Золотые рыбки
Шрифт:
Алена открыла глаза, покосилась на него.
— Борь, не лезь в это дело, а? Мне и так тяжело…
— Тебе нужен совет бывалого человека.
— Ты мужчина. Я больше прислушаюсь к Мимочке.
— К Людмиле, — поправил Борис: он не переносил имя Мимочка, подкалывал, что оно напоминает собачью кличку. — И что она тебе посоветовала?
Алена выпрямилась в кресле, села поудобнее. За окном пылила кольцевая дорога. Мимо проносились фуры, рядом с которыми ауди казалась игрушкой. Лишь бы в пробку где-нибудь не попасть.
— Она с самого начала была против наших с Семеном отношений. Утверждала, что у нас нет ничего общего.
— Но ты, как всегда, не прислушалась.
— А должна была? — парировала Алена. — Ты же сам утверждал, что у женщины…
— Волос долог, а ум короток! — подхватил Борис и засмеялся. — Вообще-то я говорил это о своей жене.
В семейных отношениях у Бориса тоже не все ладилось, но он никогда и ни у кого не спрашивал совета, как быть. Предпочитал все решать сам. Пусть даже ошибаться. Вот и Алена хотела учиться на своих ошибках, а не на чужих советах.
— Он мне замуж предложил выйти.
Она сказала это будничным тоном, и Борис не сразу переварил услышанное, а потом резко затормозил.
— Замуж? Значит, мужик серьезный, уважаю.
— Ага. Сначала ему нужно было подумать, и он бегал от меня, как партизан от фрица. Не смешно, Боря. Я себя ощущала соломенной вдовой. С Жориком развелась из-за этого. А тут еще Галя…
— Кто такая? — поинтересовался Борис.
— Его бывшая. У Семена с ней очень близкие отношения до сих пор.
Борис приоткрыл окно — в салоне было душно.
— Разве плохо, что он думал? Лучше, если бы сначала погладил, а потом выставил за дверь?
— Разве получилось не так? — спросила Алена с болью в голосе.
Они помолчали: обоим нужно было остыть.
— Что он от тебя хотел? Мне показалось, что волнуется человек, вот я и не стал вмешиваться. Как говорится, двое дерутся — третий не мешай.
Алена колебалась. Если рассказать Боре о маньяке, он просто запихнет ее в самолет, плюнув на все возражения, и увезет в неизвестном направлении. Тогда Семен ее точно долго не увидит. А она — Семена…
— Да так, мелкие дрязги.
— Мне так не показалось. Я краем уха слышал о маньяке.
— Большой у тебя край уха… Он расследует дело серийного убийцы, только об этом и думает.
Врать она никогда особо не умела. Пришлось прятаться за челкой от внимательного взгляда Бориса.
— Ему что-нибудь угрожает? Или тебе?
Машина резко вильнула в сторону и притормозила у обочины.
— Алена, это не шутки!
— Боря, здесь нельзя тормозить. У тебя сейчас права отберут, — она оглядывалась в поисках спрятавшихся сотрудников ГИБДД.
— Да плевать мне на права! — закричал он.
В тесном салоне автомобиля голос показался громоподобным, Алена зажала уши. Борьку злить нельзя. И дело не в том, что он старше и умнее, а в том, что он всегда прав. Он изначально не может ошибаться.
— Он тебя предупреждал? — Борис дотянулся и сильно сжал ее плечо. Алена взвизгнула от боли.
— Нет! — соврала она. — Борька, мне больно.
Плечо он отпустил, включил мотор и вырулил на трассу. Вытер тыльной стороной руки пот со лба.
— Так, мы немедленно возвращаемся домой, и ты собираешь вещи! Нет! Мы сразу едем в аэропорт. Вещи там купишь.
— Там — это где? — поинтересовалась Алена. — Куда ты собираешься меня запихнуть? В Антарктиду? На Луну?
— Понадобится — на Марс!
— Боже, как ты сейчас похож на Краснова! — буркнула Алена и отвернулась. — Мне ничего не угрожает. Он просто просил быть повнимательнее. Может, уехать из Москвы на пару дней.
— Отлично!
— Я никуда не поеду. Или… У Кудинова есть дом в деревне. Я поеду туда, отдохну. Такая перспектива тебя устроит?
А уж как счастлив будет Гриша! Еще с ней увяжется. Но его она быстро отошьет. Вот если бы увязался Семен… Но об этом приходится только мечтать: у него работа, маньяк, Галя…
Борис еле согласился отвезти ее к Грише и предупредил, что сам встретит и отвезет домой.
— Ты теперь будешь следить за мной двадцать четыре часа в сутки?
— Охранять! Ты моя единственная сестра, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Алена взяла его руку, большую, широкую, надежную, и приложила к щеке. Борис погладил ее.
— Борь, ну откуда маньяк узнает обо мне? Это Краснов придумал, чтобы затащить меня в постель.
— Уверена?
Она была уверена как раз в обратном.
— Борь, мы поговорили, все выяснили. Между прочим, зеленый зажегся…
Ауди рванула вперед. К дому Кудинова они подъехали почти без опоздания.
— Спасибо, братик!
Алена чмокнула седую шевелюру Бориса. Он вылез из машины, отдал ей ключи.
— Может, все-таки встретить?
— Ни в коем разе. Может, я вообще никуда не поеду…
Мысль идиотская. После встречи и разговора с Семеном она никогда не ляжет в постель с Гришей. Хотя изначально такая идея зрела. Казалось, если она переспит с другим мужчиной, то сотрет с себя следы Краснова. Да куда там! Стоило ему сегодня взять ее за руку, как внутри все оборвалось от желания. Такой петлей захлестнуло, что она не выдержала и раскисла. Хорошо, что он ничего не понял. Или сделал вид, что не понял. А каким он сегодня был ласковым и нежным!.. На колени встал, чего она никак не ожидала, предложение сделал. Щипала и царапала себя, чтобы не согласиться на него.
— Аленка…
— Что? — она взглянула на Бориса.
— Я ведь тебя знаю. Наверняка что-то задумала. Еще есть время остановиться.
— Борька… Я люблю тебя!
Поцеловав Бориса, Алена упорхнула птичкой в подъезд кудиновской многоэтажки.
Григорий встретил у лифта — наверное, курил и уже не раз.
— Наконец-то! — выдохнул он с облегчением и на всякий случай посмотрел в лифт — нет ли там Мимочки.
— Не беспокойся, я одна, — рассмеялась Алена. — Мимочку я не взяла. Борька поехал в отель. Но обещал вернуться, если ты попытаешься меня обидеть…