Чтение онлайн

Гринвальд был куда больше Лонгрена и являлся последним городом по дороге на юг, в архитектуре и городском устройстве которого проявлялись обычаи и жизненный уклад просвещенного севера. Далее на юг начинались земли, присоединенные к империи совсем недавно – каких-то пятьдесят лет назад, когда имперские легионы методично таранили приморские княжества, прорываясь к Савойскому морю.

Проезжая по улицам, фон Крисп дивился смешению культур севера и юга. Дома стояли под черепичными крышами, однако их стены были выложены изразцами, многие горожане носили широкополые шляпы, отдавая дань традициям севера, но одежды предпочитали свободные, что было необходимо в здешнем жарком климате. Телеги здесь запрягали не лошадьми, а мулами, раскрашивали спицы колес кто во что горазд, притом что многие из колес из-за плохого досмотра едва держались на осях, но внимание на такие пустяки здесь не обращали: главное – нарядный вид.

Над всеми экипажами были устроены козырьки, затянутые материей согласно достатку владельца. С козырька в обязательном порядке свисали разноцветные кисточки и даже ленточки, фон Крисп по незнанию предположил, что в городе праздник, но, приглядевшись, убедился в ошибочности этого предположения.

Заметив вывеску с дымящимся чайником, а рядом коновязь под навесом с полудюжиной лошадей и оборванного сторожа, капитан решил остановить выбор на этом заведении. Оно показалось ему солидным, в такие не ходят жулики и наемные убийцы.

Едва фон Крисп остановился напротив заведения, сторож вскочил с камня, на котором грел свой тощий зад, и с невероятной проворностью подскочил к гостю:

– Прошу вас, господин! У нас самое лучшее вино, мясо молодого барашка! Сладкий шибаб и зеленый чай с коровьим салом!

Капитан спустился на землю, отдал повод в руки оборванца и уточнил:

– Ты хотел сказать, с коровьим маслом?

– Нет-нет, настоящее коровье сало прямо со шкуры!

– Спасибо, братец. Присмотри тут за коняжкой, отпусти подпругу и дай ему воды, он к здешнему климату непривычный.

С этими словами капитан сунул сторожу медную монетку в два крейса. У того от неожиданности вылезли на лоб глаза, видимо, к такой щедрости тут не были приучены.

«Чем дальше на юг, тем ниже цены. Это я уже знаю», – отметил про себя фон Крисп, толкая двустворчатые двери, окрашенные в голубой цвет и снабженные окошками в виде сердечек.

Поначалу ему показалось, что в зале слишком темно, однако выскочивший будто из ниоткуда приказчик в желтой шелковой рубахе тотчас отвел его к удобному столику, на который через отверстие в стене, забранное частой деревянной решеткой, падало достаточно света.

– Одну минуту, хатиб, сейчас все будет, – пообещал приказчик и, низко поклонившись, убежал, лавируя между массивными изразцовыми колоннами.

Фон Крисп снял шляпу и огляделся. Ему случалось бывать на юге, но по военной надобности – там было не до питейных заведений. Посетителей оказалось немного, только за парой столов сидели люди, но их было плохо видно из-за особенности освещения.

Появился приказчик с молодой девушкой, у нее были выкрашенные хной волосы и подведенные брови, а лицо по северной моде она не пудрила.

Девушка поставила на стол серебряную чашу с розовой водой, и не успел капитан спросить, что это за напиток и как его следует пить, она обмакнула в воду конец чистого полотенца и, зайдя фон Криспу за спину, протерла ему шею и лицо.

Капитан заулыбался, такое было для него в диковинку, эта процедура его освежила.

– Теперь вы можете смочить в чаше руки, хатиб.

Фон Крисп послушно окунул руки, девушка их насухо вытерла, подхватила чашу и убежала.

Капитан проводил ее взглядом, разочарованный тем, что красавица так быстро ушла.

– Хатибу понравилась эта девушка? – тихим проникновенным голосом поинтересовался приказчик.

– Она миленькая, – согласился фон Крисп.

– Вы можете быть с ней прямо сейчас. Желаете до кальяна или после?

– Кальян? – Капитан огляделся, только сейчас он заметил, что в полумраке зала над столами, где сидели гости, поднимается дымок.

– Хорошо, неси кальян, только полегче, я на службе.

– Только ароматы и бодрость, хатиб, – поклонился приказчик. – Как насчет девушки? Если не нравится эта, можем показать другую, у нас есть туранки, ирбичайки. Или хатиб предпочитает юношей?

– Нет, я устал и хочу есть. Кажется, у вас есть вино и молодой барашек, правильно?

– Конечно, хатиб, у нас есть все, что только пожелаете.

– Тогда несите еду и вино.

– Без кальяна? – поразился приказчик.

После его обходительности фон Криспу было как-то неловко отказываться.

– Ладно, неси уже свой кальян, только о барашке и вине тоже не забывай.

Приказчик унесся, но скоро появился с кальяном, поставив его посреди стола.

– Спасибо, братец.

Капитан прикусил мундштук и потянул воздух. В кальяне забулькало, и рот наполнился кисловатым дымом.

– Ну как, хатиб?

– О! Великолепно! – ответил фон Крисп, надеясь, что приказчик наконец уйдет, однако тот оставался на месте. – Ну что тебе еще?

– Там три хатиба с севера, они купцы и хотят угостить офицера. Что мне им сказать?

– Нет, я хочу посидеть один… Хотя… – В голову фон Криспу пришла интересная мысль. – Пусть идут за мой столик, всегда приятно пообщаться с земляками.

В синеватой дымке неуверенно двигались оплывшие тени, среди них ярким пятном выделялся приказчик. Купцы уже давно сидели за кальянами, и их слегка пошатывало. Подойдя к капитану, они с преувеличенной осторожностью пожали ему руку в перчатке: все же он был дворянин, а они просто разбогатевшее мужичье.

– Я – Хонскель.

– А я – Редбель.

– А мое имя – Снук, господин офицер.

– Очень приятно, господа, – ответил фон Крисп, тут же забыв их забавные тэстельские фамилии, к тому же выглядели эти трое совершенно одинаково: красные лица, русые волосы, нос пуговкой, серые маленькие глазки.

– Мы как увидели имперского офицера, так прямо и обрадовались! – сказал один, кажется, это был Хонскель.

– Да-да, вы не представляете себе, как приятно видеть в этих варварских краях офицера, мы думали, что вы лейтенант, а оказалось – целый капитан!

Фон Крисп затянулся из кальяна и тоскливо посмотрел в зал: где же обещанное вино и барашек?

– А вы, значит, купцы из Тэстеля?

– Да, мы из Тэстеля, – подтвердил Хонскель.

– Все трое, – уточнил Редбель.

– И я тоже, – сообщил Снук.

– И как торговалось?

– Хорошо торговалось, господин офицер. Завтра домой тронемся, только жарко тут.

– Это да, – согласился фон Крисп. – Мне случалось быть на севере, но дальше Гудбурга я не забирался.

– В Гудбурге хорошо идет шерсть, – сказал Хонскель.