Чтение онлайн

Драган потер лоб. Его глаза были расширены, он что-то шептал про себя, сняв очки.

— А что это вообще значит? — спросила Эльза

— Мы с Чадаевым давние друзья… — произнес он, с трудом подбирая слова — но… этого не может быть… это, это большая честь для меня.

— Что там? — спросил, наконец, Никола — что там написано?

Мама дала прочитать мальчику письмо.

На позолоченной бумаге вверху был начертан большой круг, на котором лежал символ «V». Ниже шел текст:

Многоуважаемый Владыч Драган. Мы, Совет Золотого Общества Его Императорского Величества, и лично его Потестас Владыка Демиан, приглашаем Вас, на правах члена Золотого Общества шестого уровня, присутствовать на величайшем событии Второй Эры.

Дмитрий Чадаев достиг последней стадии постижения Истины. Седьмой свиток показал его имя. 1 июля 1905 года состоится прочтение седьмого свитка.

Вам предоставляется возможность воспеть его славу в Императорском хоре, либо присутствовать на церемонии прочтения как его сокурсник вместе с Сергеем Скреппом. Мы будем рады видеть Вас.

Далее ставились какие-то печати и росписи друг на друге

— Ты поедешь в Веридас? — спросила его Эльза, присев рядом. Она взволнованно посмотрела на Драгана.

— Да! Завтра же! — воскликнул он — такое событие нельзя пропустить!

Отец побежал складывать вещи так быстро, как ему позволяла нога.

Никола подошел к маме.

— Мам, папа что, уезжает?

— Не знаю… малыш — она обняла сына, не отводя взгляда от суетившегося в другой комнате Драгана. — Пойди наверх, я к тебе скоро поднимусь

— Эльза, — крикнул отец — мне кое-что нужно

Он вернулся с маленькой коробочкой в руках и вручил ее супруге, снимая рубашку

— Что это? — спросила она глядя на коробку — краска?

— Да, это золотая краска, я потом объясню. Мне нужно покрасить в золотой кончик хвоста — он показал на свой длинный темный хвост волос за спиной — поможешь?

Пока родители занимались, Никола поднялся наверх. Он зашел в кабинет отца и уселся на мягкий диван возле одной из книжных полок. На подушке лежала недочитанная им в прошлый раз книга, озаглавленная как «Введение в Рациологию», очень толстая и потрепанная. Мальчик открыл ее и начал читать.

Дождь за окном утихал, тремоло капель по карнизу окна усыпляло ребенка.

Совсем скоро он услышал, как по деревянной лестнице со скрипом кто-то поднимается наверх. Дверь в кабинет отворилась, внутрь хромая зашел Драган. Кончик его хвоста примерно до середины уже блестел золотом, что очень даже понравилось Николе. Отец медленно подошел к нему, мальчик не отрывался от книги.

— Читаешь? — спросил он

— Да, пап — Никола закрыл книгу — я почти закончил вот эту

Драган присел рядом.

— Ну и как? Понятно, что там пишут?

— Не очень — с тихой печалью признался Никола

Драган посмеялся. Он взял книгу в руки и с улыбкой начал смотреть на ее синюю, в светлую клеточку, обложку.

— Я уже и не помню, сколько мне было, когда я прочитал Введение. Помню, что после первого раза вообще ничего не понял, так что тебе не стоит огорчаться.

Он легонько начал взъерошивать Николе волосы на голове.

— Пап, а что это за Золотое Общество?

Драган замолчал, двумя пальцами растирая глаза.

— Ну… давай вот как я тебе объясню — он посмотрел в сторону одного из стеллажей — сколько ты уже отсюда книг прочитал?

— Четыре — ответил мальчик, немного подумав

— Так вот эти четыре книги лишь маленькая капелька, рассказывающая о том, что изучает наше общество. Золотое общество это такое большое — он обвел руками по воздуху, показывая громадность — пребольшое содружество ученых, исследователей и… и прочих людей.

— И что же вы изучаете?

— А вот что в книгах написано, то и изучаем — сказал отец

Никола обиженно положил руки на грудь.

— Но я совершенно ничего не понимаю, что в них написано

— Хе-хе, рановато тебе еще — если бы понимал, ты бы давно уже был среди нас.

Мальчик тут же поддержал эту идею

— Я тоже хочу!

Отец вновь рассмеялся

— Когда-нибудь… мы с тобой вместе съездим в Веридас, я познакомлю тебя с моими друзьями дядей Сергеем и дядей Дмитрием — я вместе с ними учусь у одного учителя, вернее учился.

Драган встал и подошел к своему рабочему столу. Открыв один из выдвижных ящиков, что был на замочке, он достал оттуда коробку небольшого размера. Она была черная, с шершавой поверхностью. Отец вручил ее мальчику.

— Это подарок тебе, в честь такого события — сказал радостно Драган

Мальчик открыл коробку. В ней среди красной ткани лежал длинный кинжал. Он был весь золотой, от эфеса до кончика лезвия. Рядом располагались черные ножны.

— Он достался мне, когда еще существовала традиция дарить оружие первокурсникам на поступление, — голос Драгана сделался серьезным — но Никола, я прошу тебя… это не оружие, не используй его как оружие, пообещай, пожалуйста. Ты же помнишь? Поступать надо как следует, а не как хочется.

Мальчик, заколдованный золотым блеском и красотой клинка покачал головой.

— Я уеду всего на месяц — сказал Драган, похлопав его по плечу — так что не скучай.

***

Когда любого человека, проживавшего в Себоре, спрашивали, что он знает про маленький городок Ужиц, он незамедлительно начал бы хвалить винные напитки из яблок, что здесь производили. Целое лето огромные яблоневые сады, что находились за лесной полосой пригорода, грелись под солнцем, вынашивая урожай. И когда лето подходило к концу многие жители с большими корзинками направлялись сюда, чтобы собрать его. Люди специально ради этого приостанавливали работу на полях, в пределах возможного, и отовсюду, что с пригорода, что с самого Ужица шли заниматься сбором яблок. Сад был общим достоянием, за ним время от времени кто-нибудь да ухаживал. Стройные ряды яблонь уходили далеко-далеко за горизонт, так что наливных хватало всем, каждый мог взять сколько угодно.

Однако использовали их в разных целях. Кто-то просто ел, таким людям было нужно совсем чуть-чуть. Были те, кто гнали сок, но большинство, все же, производили из них самый дорогой товар — яблочное вино. Оно славилось далеко за пределами Ужица и даже всего Себора. Вино это было домашним, поэтому многим фермерам приходилось самим добывать сырьё. Но не все могли найти времени работать в садах, а отказываться от большого дохода никто не желал. Поэтому в ход вступала самая доступная рабочая сила округи — сотни ребятишек с утра до позднего вечера бегали с гружеными фруктами тачками с садов на фермы и обратно. И совсем маленькие, и те, кто постарше толпами направлялись сюда с лестницами, палками, корзинками, тележками. Всюду стоял гул, кто-то что-то обсуждал, в основном то, куда они потратят заработанные деньги. Это была типичная картина августа месяца.