Золото Приамурья
Шрифт:
В следующем эпизоде Зазубрин опять неблагоприятно характеризует Мордина. Он сообщает, что в 1890 году служащий компании «Ельцов и Левашов» И. И. Подосёнов, живший на Воскресеновском прииске по реке Эльге (приток р. Харги) получил сведения, что на устье Жедринского ключа на Харге работают хищники, и послал туда некоего И. А. Винокурова. Винокуров, пробив по нескольку шурфов в Жедринском и Казанском и убедившись в богатстве найденной россыпи, поставил разведочные столбы и выехал с заявками в Благовещенск, где был в это время и Подосёнов. Для постановки детальной разведки была организована компания в составе Подосёнова (34 пая) Толмачёва и Репиной (по 33 пая).
Благодаря протекции последней, пишет Зазубрин, в зимнюю разведку следующего года был послан с Винокуровым и Мордин. Якобы «…по инициативе Мордина Винокуров хорошие результаты разведки скрыл, представив разведочный журнал с плохими данными, благодаря чему Репина и Толмачёв от участия в деле отказались из-за «не благоприятности» россыпи и свои 66 паев и заявки переписали на Мордина, который на средства Репиной и Подосёнова принял отводы Жедринского и Казанского приисков и послал на прииски 20 корейцев, а те за один зимний месяц по выморозке разведочных ям намыли на Жедринском прииске 1 пуд 17 фунтов золота» [68].
Факты, приводимые Зазубриным, впрочем, не так уж однозначны. Во-первых, Подосёнов, изначально владелец наибольшего количества паёв, из компании не вышел. И в случае обмана двух других пайщиков главную роль должен был бы сыграть именно он, так как Виноградов находился в его непосредственном подчинении. Во-вторых, если отводы, как указывает Зазубрин, Мордин принял на своё имя, но на средства Репиной, по сути дела закредитовавшись у нее, говорить об обмане сложно. Видимо, компаньоны все же доверяли Павлу Мордину, коль скоро участвовали вместе сним в товариществах, зарегестрированных позднее обозначенного Зазубриным 1890 года.
Так или иначе, золотопромышленное товарищество на базе открытых в верховьях Селемджи золотых россыпях было создано. И, как отмечает Зазубрин, руководящую роль в новом товариществе занял Мордин, обладатель 2/3 паёв и «человек широкой личной инициативы и предприимчивости».
В первое пятилетие компаньонами золотничным способом разрабатывались только прииски Жедринский и Казанский, зимой – ямами, а летом – открытым разрезом. Годовая добыча золота на них, при 200–300 рабочих, не превышала в этот период десяти пудов.
В 1897 году на прииски был приглашён популярный в то время строитель-самородок Александр Васильевич Алексеев, изобретатель так называемой «алексеевской» бутары. Алексеев построил дамбу, защищающую устье Жедринского ключа от подпора Харгинской воды, установил кулибинку и бочечную машину. Оба промывочных прибора в первый же год дали 12 пудов золота. На следующий год с помощью этих устройств было извлечено уже 27 пудов.
Но в 1898 году, когда компаньоны быстрыми шагами шли к обогащению, Подосёнов утонул. Легенда связала эту смерть опять-таки с Мординым. Широко распространились слухи о том, что Мордин утопил своего компаньона, ударив его веслом по голове, когда тот, будучи выброшенным из лодки во время прохождения порога, пытался выплыть.
О причастности Мордина к смерти Подосёнова говорится в широко известном в своё время бульварном романе «Амурские волки». (В романе фамилия прототипа Мордина легко угадывается в фамилии персонажа Харин.)
Современники усмотрели в гибели Подосёнова выгоду для его компаньона: став единоличным хозяином приисков, уже в 1899 году Мордин получил рекордное количество золота. На Жедринском прииске одной кулибинкой и двумя однобочечными машинами было намыто 70 пудов, а на Казанском золотничными работами – 16 пудов золота. И в этом году Мордин, как сообщает Зазубрин, становится миллионером.
Однако описание смерти Подосёнова Зазубриным на этот раз противоречит легенде. Он, как свидетель происшествия, отрицает причастность Павла Мордина к смерти своего компаньона.
«В этом году для осмотра приисков с целью их покупки приезжали французские капиталисты. Они предлагали 200 тысяч, владельцы же просили 250 тысяч. Сделка не состоялась. При выезде с приисков в лодке гостей сопровождали Мордин и Подосёнов. На одном из опасных перекатов Мордин и французы сошли на берег, в лодке остались Подосёнов, в нетрезвом виде правивший рулём, и рабочие-гребцы. Ударом волны по рулевому веслу Подосёнова выбросило из лодки и разбило в камнях»[68].
В романе «Амурские волки» Харин становится жертвой шантажа. О шантаже со стороны служащего Щебыкина, в руках которого оказался договор между Мординым и Подосёновым, упоминает и Зазубрин. По его версии, Щебыкин, соблазнившись посылом в 5 тысяч рублей, договор отдал, однако денег от Мордина не получил.
Впоследствии между Мординым и наследниками Подосёнова возникла судебная тяжба, в результате которой истцы якобы получили несколько десятков тысяч рублей, что для Мордина с его уже миллионным состоянием было неощутимо.
А в 1900 году Мордин основывает акционерное «Амурское золотопромышленное общество» с правлением в С.-Петербурге на следующих основаниях.
«Устав Амурского Золотопромышленного Общества
Цель утверждения общества, права и обязанности его
§ 1.
Для добычи золота, платины и других металлов в Амурской области, а также и в других местностях Империи, учреждается акционерное общество, под названием «Амурское золотопромышленное общество».
Примечание 1-е. Учредитель общества – Благовещенский купец Павел Васильевич Мордин…
§ 2.
Принадлежащие П. В. Мордину в Амурской области прииски, со всем относящимся к ним имуществом, передаются владельцем на законном основании Обществу, с соблюдением всех существующих на сей предмет законоположений…
§ 11.
Всё… количество акций распределяется между учредителем и приглашёнными им к участию в предприятии лицами, по взаимному соглашению…
§ 16.
При последующих выпусках акций, преимущественное право на приобретение оных имеют владельцы акций предыдущих выпусков, соответствующее числу имеющихся у них акций. Если же акции нового выпуска не будут разобраны, то на остальную часть оных открывается… публичная подписка…» [167].
Из приведённых фрагментов мы видим, что всё «Общество» состоит из одного Мордина, который стал единоличным учредителем, поскольку лишь его прииски составляли имущественную основу фирмы. Но зато это теперь была фирма, акции которой Мордин мог бы продавать по той цене, которая его бы устроила. Он понимал, что на пике эти акции будут оцениваться весьма высоко, тогда как лишь он сам мог знать о перспективах россыпной добычи. Именно поэтому, передав «Обществу» золотороссыпные площади, Мордин оставил за собой заявки, а впоследствии и отводы рудников, которые собирался разрабатывать единолично.