Чтение онлайн

Трещали горящие дрова. Дара скинула с кровати на пол меховое покрывало, села на него, прижавшись спиной к печной стенке и слушая песню пламени и дерева, чувствуя, как медленно нагревается печь, а за ней и вся спальня.

Днём не было страшно. Даже в тишине ощущалась жизнь. Тихо переговаривались между собой гридни за дверью. Домовой дух то и дело выглядывал с потолка и пугливо прятался, каждый раз встречаясь взглядом с лесной ведьмой. Дара подумала, что стоило оставить ему крынку молока на ночь. Пусть стережёт её сон.

После разговора с Ярополком волнение исчезло, как если бы его никогда и не бывало. Всем сердцем, всей душой Дара поверила, что князь не позволит её обидеть, не подпустит княгиню даже близко.

Но всё же речи Ярополка так же вселяли надежду, как и ранили. Ведь за каждым ласковым словом, за каждым нежным взглядом не было ничего искреннего.

«Я всего лишь дочка мельника, а он Великий князь. И я нужна Ярополку, лишь пока он верит, что я скоро верну чародейскую силу», – напоминала себе Дара.

Вряд ли был на свете хоть один человек, который мог полюбить то злобное и пугливое существо, в которое она превратилась. Разве можно было полюбить того, кто сам не знал любви и не был на неё способен?

«И я не так красива, как Веся, – размышляла Дара. – Стрела и Ежи полюбили её просто так, за одно лишь милое личико. Даже Милош был к ней добрее, чем ко мне. Но Милош такой же, как я, он неспособен любить. Меня он растоптал и унизил, как только ему выпала такая возможность».

Умиротворение, принесённое Ярополком, со временем рассеялось.

Приближался вечер, и всё ниже опускалось бледное зимнее солнце. Вместе с сумраком в ложницу обратно заползали страхи.

– Госпожа лесная ведьма, – дверь приоткрылась, и показался незнакомый гридень. – К тебе девушка, она говорит, что твоя служанка.

– Князь приставил ко мне пока Третьяка, других слуг у меня нет.

– Госпожа, – послышался из-за двери девичий голос.

Дара нахмурилась и кивнула гридню, разрешая пропустить незнакомку.

Не сразу, не с первого взгляда, но Дара узнала её. Девушка стояла, чуть склонив голову набок, и улыбалась со странной весёлостью. Это была пропавшая Третьяна.

– Я слышала, что тебя обвинили в моей смерти, госпожа лесная ведьма, – смешливо произнесла она.

Третьяна развязала платок и медленно стянула с головы, тёмные волосы распушились, щёки разрумянились. Кажется, она только-только пришла с улицы.

– Не ожидала, госпожа лесная ведьма? – спросила она с улыбкой. – Я вот тоже не ожидала, что решусь вернуться.

Дара не знала, что сказать. Медленно она поднялась с меховой шкуры на полу, оглядела Третьяну с головы до ног.

– Ты жива, – произнесла, недоумевая, она.

– Жива, – кивнула просто девушка.

Дара смотрела на служанку и будто впервые видела, так смутно запомнились ей черты Третьяны, её голос и манера говорить, а между тем она чуть не лишилась жизни из-за служанки.

– Где ты была?

Третьяна обернулась на гридня, намекая ему уйти прочь, но тот ждал приказа Дарины, а ту терзали сомнения.

– Оставь нас, – наконец решилась она. – Нам нужно поговорить.

– Я сообщу о случившемся Великому князю, – предупредил гридень и закрыл за собой дверь.

Глазами Дара нашла нож на столе, рассчитала, как быстро сможет его схватить. Рука её напряглась, готовая нанести удар.

– Где ты была? – повторила она вопрос.

– Пряталась от тебя и от княгини.

– Что?

– Ты ещё не увидела? – удивилась Третьяна. – Правда? Не увидела?

– О чём ты говоришь? – Дара поджала губы, сжала пальцы в кулаки.

– А я-то думала…

– Говори, как есть, хватит увиливать да играть словами! – разозлилась Дара. – Что тебе нужно? Почему ты скрывалась и заставила всех верить, что я тебя убила? Ты же следила за мной. Я видела тебя у реки.

Третьяна закивала.

– Я не знала, что ты ничего не поняла. Я-то, наоборот, решила, что ты очень умная и зоркая. Как-никак сама лесная ведьма.

– О чём ты?

– Приглядись, – Третьяна развела руки в стороны, и тулуп распахнулся на её груди.

Дара не сразу сообразила, что от неё требовалась, а после с недоверием и сомнением прищурилась, позволила зрению расплыться и увидеть то, что скрыто – золотой огонь, тёкший по венам, струившийся от головы к сердцу и дальше по всему телу.

– Ты ведьма, – выдохнула она в удивлении.

– Я думала, ты сразу догадалась, ведь столько говорят о твоём могуществе.

Но никогда о мастерстве. Дара подошла ближе к столу, по-прежнему поглядывая на нож. Всё это было так странно.

– А теперь поясни, что случилось и почему ты пропала.

Третьяна опустила взгляд, видимо, собираясь с мыслями.

– Хотя бы то, что княгиня приставила меня следить за тобой, ты поняла?

– Уж это любой дурак поймёт, – скривилась Дара.

– Я испугалась, что она из всех девок меня выбрала, потому что прознала, кто я. Пойми, госпожа лесная ведьма, это в остальных ратиславских землях ведьм не обижают, а если и настигнет их народный гнев, так за дело. В Лисецке всё иначе. Матушка говорит, что раньше мирно было, не одна ворожея в округе жила, но с тех пор, как князь Чернек взял в жёны рдзенку, в городе стало неспокойно. Поначалу она ещё держалась, но после Хмельной ночи никому – ни чародею, ни простой травнице, ни тем более волхву – в Лисецком княжестве от костра не спастись. Матушка не раз просила отца бежать в соседние земли, когда я родилась, опасалась, что я себя как-то выдам, но батюшка своих старых родителей не хотел бросать…

– И никто не догадался?

– Добрые люди про матушкин дар молчали, а на меня наложили чары, и до пятнадцати лет я своей силы не чувствовала, а после уже знала, как её в узде держать. Так и жила. Так многие живут.

Знала Дара такие чары, на себе испытала, когда ребёнком её отвели к колдуну Таврую, и он нарисовал узоры на груди, что обожгли, как раскалённый клинок, но не оставили ожогов. Так же потом долгие годы Дара не чувствовала огня в своей крови.

Так многие, наверное, жили.