Чтение онлайн

– А ты подумал, сколько все это будет стоить?
– спросил Лефти саркастически.

– Пару сотен, не меньше. У нас еще есть припрятанные ружья.

– Да, - сказал Лефти, - но у нас только шестьдесят один доллар. А еще надо оплачивать лечение Хили, черт бы его побрал.

– Несколько дней он не сможет вставать, - вступил в разговор Стоун. К тому времени я надеюсь получить нужную сумму. Если я пошлю телеграмму с просьбой о деньгах, мне их смогут переслать в Майами. А мы могли бы на время переехать в Камп Верде. Жизнь там обойдется нам дешевле.

Идея оставить Хили на попечении Пегги Фернисс совсем не понравилась Лефти, но возразить было нечего, и он с большой неохотой подчинился принятому решению.

Стоун от имени своих товарищей поговорил с доктором, объяснив ему ситуацию.

– О плате за лечение Хили можете не беспокоиться, - сказал доктор.
– Я с радостью окажу помощь любому, кто вернется из пустыни в таком состоянии. Вы собираетесь разбить лагерь?

– Думаю, да, - ответил Стоун.

– Сообщите мне, где вас можно будет найти, когда ваш товарищ поправится. Это будет довольно скоро. Завтра же я отвезу вас в долину. Утром, перед самым отъездом, они увидели Пегги Фернисс с письмом в руке.

– Я написала Мэри, - сказала она Стоуну.
– Я спрашиваю ее в письме, почему она ничего не сообщала о встрече с Вами. Вы отправите это письмо? спросила она у Лефти, протягивая ему конверт с милой улыбкой, которая совершенно нокаутировала бывшего боксера.
– Если я получу какую-нибудь весточку от Мэри, я обязательно сообщу вам. Доктор сказал, что он сумеет разыскать вас. Да и я сама часто бываю в тех краях.

Всю дорогу до Камп Верде Лефти ехал с таким глупым выражением лица, что Стоун с трудом удерживался от шуточек в его адрес, хотя Харви пару раз хитро ему подмигивал. По прибытии на место, Харви отправился поискать место для стоянки, а Стоун в сопровождении Лефти отправился на телеграф. Когда телеграмма была послана, Лефти громко спросил у Стоуна:

– Ты ожидаешь ответ на свою телеграмму?

– Да, а в чем дело?

– Значит, ты будешь заходить и справляться о нем?

– Конечно.

– Послушайте, - сказал Лефти телеграфисту, - нас четверо: Стоун, Харви, Ларкин и Хили. Если для нас будет какая-нибудь почта, отложите ее. Один из нас придет и заберет ее. Хили сейчас болен и находится в санатории. Телеграмма, которую я жду, может быть адресована любому из нас. Понятно?

– Хорошо, - безразлично ответил служащий.
– Если хотите, можете записать свои фамилии. Но мы не передоверяем другим доставку телеграмм.

– Мне только надо знать, когда она придет, - сказал Лефти. Когда они вышли, Стоун сказал:

– Ты не имел права так поступать, Лефти. Если доктор или кто-то другой явится за почтой, а телеграмма уже придет, ты все равно не узнаешь ее содержание.

– Попытка - не пытка, - ответил Ларкин.
– А какое он имел право напускать такого туману вокруг этих чертовых телеграмм? Я все равно узнаю, что в них, вот увидите.

Они разбили лагерь на берегу реки неподалеку от города и несколько раз ходили туда присматривать себе ослов. На второе утро поступили две телеграммы: одна для Стоуна с извещением о денежном переводе, а другая для Хили.

– Поступила она после того, как машина из санатория уже уехала, сказал им телеграфист.
– Вы хотели бы забрать ее? Я могу передать ее и по телефону.

– Сделайте это прямо сейчас, - предложил Лефти.

– Она очень короткая, - сказал телеграфист и набрал номер санатория.

Стоун, Лефти и Харви, затаив дыхание, прислушивались, пока он зачитывал телеграмму. Она была из Калехико и состояла всего из одного слова: "Bueno". Выйдя на улицу, Ларкин просто вскипел от возмущения.

– "Bueno", черт возьми!
– восклицал он.
– "Bueno"! За всем этим что-то кроется. Провалиться мне на этом самом месте! Помните, Харви заметил в пустыне движущиеся точки? кто-то ехал вслед за нами, готов спорить на что угодно! И Хили знал об этом, и Кастро знает.

– Мало ли у кого еще дела в этих местах, Лефти, - сказал Стоун.
– К чему заранее беспокоиться? Мы будем настороже и всегда сможем помешать Хили. Ведь до сих пор он не знает моей части тайны.

– Можешь не сомневаться, - не успокаивался Лефти.
– Я глаз с него не спущу, ни днем, ни ночью. И буду искать тех, кто следит за нами. Если Кастро в этом замешан, то он наверняка подошлет своих ребят, чтобы перерезать нам горло, как овцам. Но этот Хили со своими телеграммами, каков прохвост!

– Между прочим, Лефти, - обратился к нему Стоун, - я хочу открыть тебе свой секрет сейчас. Я хранил его, главным образом, для того, чтобы не пострадали интересы девушки, дочери Лаймана.

– Мы можем так и не найти ее. Это нелегко. Но ты мне ничего не рассказывай, Стоун. Пусть будет так, как решил Лайман. Понадеемся на удачу. Но все равно, спасибо. Я рад, что ты мне доверяешь. Я и сам давно уже хотел открыть тебе свою часть тайны.

Он протянул руку и Стоун с чувством пожал ее. Их вынужденное партнерство переросло в настоящую дружбу.

Их ожидала еще одна новость, которую они узнали из газеты. Там сообщалось, что из резервации убежали сорок апачей, которые были застигнуты грозой в каньоне Каменных Людей. Далее в статье говорилось:

"Как показало расследование, индейцев, очевидно, разозлило присутствие неподалеку от резервации нескольких золотоискателей, которые, судя по всему, или погибли в грозу, или были убиты индейцами. Об этом свидетельствуют и найденные туши двух ослов, один из которых был нагружен необходимым старательским снаряжением. Судя по вооружению индейцев, они вышли на тропу войны. Было найдено лишь несколько трупов людей, остальные, видимо, погребены под грудами камней и деревьев, снесенных во время наводнения. Солдаты, посланные на поиски сбежавших индейцев, обнаружили место трагедии, наблюдая за парящими в небе стервятниками. Апачи из резервации утверждают, что ничего не знают об этом случае, но как бы то ни было, после донесения правительству было принято решение усилить охрану резервации. Старатели, без сомнения, находились вне территории, принадлежащей индейцам, но апачи очень подозрительны и часто нарушают границы своих поселений. Подобный случай вряд ли может повториться, однако старателям следует соблюдать осторожность и держаться подальше от этих мест. Опытные золотоискатели и мысли не допускают о том, что в каньоне Тонто может быть найдено золото или сопутствующие ему минералы".

– Нам нужно быть очень осмотрительными, чтобы никто не мог связать наши имена с этой историей, -сказал Стоун.
– Подготовку к новой экспедиции надо держать в секрете. Мы никому не говорили, откуда мы пришли. В санатории пусть думают, что мы держим путь на север, а не на восток.

– Мисс Фернисс уже знает об этом, - сказал Лефти, покраснев.
– Она так интересовалась нашими делами, что я не выдержал и проговорился.

– Ты можешь попросить ее никому не рассказывать об этом, - предложил Стоун.
– Она производит впечатление человека, умеющего хранить тайну, если надо.

– Я не думал, что в бассейне Тонто может быть золото, - сказал Харви сухо.
– Но если опытные старатели уверяют, что там его нет, то я начинаю сомневаться.

– Я думаю, там есть золото, - заявил Стоун.
– Там могут быть и гранаты, и перидоты, Харви. Мне кажется, ты найдешь свои алмазы.

Харви, очень мнительный во всем, что касалось его пунктика, испытующе посмотрел на Стоуна, но почувствовав его искренность и дружелюбие, ответил:

– Если они там только есть, я найду их! В Аризоне есть алмазы, и я докажу это, чего бы то ни стоило!