Чтение онлайн

– Н-на юге?.. Ну да, за Самброй.

Он протянул ей кусок сыра. Она взяла его, стараясь не коснуться руки Торна.

– Не могу же я спрашивать дорогу на каждом перекрестке? К чему плутать, когда под рукой прелестный провожатый?

Катье прожевала и проглотила кусочек, даже не почувствовав вкуса.

– Но Петер...

– Ваш сын? – Торн покосился на нее. – О нем можете не беспокоиться. Найал Элкот – лучший адъютант в английской армии. Он был бы уже капитаном, да у семьи нет денег, чтоб заплатить за производство в чин... Так вот, он позаботится о безопасности вашего Петера и, заметьте, намного лучше, чем вы.

– Как у вас язык повернулся?! – взвилась она. – Я ему мать!

– Не сомневаюсь. Но едва ли ваша святая материнская любовь уберегла бы его от тех разбойников, что напали на нас с вами.

– Вы, полковник Торн, видно, не знаете, на что способна мать ради своего ребенка.

Пальцы полковника потянулись к горлышку бутылки. Катье улыбнулась и, как послушная девочка, сложила руки на коленях.

– Или, скажем, сестра-Сургуч от пробки с треском посыпался на солому.

– Ваша сестра получит по заслугам, – сказал он и откупорил бутылку.

– Но в чем она провинилась? – спросила Катье и слегка побледнела от внезапной догадки. – Вы были...

– Любовниками? – закончил Торн, разливая в кружки темно-красное вино. Глаза его стали почти черными в тусклом свете фонаря и остановились на ней, отчего у нее вдруг засосало под ложечкой. – Нет, мадам. Такие женщины не в моем вкусе.

Катье вспыхнула и пригубила вино, крепкое, обжигающее, как взгляд человека, сидящего напротив.

– Ваша сестра замешана в гораздо более тяжких преступлениях, чем любовная измена.

Катье вновь остро ощутила исходящую от собеседника опасность, словно у него внутри туго натянута пружина часового механизма.

– А теперь, мадам, будьте добры сменить тему. Ваша сестра – неподходящий предмет для застольной беседы даже в столь непритязательной обстановке.

– И какой же предмет вас устраивает? – вспылила Катье и подхватила юбку, чтобы встать.

Он потянулся к ней, но она оказалась проворнее, вскочила, напоролась на железный крюк и, оцарапав плечо, вскрикнула от боли.

– Говорите, полковник Торн, какая тема вам по душе? – не унималась она, пятясь от него и зажимая рукой царапину. – Ваша жена? Ваши дети? Ваши кони? – Она помотала головой, чувствуя, что не может унять дрожь.

– Я не женат, мадам.

Он переступил через ящик. Катье продолжала пятиться и раскачивать головой из стороны в сторону.

– Й детей у меня нет.

В отчаянии она забилась в пустое стойло.

– А конь всего один, и с ним вы знакомы. – Он подошел к ней вплотную, тень от столба падала на его лицо. – Есть еще вопросы?

– Нет. – Она прерывисто дышала. – Отойдите, что вам от меня нужно?

– Может быть, поговорим о том, что мне от вас нужно? Она отступила еще на шаг. Солома скользила под ногами; Катье не удержалась на ногах и с криком упала на ворох свежей соломы, вдохнув ее пряный запах.

В темноте она не могла разглядеть выражение его глаз. Отблеск фонаря сбоку чуть подсвечивал его лицо: мужественно очерченный подбородок, черные изогнутые брови над сверкающими глазами. От страха Катье была не в силах шевельнуться.

Он опустился рядом с ней на колени, настойчиво сверля ее взглядом.

– Или о том, что вам нужно от меня? Он неторопливо наклонил голову.

– Что... Что вы делаете? – срывающимся шепотом пробормотала она.

– В темнице люди умирали на моих глазах и от менее серьезных ран, – ответил он и приник губами к царапине у нее на плече.

Катье задохнулась от влажного прикосновения к своей коже. Он слегка посасывал порез. Она закусила нижнюю губу, отвернулась, закрыла глаза. Ей хотелось бороться, хотелось чувствовать острую, отвлекающую боль. Но она не боролась. И не чувствовала боли. А только жаркие губы и влагу языка, зализывающего ее царапину.

По телу разносился какой-то звон, точно оно замерзло и слишком быстро оттаивает. Губы Торна поднялись вверх, к шее, где пульсировала жилка, и на всем пути оставляли за собой парализующее тепло.

– Полковник...

– Мадам, – отозвался он с непонятной дрожью в голосе. – Ехать с вами в седле – такая сладкая мука. – Он лизнул языком тонкую кожу у нее за ухом. – Скажите «Торн»...

Катье задохнулась, изогнула шею.

– Отпустите меня.

– Я вас не держу.

Она повернула к нему голову. Его глаза были совсем близко.

– Тор...

Он впился ей в губы, запустил пальцы в волосы. Потом стал покрывать страстными поцелуями ее лицо.

– Что вы со мной делаете? – простонал он.

Господи, надо бежать от него как можно дальше! Надо отвлечься от напряженного ожидания, заставляющего кровь быстрее струиться по жилам. Но она так долго была одна. Так долго...

– Вы не причините мне боли? – прошептала она.

– Нет! – выдохнул он где-то возле ее губ. – О нет! Мучительно медленно он слился с нею в поцелуе.

Потрогал языком нижнюю губу, втянул в себя ее свежее дыхание. Потом язык продвинулся внутрь ее рта, все глубже, жадно захватив в плен ее язык и заражая Катье этой жадностью.

От ласковых, дразнящих движений сладкая нега растекалась по тайным уголкам ее тела. Они настойчиво призывали ее ответить на поцелуй. Катье неуверенно прошлась кончиком языка по внутренней поверхности его губ. Его стон отозвался в глубинах ее существа.

Она положила руки ему на спину, погладила стальные мышцы, бугрившиеся под тонким полотном рубашки. В ней стремительно нарастало желание почувствовать на себе это большое сильное тело.

Длинные пальцы скользнули по ее груди, по талии, на бедра. Она забылась в вихре незнакомых, неведомых ощущений, прижалась к нему, помимо своей воли отвечая на каждую ласку, готовая следовать за ним, куда бы он ее ни повел. В голове звучал какой-то вкрадчивый, неясный шепот, пугающий дерзкими обещаниями.

Да, пугающий. О Боже! Она изогнулась, уперлась руками ему в грудь, стремясь освободиться от настойчивых губ.

Он откинулся, перекатился на бок.

– Нет! Не надо, пожалуйста!