмешивался в ваши дела, но бросить Крис, позволить унижать ее, не могу.

Да, их можно разнять. И нужно. Но гораздо нужнее поставить их на место. Понимаешь?

Видно, у меня было ОЧЕНЬ выразительное лицо. Зверь, не иначе. Я чувствовал, как мои руки подрагивают, наливаясь злобой, предшествующей припадку. Нет, пока это была просто злость, ненависть к таким, как Кампос, как Оливия Бергер. Как сорок четвертый взвод, в конце концов. Но эта злость старательно искала выхода.

– Они же не трогают тебя, ты же неприкасаемый, - сделала последнюю попытку Мари-Анж.

Я отпустил ее. Усмехнулся.

– Тебе не понять. Сегодня я неприкасаемый. А завтра? Мы должны бороться за себя. За каждый свой день, за каждый шаг. Отстаивать свое мнение, пресекать действия таких сволочей, как эти "сорок четвертые". А иначе кем мы будем? Это неправильно, Мари-Анж. И если офицеры считают такое положение вещей приемлемым, мы должны добиваться своего сами. И плевать на то, что будет!

– В драке между "зеленью" и кадровыми бойцами виновата всегда "зелень", - напомнила она. Я вновь усмехнулся.

– И что?

Она не ответила.

– Ладно, хорош демагогию разводить, пришли.

Я толкнул дверь (гермозатвор игровой почти всегда открыт) и ворвался внутрь. Мари-Анж заскочила следом и встала за моей спиной. Пауза.

Мы сразу отвлекли внимание на себя, став его центром. Я воспользовался этим, чтобы оценить ситуацию.

Пятеро, хранители - золотые нашивки на воротничках. Четверо стоят в стороне, с довольными рожами, пятая, предварительно скрутив, прикладывола Криску головой об пол. Та кричала, но поделать ничего не могла - была надежно спеленута в "крабовый" захват - это когда руки и ноги свободны, но сделать ими ничего не можешь. Держащая ее здоровенная шатенка-полукровка, имела такие размеры тела, что, наверное, могла руками гнуть подковы, куда Криске вырваться из ее объятий! Это плохо, что перекачанная, - автоматически отметил я для себя.
– Но не смертельно. В конце концов, большой шкаф громче падает.

Эта особь была местной знаменитостью. Зовут ее Рыба, и она - самая мощная сеньора этого заведения. Возможно, буч, но я ей свечу не держал, да и не важно сие. Важно то, что придется не сладко, и это подтачивало мои порывы решить дело силой. Возможно, просто заставить отпустить девочку - не такое плохое решение?

– Отпусти ее!
– проревел я. Именно проревел, слишком зверски зазвучал голос. Настолько, что даже массовка, человек пятнадцать зрителей инцидента, стоящих около правой стены, повтягивали головы в плечи.

– Что?
– Недоумение на лице Рыбы быстро прошло, сменившись хищной улыбкой. Кажется, она обрадовалась мне, что я пришел, хотя я не понимал причину. Боковым зрением бросил взгляд на ее товарок - те тоже расплылись в улыбках.

– Я говорю, отпусти девчонку!
– повторил я, но получилось не так грозно.

– А ты кто такой, чтобы мне указывать?
– с вызовом вскинулась она. Ирония из нее так и лучилась.

"Э, да она сама собралась разделаться с тобой, дорогой мой Хуанито!" – воскликнул мой внутренний собеседник. Я это уже и так увидел, и вздохнул с облегчением. Не надо разводить политес и накручивать ситуацию. Все по-честному.

Рыба медленно поднялась, выпустила хнычащую Криску из захвата, но тут же перехватила ее за волосы и рывком заставила подняться.

– Стой, сука! Тут за тобой защитничек пришел! Стоять, я сказала!
– она резко дернула, запрокидывая ей голову назад. Раздался вскрик.

Я проглотил. Она отпустит ее, как иначе. Перед ней гораздо более лакомый кусочек - единственный в корпусе мальчик, зачем ей какая-то шмякодявка?

– Зачем ты его привела?!!
– раздался голос сзади. Хорошо знакомый голос. И выражал он эмоцию страха.
– Ты что, совсем дура?

Реплика была произнесена почти шепотом, но в звенящей тишине ее услышали все. Предназначалась она моей спутнице, а авторство принадлежало знакомой богине по имени Камилла. О, и эта здесь!

Что тут происходит? От ситуации явно начало разить, но я все еще не понимал чем и почему. Тем временем Рыба бросила косой взгляд вбок, на массовку и Камиллу, от которого за километр отдавало презрением, затем переключилась на меня.

– Ну-ну! Говори, защитничек! Я тебя слушаю!

– Отпусти ее!
– вновь произнес я, лихорадочно пытаясь сообразить, что происходит. А точнее, прислушиваясь к интуиции, моей верной помощнице и подсказчице, что делать. Интуиция молчала.

– А то что будет?
– Рыба оскалилась.
– Что ты мне сделаешь? Хуанито, так ведь тебя?

Мое имя она будто выплюнула. И я понял. Понял.

Я - проект королевы и офицеров. Тех самых людей, от которых они пострадали. Причем незаслуженно, во всяком случае, сами так считают. А значит, "построив" меня, они хоть как-то реабилитируются в своих глазах - ведь как-то иначе отомстить командирам не могут.

Меня взяло зло. Я понял, что высокомерие - это еще не все человеческие пороки, и далеко не самый страшный из них. Кулаки мои непроизвольно сжались.

– А ты кулачками не поигрывай! Не надо!
– рассмеялась она.
– А то нехорошо может кончиться!

– Хуан!
– раздалось сзади.
– Не надо! Прошу!

Я молчал. Рыба бросила мне за спину злобный взгляд, но Камилла была ей ровня, такая же хранительница.

– Они только этого и ждут! Прошу тебя, не надо!

– Ну и пусть ждут!
– выдавил я, пытаясь унять злость. Не время, рано. Дракона надо выпускать в строго определенный момент, иначе он таких дел наворотит!..
– Вот он я, перед ними!

– Это хорошо, что перед нами, - усмехнулась противница.
– Ну что же, куколка, за тобой пришли!
– наклонилась она к Криске.
– Твой защитник! Твой герой! Герой, ведь правда?
– Взгляд на меня.
– Слушай, а мне пришла в голову идея. А ведь наш мальчик еще не прошел посвящения! Да и присягу не давал. Не так ли?
– Видимо, реплика предназначалась окружающим, поскольку сама она в этот момент не сводила с меня глаз.
– А раз так, то он тоже обязан слушаться старших.

– Не смей!
– Камилла встала почти рядом со мной.
– Он под защитой офицеров!