Чтение онлайн

– Дочери герцога Иллийского!

Мы, словно давно отработанным движением, одновременно сделали несколько шагов вперед и развернулись к гостям. Хоть все нас и знали, да и сенешаль уже объявлял наш выход, но от традиционных правил церемонии представления никуда не денешься.

 - Оливия, старшая дочь герцога Иллийского.

Ливи изящно, словно танцуя, присела в легком реверансе. Повернула голову, нежно и ласково всем улыбнулась, послала взгляд полный покорности и благодушия. Даже я залюбовалась ее грацией и красотой.

 - Мирабелла, вторая дочь герцога, - щеки Мирры стали пунцовыми, она почти упала в реверансе на пол. В синем платье и светлыми кудрями, уложенными в высокую прическу, сестра была очаровательна и элегантна. И пусть Мирра не так великолепна, как Оливия, но все же – хороша, очень хороша.

 - Лиатрис, третья дочь герцога, - настала моя очередь склонить голову в приветствии.

Уж не знаю, насколько я была грациозна и мила, но мои учителя могли бы мной гордиться. Чуть присесть в реверансе, спину держать прямой, словно к ней швабру привязали (впрочем – так и было, когда меня учили), взгляд опустить вниз и улыбнуться кончиками губ.

 - Перед вами красота, гордость и честь семьи герцога Иллийского! – сенешаль ударил посохом еще раз и отошел в сторону.

Интересненько, Оливия – красота, Мирра – гордость, а я - честь, что ли?

Ну надо же, папенька впервые в жизни обо мне отозвался вполне прилично. Впрочем, вряд ли бы он ударил в грязь лицом и начал хаять невесту перед женихами.

Рейен Алефиан вышел вперед. Я искала глазами в толпе гостей его брата, но не видела. Почему Вейлариана нет?! Он куда-то отошел? Уехал? Он ведь вчера обещал…

Меня начала накрывать тихая паника. Остаться одной с его старшим братом было почему-то страшно.

Алефиан приветствовал моих сестер. Поцеловал пальцы Оливии, сказал ей пару комплиментов, отметив редкую красоту. Затем настал черед Мирабеллы, и ей рейен наговорил массу любезностей.

Наконец он встал передо мной. Я протянула пальцы для поцелуя, но рейен к ним не склонился.

– Лиатрис? Это кажется переводится как… летящий цветок? – он хитро заглядывал мне в глаза, напоминая о нашей первой и единственной встрече.

– Небесный цветок, - с холодной улыбкой поправила его. Мы пересеклись взглядами и Алефиан коротко поклонился, признавая мою правоту.

– Небесный цветок, чьи лепестки настолько нежны, что опадают от легкого бриза, - он подошел ко мне ближе и все-таки поцеловал руку, - Вы тоже настолько нежны?

Я вырвала ладонь из его пальцев и незаметно отерла о юбку.

– От ветерка не сломаюсь, - гордо вскинула голову.

– Лиатрис!
– тихо рявкнул на меня отец, призывая к учтивости, - Рейен Алефиан, прошу прощения за мою дочь...

– Ну что вы!
– милостиво принял извинения дракон и впился глазами в мое лицо, - Я люблю непокорных девушек, они заставляют кровь бежать быстрее!

Мне стало не по себе от его взгляда. Он словно хотел продемонстрировать мне, что от него я никуда не денусь. Ха, не на ту напал, леат Алефиан! Мы еще посмотрим, кто вечером будет праздновать победу!

– Но... где же ваш брат?
– я огляделась по сторонам. Вейлариана до сих пор нигде не было видно и это внушало мне непонятный страх. Присутствие младшего рейена незаметно держало меня в спокойствии, я почему-то ему доверяла, и отсутствие Вейлариана все же выбило меня из колеи.

– Мы с братом близнецы, благородная леата, - в глазах Алефиана появился хищный блеск.
– Мой выбор это и его выбор...

– Но это не касается, жены, Алеф,

Меня буквально затопила волна облегчения. Старший рейен резко оглянулся, словно не ожидал увидеть брата, посторонился и Вейлариан шагнул вперед.

Первым делом поприветствовал Оливию, затем Мирру и подошел ко мне. Не спрашивая, взял мои пальцы, ледяные от недавнего страха, поднес их к своим губам.

Я отчаянно сдавила его руку, непроизвольно благодаря, что он так вовремя появился. Вейл понимающе улыбнулся, коснулся губами кончиков моих пальцев и ответно пожал их. Выпрямился, потянул меня за руку к себе, заставляя сделать шаг вперед.

– Я выбираю вас, леата Лиатрис!

Алефиан тут же встал рядом с ним:

– Мы выбираем вас, леата Небесный цветок!

Имирия неторопливо спускалась по лестнице, зорко поглядывая по сторонам. От ее цепкого взгляда не могли ускользнуть ни чересчур разнаряженные горничные, ни вольготно болтающие мальчишки-поварята, ни весело перемигивающиеся с девушками слуги. Ключница одним резким словом, а то просто и нахмуренной бровью мигом заставляла их найти себе хоть кое-то занятие, лишь бы не попадаться больше ей на глаза. Ступая по мраморным ступенькам, проложенным ковровыми дорожками, Имирия важно подбирала подол своего праздничного темно-серого платья с дорогими хильстийскими кружевами. В этот торжественный день, когда во дворец съехались представители самых важных и богатых родов, рас и цехов, пока высокородные господа проводят брачные ритуалы и заключают между собой самые важные семейные сделки, расслабляться нельзя ни на миг. Поэтому Имирия тщательно следила, чтобы и вазы были полны свежих цветов, и шторы и занавеси спадали красивыми выверенными складками, и доспехи у дворцовых стражников блестели, начищенные песком и щелоком. Конечно, слуги дело свое знали, но Имирии было спокойней, если она все контролировала сама. 

Правда, порой на ее лице проглядывала такая странная улыбка, что даже те, кто не получил от ключницы замечания или понукания живо возвращаться к работе, старались скрыться подальше от ее взгляда. Казалось, даже золотой медальон, мелькающий в ворохе кружев у воротника, хищно поблескивал в свечном свете.

Имирия старалась проконтролировать все.

А уж расплетающийся клубок своих интриг – тем более.

Наралекс настолько жаждет получить племянницу обратно, что не побоялся даже ворваться в чужое государство с войском, вооруженным до зубов. Все на свете отдаст, лишь бы Лиатрис, дочь Лазарии, оказалась в Сумитаре. Император был убежден, что у сестры не могла родится обычная сильфида.

Золотая курица простых яиц не несет.

Наралекс страстно желал стать королем.

Имирия гадко ухмыльнулась. Она никогда не была романтичной особой. Вся та нежность и безудержная страсть, которой забивают себе головы молодые девчонки, все те страдания и несчастные романы с разлученными влюбленными – полнейшая глупость и бессмыслица.

Конечно, Имирия любила Наралекса. Преданно и верно, не позволяя себе даже на миг задуматься о каком-то другом мужчине, хотя с императором вживую после его побега из замка она больше никогда не виделась. Но ключница прекрасно понимала, что, несмотря на все заверения Наралекса в ответной любви, заняв сильфский престол, он никогда на ней не женится. И любовницей его она стать не сможет. Потому что он – станет королем сильфов, а она – всего лишь человек и обедневшая дворянка, работающая экономкой. Не та раса, не тот статус благородной крови.

Что ж, император получит свою сильфиду. Красавицу и умницу с золотыми косами, чем-то похожую на погибшую Лазарию. Пусть позабавится, пытаясь пробудить в родной, как он думает, племяннице сильфскую магию.

По линии герцога все родственники чуть-чуть ею обладали. У кого-то больше, у кого-то совсем жалкие капли, но вполне достаточные, чтобы учуять тот же хмир.

Оливия к ней прибежала глубокой ночью, злая, зареванная, и от этого подрастерявшая свою знаменитую красоту. Ключница провозилась с девушкой до утра, сначала выслушивая малопонятные причитания ее светлости, перемежающиеся со всхлипываниями и угрозами всем окружающим, затем рассказывая свой план, уже почти доведенный до финала, и приводя заплаканную девушку в порядок.