Чтение онлайн

Вечером Алексей долго говорил с Марго, и ему удалось убедить жену выделить сумму на репетиторство. Камила, услышав эту новость, была рада и в то же время очень подавлена. Она видела, как сложно всем живется. Они и раньше питались скудно, но теперь они ели совсем мало и почти одно и то же. Часто им приходилось есть хлеб, который отправляли на ферму свиньям, так как срок годности уже истек. Но как же они будут питаться теперь, Камила не знала, но и отказаться она не могла. Камила пообещала, что будет помогать отчиму в его работе на полях и постарается сделать все, чтобы поступить в университет. Алексей одобрительно кивнул, и в его взгляде действительно не было сарказма. Было ясно, что он верит в ее возможности. А именно этого Камиле так не хватало.

Заручившись поддержкой, Камила начала свое обучения с самого первого дня летних каникул. Занятия проходили дома у Ольги Константиновны. Расположившись в тесной кухне, они начали изучение с самых азов. Все началось с заряда электронов, валентности, подсчета коэффициентов и так далее. Временной регламент строго соблюдался. Камила приходила всегда вовремя, несмотря на то что ей приходилось преодолеть на своем пути лес, извилистые тропы, заросшие колючей травой ухабы, а в заключение еще и обойти небольшой пруд. Камила готова была пройти два таких пути, лишь бы хотя бы немного стать ближе к своей мечте. Ольга Константиновна отпускала ее сразу же, как только истекали сорок пять минут. Учительница, со своей стороны, тоже прикладывала усилие. Она старалась объяснять на самом простом языке, на самых элементарных примерах. И нужно отдать должное: опыт и знания Ольги Константиновны сделали свое дело. Очень скоро Камила начала понимать все эти знаки, формулы, цифры, которые раньше казались ей бессмысленной абракадаброй. Как-то раз Камила сидела на кухне Ольги Константиновны и смотрела в открытый учебник. Перед ней ровными столбиками стелилось условие задачи, которую она дома самостоятельно решила. Она стала листать книгу то назад, то вперед, и вот она видит заряд электронов, реакцию гидролиза, а вот пошел раздел и органической химии, которая ей с самого начала очень понравилась. Она теперь понимает все эти огромные циклические формулы полимеров, знает, как присоединить одно к другому и что при этом выделится или, наоборот, затратится. Она теперь знала, где какой катализатор используется, какой осадок выделяется. Камила чувствовала, что победа над этим колдовским предметом постепенно ползет к ней в руки. В совершенном блаженстве от новых знаний и в ликовании от новых свершений Камила незаметно для себя начала улыбаться. Улыбка эта была сияющей и лучезарной. Глаза горели таким блеском, каким обычно озаряется лицо влюбленного подростка. В этот момент зашла Ольга Константиновна. Увидев сияющее лицо ученицы, смотревшей в учебник как на портрет возлюбленного, она улыбнулась и спросила тоном, каким она еще ни разу не обращалась к Камиле:

– Чего ты там такого милого увидела?

Камила вздрогнула и обернулась. Она впервые увидела, как ее строгая учительница улыбается, как все нормальные люди. Ранее ей казалось, что Ольга Константиновна лишена любых проявлений мягкости и доброты. А сейчас, когда улыбка, пусть даже на короткое мгновение, промелькнула на лице учительницы, Камиле показалось, что перед ней стоит очень милая и добрая женщина, которую она почему-то раньше не видела. В это мгновение все крупные черты лица Ольги Константиновны обрели нежность, а четкие линии стали мягкими и плавными. Ушла та окаменелость и холодность, и учительница предстала перед Камилой обычной женщиной, обладавшей, как и все, и сердцем, и чувствами.

Поначалу они ни о чем, кроме занятий, не говорили, но как-то раз, когда Камила надевала свои пыльные сандалии, Ольга Константиновна невзначай кинула фразу:

– Ты быстро все схватываешь. Кто знает, а может, у тебя все получится.

Камила поспешила попрощаться, потому как у нее тут же набежали слезы. Выбежав из темного подъезда, она побрела по натоптанной тропинке, с силой надавливая на глаза в надежде остановить поток слез. О, как были важны ей эти слова! Всего лишь короткая фраза оторвала ее от земли. Камила плакала от счастья и от стыда. В памяти мгновенно всплыли моменты, в которых она плохо отзывалась об этой учительнице. Ее обида тут же сменилась чувством вины перед ней. Как же хорошо, что Ольга Константиновна не услышала то, как она ругалась на нее в душе и даже иногда жаловалась вслух Алексею. В первый раз за все время обратная дорога показалась ей такой долгой. Камиле не терпелось прийти поскорее домой и снова сесть за учебник по химии. С того дня Камила стала еще усерднее готовиться к поступлению в университет. Если бы ей не нужно было так рано вставать каждое утро, то никто бы не оторвал ее от учебников и ночью. Но Камила держала свое слово: она каждый день как на работу ездила с Алексеем на поле.

Алексей взял два гектара земли и засеял ее огурцами, помидорами, баклажанами, стручковым перцем и капустой. Все лето Камила ездила на работу вместе с Андреем. Аннель эта участь обошла, потому что после двух сцен, которые она закатывала два утра подряд, Марго разрешила ей оставаться дома, тем самым еще больше укрепляя в Камиле уверенность, что Марго несправедливая мама. Но скандалы под названием «Ты любишь Аннель больше, чем меня!» были уже давно прекратились, так как все равно ни к чему хорошему не привели. Поэтому обе стороны сошлись на том, что каждый из них по-своему прав и не прав, и эта тема ревности больше не поднималась.

Итак, лето для Камилы было отнюдь не временем отдыха. В начале сезона начался сбор огурцов. Длинные зеленые грядки с крупной, стелющейся по ней ботвой простирались чуть ли не до самой трассы. День напролет Камила работала на огурцовых полях, подставив под раскаленное солнце голову. От палящей жары почти негде было укрыться, а назойливые мошки не позволяли оголить даже кусочек запястья: они тут же заползали внутрь и начинали безжалостно жалить, из-за чего место укуса мгновенно отекало и вызывало нестерпимый зуд. Поэтому длинные рукава рубашки заправлялись в перчатки, штанины – в носки, а на голову и лицо натягивалась шляпа с мелкой сеточкой, заправлялась под ворот рубахи и плотно оборачивалась у шеи хлопковой косынкой. В таком облачении Камила была похожа на маленькое чучело. Передвигаясь по полю с огромным железным ведром, она махала рукой Андрею, который тут же шел к ней с пустым мешком. Работая на полях, Андрей и Камила говорили о многом: о полезных вещах и обо всяких глупостях одновременно. Камила с детства любила задавать странные вопросы, а Андрей иногда даже отвечал на них. Если же он не знал, как ответить, то просто говорил сестренке, чтобы она хоть на минуту замолчала. Камила хихикала и снова принималась за работу. Собирать огурцы оказалось таким невыносимым трудом для Камилы: эти зеленые, вытянутые, покрытые колючими пупырышками крокодильчики прятались в самой глубине ботвы. И даже если перерыть весь куст, то в итоге все равно она упускала из виду самый хитро спрятанный огурец. На следующий же день пропущенный нужного размера огурец перерастал в огромный зеленый овощ, который размером мог сравняться с полулитровой бутылкой. Такие огурцы уже точно на продажу не годятся. Сбор огурцов был почти каждый день. Согнувшись буквой «Г», Камила, Андрей и еще четверо рабочих неустанно трудились в самый зной. После сборов начиналась переборка огурцов. Больше тридцати мешков нужно было перебрать до конца рабочего дня. На продажу выставлялись только ровные, с достаточным количеством пупырышек на кожице, меньше среднего размера огурцы. Остальные собирались в большую кучу, которую сбывали по дешевке для свиней. Каждый день, едва только солнце проливало на небо желтые лучи, Камила с Андреем уже торчали в поле. Работа была просто адской, а вечером приезжал оптовый покупатель и начинал торговаться с Алексеем, стараясь бессовестно снизить цену. Камила возилась с этими огурцами еще в теплице, высаживая каждое зернышко в бумажный стаканчик. Потом она же пересаживала в открытый грунт нежную рассаду. Камила с этими огурцами перенесла не одну бесконечную прополку. И она же волочила за собой огромное ведро с огурцами то в одну сторону грядки, то в другую. Поэтому она готова была убить этого оптовика, который так страстно пытался снизить цену. Ей казалось, что эти огурцы на вес золота: таким непосильным трудом они добывались. И когда Алексей уступал больше, чем на два рубля, Камила готова была разрыдаться от злости, что так бесценно отдается такой каторжный труд.

Параллельно шла подготовка помидорного поля к высадке. Это было удивительное время. Поле густо заливалось водой, так что оно больше напоминало болото. А потом по колено в воде, едва переставляя ноги, волочились рабочие, а за ними и Камила. Теперь она работала одна средь рабочих, потому что отчим уезжал по делам в город, а Андрей, как оказалось, имел непереносимость к листьям томата. Его кисти рук тут же покрывались волдырями, которые впоследствии распространялись по всему телу. Так что очень скоро Марго нашла ему работу в Москве, и он уехал.

Закатав штаны выше колена, Камила чвакала по грязи босая. Липкая и густая почва поднималась почти до колен, временами засасывала ее обледенелые ноги. Как-то раз Камила волочилась по залитому водой полю, погружая руки то в корзину с рассадой, то в мягкую грядку. Она уже почти дошла до конца поля, как вдруг услышала, что поблизости что-то плюхнулось воду. Обернувшись, она увидела, как по ее ряду прямо по густой жиже к ней плывет огромная ящерица. Она была длинная, приблизительно сантиметров тридцать, серая, с длинным толстым хвостом, гибким телом. Извиваясь и шевеля короткими лапками, она быстро приближалась к Камиле. Девочка успела только громко вскрикнуть, выронив корзину с рассадой. Она бросилась было бежать, но ее ноги, со всех сторон окруженные коричневой грязью, словно приросли к земле. Она пыталась вырваться, но все было бесполезно: огромная ящерица, оголяя свою ровную спину, волнистый хвостик и, конечно же, мерзкое лицо, быстро приближалась к ней. Потеряв всякую надежду выбраться до того, как это полевое чудовище ее настигнет, схватила в руки вязкую землю и начала бросать в ящерицу. И вот чудовище уже в полуметре от нее, и тут Камила, не удержав равновесие, плюхнулась прямо в густое болото. Обиднее всего, что упала она прямо лицом в эту коричневую жижу, тем самым сократив расстояние между ней и устрашающей ящерицей. Камила погрузила свои руки в размякшую почву и почувствовала, как жидкая глина просочилась между ее пальцами. Уперевшись ладонями в грязь, она подняла лицо и едва открыла глаза, как тут же увидела, что противная ящерка свернула на грядку прямо у ее носа. Целый месяц потом перед Камилой всплывал этот момент, вызывая холодную дрожь по всему телу. «Какие же у ящериц противные лица, – думала она. – Вот именно лица, не мордочки, как у зверушек, а именно устрашающий лик, напоминающий исхудалое лицо какой-нибудь мерзкой старухи». Понадобилось достаточно времени, чтобы она забыла этот случай или хотя бы перестала от этого вздрагивать. После всего случившегося Алексей проявил сострадание, и отправил Камилу работать на укропные грядки. По правде сказать, это было огромное поле, поросшее полынью и другими сорняками, которые Камила начала вычищать одна, так как все остальные все еще возились на помидорном участке. Земля под укроп занимала около двадцати пяти соток. Сидя на корточках, Камила ползала по земле как затравленый утенок. Траву нужно было вырывать именно рукой, чтобы оставить землю чистой. Лето уже близилось к концу, и с утра было достаточно прохладно, поэтому Камила с радостью перебралась на укропное поле вырывать сорняки. Работала она усердно, все думая о том, как вернется домой, примет душ и пойдет к репетитору. Там, на кухне Ольги Константиновны, открывался совсем другой мир – мир химических реакций и задач. Каждый день с утра до ночи Камила не переставала говорить себе, что станет врачом, и не просто врачом, а великим врачом. На меньшее она просто не соглашалась. Эти мысли придавали ей сил, и она порой работала без отдыха целый день. Однажды она так увлеклась вырыванием сорняков, что даже не заметила, как пропустила обед. В тот день работа была доведена до конца. Камила поднялась на ноги и обернулась. К своему удовольствию, она увидела чистое поле с аккуратными кучками выдернутых сорняков. Сделав несколько шагов в сторону камышей, где в прохладной тени она прятала бутылку с водой, она остановилась. Вдруг разноцветные мушки замелькали между ней и выросшей под ногами длинной тенью. Голова стала какой-то тяжелой, словно вся жидкость стала скапливаться у переносицы. Вокруг все поплыло, ноги стали ватные. Камила даже не сразу поняла, что с ней произошло. Последнее, что она увидела, – это то, как ее бежевую рубашку запачкали ярко-алые капли крови, покатившиеся друг за дружкой из ее носа. Во рту ощущался какой-то сладковато-металлический вкус. А потом она помнила лишь ноющую боль в затылке и терпкий вкус почвы на губах. Камила без сознания лежала лицом на раскаленной от полуденной жары земле.

3

Лето закончилось. Закончились и занятия по химии у Камилы. За это лето Ольга Геннадьевна плотно заполнила пробелы в ее знаниях по химии. Прежде чем Камила перестала ходить к ней на репетиторство, они успели пройти всю школьную программу по неорганической химии и захватили часть органики. Так что в школу Камила готовилась без страха и даже с радостью. Аннель тоже была рада этому времени, потому что в конце августа они должны были поехать в город за покупками. Нужно было приобрести одежду к началу учебного года, канцелярские принадлежности и кое-что для дома. Поехать всей семьей они не могли, так как кто-то должен был присматривать за домом. Долгих споров не возникло. Аннель тут же твердо настояла на том, что она обязательно должна поехать, так как она сама должна выбрать себе обувь и рубашку. Аннель была очень привередлива в одежде. Что угодно она не наденет, и донашивать после сестры ей было также унизительно. Чего совсем нельзя было сказать о Камиле. Она носила все, что ей давали, главное, чтобы подходило ей по размеру. Почти весь ее гардероб состоял из старой одежды двоюродных сестер и мамы. Марго умело подгоняла любую кофту под фигуру Камилы, и она с благодарностью носила все, что ей предлагали. Так что Камила с легкостью уступила Аннель поездку в город, а сама осталась дома.

Когда они вернулись из города, Марго устало плюхнулась на один-единственный стул и начала жаловаться. Оказалось, что Аннель целых два часа искала блузку и в конце концов выбрала самую невзрачную рубашку. Аннель сидела молча, как и всегда, когда ее ругали. Камила бы уже тысячу раз ответила, и ссора бы затянулась еще на целый час. А так Марго побранилась немного и успокоилась.

За обедом Марго сказала девочкам:

– Андрей позвонил вчера папе и сказал, что через неделю вышлет мне деньги, чтобы я могла купить себе мобильный телефон.

В их семье мобильный телефон был только у Алексея. Хотя это было то время, когда у любого первоклашки уже была своя мобильная связь.

– А нам когда? – тут же спросила Аннель.

– Все у нас будет по старшинству, – твердо заключила Марго. – Сначала у папы, потом у меня, потом у Андрея, потом у Камилы, и тебе только в последнюю очередь.

Аннель тут же надула губы. Марго тем временем продолжала:

– Телефон, который я куплю, через полгода перейдет Камиле, а я смогу тогда купить другой. Так что, если хочешь, Камила, можешь поехать со мной в город и помочь мне с выбором. Ведь это будет и твой телефон.