Чтение онлайн

– Вы рассказывали нам про Аскор, милорд, – с улыбкой напомнила графиня, очевидно, стремясь прервать затянувшееся молчание.

– Я хотел сказать, что у вас здесь, в Лиате, чудесная природа и чистый воздух, – ответил Дамиан.

– Кому нужна эта природа, – пожала плечами Лин. – Хотела бы я иметь возможность уехать из нашей деревни в Аскор – вот где жизнь кипит!

– Потерпи немного, дорогая, – вступила в разговор ее сестра, Лорин, вроде бы. – Скоро император Вардамиан нападет на нас – вот тогда мы и заживем, как приличные люди.

Дамиан с удивлением посмотрел на нее.

– Вы хотите, чтобы вас завоевали? Разве вас не путает война?

– Нисколько! – уверенно ответила Лорин. – Все аскорцы – приличные и воспитанные люди. Вы же слышали, что произошло в Вертене? Их присоединили без единой жертвы, просто дворец разрушили, и вертенский король подписал капитуляцию. Да в Лиате все только и мечтают поскорее сдаться в плен императору Вардамиану!

– За здоровье императора! – хихикнула Лин, поднимая бокал.

– Говорят, он такой красивый… и не женат. Скажите, милорд, это правда? – Лорин мечтательно улыбнулась.

Дамиан, который как раз успел отпить глоток вина из своего бокала, поперхнулся и долго не мог откашляться.

– Не женат, – подтвердил он, с трудом прочистив горло.

– Я бы всё отдала, чтобы познакомиться с ним лично! – промурлыкала Лорин.

«У меня бы не встал», – мрачно подумал Дамиан.

– Мои девочки совсем молоды, поэтому они такие глупышки, – вмешалась в разговор графиня. – Запомните, мои милые, не внешность красит человека, а его душа.

Дамиан мысленно закатил глаза: что за оригинальный тезис.

– Скажите, милорд, а вы сами знакомы с императором? – продолжала тем временем графиня. – Какой он?

– Не удостоился, – изобразив на лице глубочайшее сожаление, ответил Дамиан.

– Я лично уверена, что, если император хотя бы наполовину так же мил, как вы, милорд, – заявила Лин, – то, когда он завоюет Лиату, нас ждет блестящее будущее!

Дамиан скрипнул зубами. Кажется, так откровенно его еще никогда не клеили.

– Ах, стоит мне только подумать о будущем, как мое бедное сердечко начинает выпрыгивать из груди! – Графиня, словно забывшись от волнения, попробовала было схватить Дамиана за правую руку, но он ловко увернулся и на всякий случай спрятал руки под стол.

– И всё же, милорд, что вы знаете об императоре? – нахмурилась графиня, раздраженная тем, что ее маневр не удался. – Про него говорят, что он жестокий человек. Неужели правда?

«Хлебом не корми – дай кого-нибудь зарезать», – мысленно согласился с ней Дамиан.

– Император суров только с теми, кто его донимает, – ответил он вслух, любезно улыбнувшись.

Дамиан чувствовал, что все эти дурацкие попытки его очаровать вот-вот приведут к тому, что у него начнет дергаться глаз. Господи, до чего же устал он от дамочек, которые мечтают выскочить за него замуж! Он думал об Одуванчике и о том, что надо скорее заканчивать тут и отправляться на ее поиски. Как все-таки эта чистая девочка отличается от других – жадных, расчетливых…

Словно в ответ на эти мысли двери распахнулись, и его Альдорика снова вошла в обеденный зал. В руках у нее был очередной поднос – на этот раз, с горячими блюдами. Дамиан мгновенно перестал обращать внимание на болтовню хозяек замка, которые вернулись к обсуждению душевных качеств и физических достоинств аскорского императора, и сосредоточился на наблюдении за Дорой. Пока она разносила горячее, Дамиан смотрел на нее не отрываясь.

Дора всё так же волновалась – это было видно невооруженным взглядом. Она подошла к нему со своим подносом и, глядя куда-то в сторону, поставила перед ним на стол жаркое с тушеными корнеплодами. Дамиан сжал кулаки, борясь с желанием прикоснуться к ней хотя бы на мгновение и не решаясь на это под пристальным взглядом хозяйки замка.

– Милорд, мы ждем от вас тост! – заявила графиня.

– За здоровье хозяйки дома, – уныло ответил Дамиан, поднимая свой бокал.

– Ах, какой вы галантный кавалер, – наигранно засмущалась та.

Дора направились к выходу. Дамиан по-прежнему следил за ней взглядом.

– Золушка, стой, – вдруг громко сказала Лорин, а потом обратилась к матери: – Я хочу, чтобы за обедом играла живая музыка. Тогда наш гость увидит, что, хоть мы и живем в глуши, о хороших манерах не забываем. Золушка умеет играть – пусть сядет за фортепьяно.

Графиня посмотрела на дочь, потом на замершую у двери Альдорику, перевела взгляд на Дамиана, пожевала губы.

– Я очень люблю живую музыку, – заявил Дамиан, нагло пользуясь своим положением гостя.

– Хорошо, – фыркнула графиня. – Пусть поиграет нам. Золушка, ты слышала?

Дора молча сделала книксен, положила свой поднос на низкий столик и направилась к фортепьяно, стоящему недалеко от дверей. Дамиан порадовался, что инструмент был расположен так удачно – он мог наблюдать за ней со своего места, не поворачивая головы.

Обеденный зал наполнился звуками старинной музыкальной пьесы, и император вдруг вспомнил ту самую мелодию, которой в детстве мучили его самого – с карьерой музыканта у него с тех пор так и не сложилось, потому что уроки музыки он ненавидел всей душой. Зато Дора играла изумительно, Дамиан даже потерял ощущение времени. На секунду он задумался, кто и зачем учил ее играть, но отмахнулся от этих мыслей – позже он всё про нее узнает.

Дамиан с головой погрузился в музыку, а заодно и в мысли об исполнительнице, поэтому даже дернулся от неожиданности, когда графиня пару раз щелкнула пальцами прямо у него перед носом.

– Милорд, вы меня слушаете? – сердито поинтересовалась она. – Я рассказывала, что сегодня по дороге из Лорка мы встретили самоходную карету. Вы не знаете, откуда она здесь?

– Понятия не имею, – не моргнув глазом, ответил он. – Впервые слышу.

Он вежливо улыбнулся и снова уставился на Альдорику.

– А что, если это был сам император? – воскликнула Лин. – И он направлялся на переговоры с его величеством! Что-нибудь насчет присоединения Лиаты к Аскору?

«Как ни странно, дворяне Лиаты и в самом деле мечтают об оккупации, – подумал Дамиан. – Кстати, Керн был в этом уверен». Он сделал в голове две зарубки. Во-первых, иметь в виду, что исполнить пророчество будет, кажется, проще, чем он рассчитывал. Во-вторых, не говорить Керну, что тот снова оказался прав. Перебьется.

– Ваши слова меня удивляют, – сказал он вслух, продолжая любоваться Одуванчиком прямо сквозь сидящих напротив него девиц, словно они были прозрачными. – Я был наслышан о патриотизме и независимом духе лиатанцев.

– А мы вовсе и не местные, – хихикнула Лорин. – Живем здесь всего четыре года, так что независимость Лиаты нас не сильно волнует.

Графиня нахмурилась и с таким выражением лица посмотрела на дочь, что даже Дамиан, который не отрывал глаз от Доры, заметил недовольство хозяйки замка и заинтересовался.