Чтение онлайн

Особенностей, как таковых, отличающих от остальных людей, у нее проявлялось немного. Ну, не считая внешних данных - роскошных золотых волос, голубых глаз и белой-пребелой кожи, сводящих с ума всех самцов на расстоянии нескольких сот метров вокруг. Но самая заметная - особые взаимоотношения с алкоголем: чтобы быть на равных с остальными девочками, Мишель приходилось хлестать чуть ли не чистый этанол, но и тот выходил из нее гораздо быстрее, чем ей хотелось.

– Я уже сколько раз Марселле говорила: "Поднимай ее сама! Тебе приказали - ты и делай!" Нет, нужно обязательно поднять Мишель и подставить под удар ее.
– Мутант продолжала жаловаться на жестокую судьбу-злодейку, одновременно ловко попав иголкой в вену. Можно было бы воспользоваться иньектором, но ангелы проходят достаточно серьезную подготовку по линии медицины, чтобы не заморачиваться этим. С другой стороны, это показатель, что белобрысая практически трезвая - пьяная бы она колоть не стала. Ловкое движение - и жгут слетел с руки, оставшись в ладони. Еще секунда, и Лея почувствовала, как по вене потекло лекарство, от которого в ближайшие пятнадцать минут будет хуже, чем от любого похмелья.

Самое интересное, она сама - тоже мод, носитель измененных генов, которые достались ей от дедушки, любовника ее величества королевы Оливии, матери мамы. Тот тоже сверкал белоснежной шевелюрой, сводившей с ума всю слабую половину аристократии, слыв первым красавцем королевства. У нее самой могли быть волосы не хуже, чем у их Мишель, хотя кожа в любом случае осталась бы смуглой. И что касается алкоголя, она давала десять очков вперед всем, кроме, собственно, белобрысой.

Вот Малышка, например, сладко посапывающая рядом, после подобного возлияния не проснется ни в жизнь - хоть пушкой ее буди. Как и остальные девчонки.

– А как там девчонки?
– задала Лея первый внятный вопрос, почувствовав, что тошнота и муть немного отпустили, а земля перестала вращаться. Замолчавшая к тому моменту Мишель пожала плечами.

– Аделия заснула прямо над унитазом. Я всегда говорила, не надо смешивать травку и спиртное. Нимфа дрыхнет в соседней комнате - последний раз, когда я ее видела, она уединилась аж с двумя мальчиками.

– Мальчиками? Двумя?
– озадаченно хмыкнула Лея и почесала подбородок.

– Именно. А вот Сирена заснула с девочкой. Той самой, которая из бара, в красном платье.

– Которого бара?
– поморщилась Лея, напрягая память.

– Который был перед "Золотым фазаном".

Лея пожала плечами - она смутно помнила, где они были и в каком порядке.

– Марселла почему-то вышвырнула всех, кроме нее. Почему - не знаю, что-то там не чисто.

– Департамент? Дружественный клан?

Мишель пожала плечами.

– А Мария Хосе?
– кивнула она на Малышку.

– Думаю, проблемы из-за нее, - ехидно потянула белобрысая, поднимаясь и начиная одеваться. Трусы и китель, в которых она находилась до сего момента, как бы тоже считались одеждой, но полная форма, возимая запасливой Марселлой специально для таких случаев, смотрелась серьезнее.

– Почему?

– А ты не помнишь? Она же до конца прикидывалась принцессой. И этот идиот верил! Верил, что трахает принцессу! Что обжимается с нею, дует на пару "паровозики" в холле гостиницы! А их поцелуйчики...

– В холле гостиницы?
– брови Леи взлетели вверх, а задница почувствовала неприятности.
– И им позволили?

– А кто решится отказать ее высочеству?
– вновь усмехнулась Мишель.
– И плевать, что та на самом деле не выходила из номера, легенда есть легенда.

Лея задумчиво покачала головой. Да, Малышка огребет, и от матери, и потом еще от нее - за подставу. Но мать не могла орать из-за банальной накурки в холле, произошло что-то еще.

Что именно, стало понятно из следующей реплики белобрысой:

– Кстати, этот типчик, которому она кружила голову, оказался племянником герцога Сантаны...

Скажи Мишель, что над городом висит вражеская эскадра, а Венера сходит с орбиты, Лея не была бы так поражена.

– Что-о-о-о?

– Угу.
– Мишель закончила туалет и застегнула верхнюю пуговицу.
– Зовут Рафаэль, старший сын второй из девяти сестер герцога. Четвертый в очереди кланового наследования. За ним приехали часа четыре назад.
– Она бросила взгляд на часы.
– Четыре с половиной. Мы все были в отключке, Марселла приказала отдать его им, а через два часа позвонила твоя мать и начала чихвостить всех и в хвост и в гриву. Соображаешь?

Лея соображала. Хотя, лучше бы не соображала - было бы спокойнее. Блаженны нищие духом...

– Но я не спала с ним!
– воскликнула она.
– Это Мария Хосе!

– Матери объясни, мне не надо, - Мишель устало брякнулась на диван.
– Как, тебе полегчало?

– Да, дай еще пять минут посидеть.

Губы белобрысой бестии расплылись в ухмылке.

– Тяжко, да?

– Да. И надо подумать, как эту дуру отмазать, пока мы не во дворце. Ты же знаешь маму, особенно, когда она злая. Вышвырнет в запас, и дело с концом. Надо убедить ее, что Мария Хосе дура, но не настолько. Что заслуживает шанса.

Она в сердцах пиханула виновницу происшествия ногой. Та заворчала спросонья и перевернулась на другой бок. И вся реакция.

Тут Лею пронзила мысль, от которой ее бросило в холодный пот:

– Слушай, а они что, прямо здесь? Со мной? На этой кровати?

Ответом ей стал взрыв хохота.

– Что, Принцесска, только дошло?

– А я как... С ними, или... Или уже отключилась?

– Спроси у Марселлы. Не знаю. Но в любом случае, даже если и так, ты была вторым номером. "Спал" сеньор Сантана "принцессу", - махнула она головой в сторону напарницы, - а кто участвовал в их веселье вместе с ними, он и сам вряд ли вспомнит. Ну что, пришла в себя?

– Да.
– Аргумент Лею не успокоил.
– Давай одежду.

– Держи.
– Мишель бросила ей на кровать другой комплект формы.
– Сама оденешься, или помочь?

– Сама. Можешь подождать внизу, я сейчас.

– Хорошо.
– Мишель поднялась и направилась к выходу, но вдруг обернулась:

– Ах да, забыла! Марселла сказала, вчера к тебе сеньор один приходил. Такой весь интеллигентный, вежливый. В очках и с дикими глазами.

– Какой сеньор? Не знаю никого.
– Лея скривилась и принялась за процесс одевания. Мишель пожала плечами.

– Откуда я знаю? Говорит, у него был пропуск во дворец, подписанный лично тобой - потому она его и выслушала, а не отправила за орбиту Эриды.

Сердце Леи учащенно забилось - она поняла, о ком речь. О человеке, о котором забыла, и была бы рада не вспоминать. И вряд ли бы услышала, окажись ее подозрения напрасными, а его открытие ничего не стоящим. То есть...

– И что он сказал?
– Она почувствовала, как внутри у нее все съеживается от дурного предчувствия.

– Откуда я знаю? Марселла говорит, передал какую-то бумажку и ушел. Сказал, что устал ждать, пока ты "отдохнешь", если захочешь, сама найдешь его. Надеюсь, это не тот самый старик из "Омикрона"?