Чтение онлайн

— Какая… довоенная риторика, — подала голос Лена.

— О да, старый-добрый фашизм, — кивнула Ната, — очень похоже. Грустно здесь то, что “другие” — это мы с вами.

— Ну, хотя бы теперь знаем, что облезлые нам точно не друзья, — заявил Максимов.

— Облезлые? — переспросила лингвистка.

— Так гулей называют рейдеры, — пояснил Тема.

— Тут стоит быть осторожными в выводах, — вступила Таня, внимательно глядя на собирателя, — не все гули могут придерживаться идеологии этой трансляции. Когда вы окажетесь там — самое худшее, что можно сделать, это считать всех местных врагами.

— Да, — согласилась Ната, — мы понятия не имеем, насколько эта трансляция влиятельна внутри их сообщества, если оно вообще существует. Может, это делает какой-то одержимый фанатик-радикал, а может быть, это централизованная операция. Давайте дальше. Есть еще Пришедший. И судя по всему так называет себя автор трансляции. Если ему верить, то у него есть некоторое количество последователей, которых он называет апостолами. Мы не знаем ничего о его личности, но зато четко понимаем его цель. Он хочет заселить Сибирь гулями.

— Все люди сдохнут в Пятне, поддавшись трансляции, а гули смогут заселить освободившиеся земли, заразив их радиацией, — кивнул Максимов.

— Неизвестно, осознает ли Пришедший, что его трансляция имеет такое влияние, — возразила Галя, — это может быть свойством передатчика, который он использует.

— Неизвестная довоенная технология? — спросил Тема. Галя кивнула.

— Теперь про День Первый, — продолжила Ната, — тут тоже все просто и очевидно. Это день, когда легли первые ракеты. Собственно, когда кончилась война и началась наша эра. С точки зрения Пришедшего это первый день новых людей — гулей, потомков Полного списка. Обычная риторика того, кто хочет все зачистить и начать сначала. Про Сибирь собственно тоже все очевидно. Пришедший понимает под этим весь регион, от Урала до Тихого океана. Не только текущую Сибирскую республику. Скорее всего, он вообще не в курсе о том, что происходит за пределами Пятна.

— И зачем ему Сибирь? — спросил Роман.

— Очевидно, чтобы заселить ее своими, — ответила Ната, — он называет Сибирь силой планеты, а править силой могут только сильные люди. Гули, то есть. Здесь проглядывают нотки довоенных лозунгов — могущество России будет прирастать Сибирью и так далее. Тогда это было логично, регион ресурсно богат. Сейчас… сложно сказать.

— Гулей вряд ли очень уж много, — задумчиво произнес Роман, — но они при этом хотят отхватить себе самый большой незараженный кусок суши на планете…

— То что Сибирь пострадала меньше остального мира — только гипотеза, — заметила Таня.

— Но этот Пришедший очевидно в нее верит, — улыбнулся Панин.

— Верно, — подтвердила Ната, — это прослеживается в некоторых расшифровках трансляции.

— Зачем зависимым от радиации незараженные земли? — спросила Лена. — Они же не смогут там жить. Вряд ли у них есть способ заразить все радиацией.

Тема вспомнил про ядерную установку и хмыкнул.

— Будут эксплуатировать, — ответил Скай, — жить под фоном в городах, а из земли тянуть ресурсы — выращивать пищу, рубить лес, добывать ископаемые.

— Прям как люди до войны, — улыбнулся Роман.

— Может быть, — согласилась Ната. — И, наконец, Новый Храм. Судя по тексту трансляций это ни что иное как театр Оперы и Балета в Новосибирске. Прямо в центре Пятна. Последовательно утверждается, что трансляция ведется прямо оттуда. Если предположить, что это действительно гули, то у них есть либо подробное описание театра, либо… он уцелел, и Пришедший описывает то, что видит своими глазами.

— Это возможно? — спросила Лена.

— Чудеса случаются, — пожала плечами Таня, — но из-за установки в Академгородке, то есть в Атоме, где мы сейчас находимся, центру Новосибирска досталось гораздо больше, чем было рассчитано противником. Так что там, скорее всего, гладкие равнины воронок, а между ними — груды камней на месте зданий.

— В любом случае он описывает колоннаду на входе, купол, систему лестниц внутри, устройство большого зала — и все это точно совпадает с теми записями, что сохранились о театре у нас. Единственный способ узнать правду — попасть туда.

— Чем мы и займемся, — пробормотал Тема.

— Переходя к главному, — вступила лингвистка Галя, — к вопросу, который всех вас волнует. Нам не удалось выяснить как именно трансляция влияет на разум людей. Очевидно, что это — загадка на уровне человеческой психики или, может быть, биологии, но реагирующей именно на звук трансляции, а не что-то иное, потому что, чтобы войти в измененное состояние — нужно именно слушать и причем, судя по всему, понимать, что говорится. То есть трансляция на русском языке, а значит влияет только на его носителей.

— Но если перевести на китайский… — пробормотал Тема.

— Да. Это, как мы понимаем, работает. То есть дело, скорее всего, в нарративе, который транслируется. Но мы все еще не понимаем, почему это действует не на всех. Длительность воздействия ни при чем. Дело, определенно, в самом человеке. Илья любезно согласился поучаствовать в ряде экспериментов, но результаты не очень-то информативны.

— Те, кто несет в себе ген этого Полного списка, может быть? — предположил Роман.

— Сомнительно, что такое возможно, — возразила Таня, — не существует способа влиять на психику людей выборочно, исходя из его генов. Хотя до войны проводились исследования по созданию вирусов или бактерий, которые могли бы заражать конкретных людей и игнорировать других. Все эти разработки естественным образом потерпели крах.

— Нам неизвестно других прецедентов, чтобы зачитываемый текст так радикально влиял на психику, — добавила Галя, — не говоря уже о том, что он делает это выборочно.

— Однако факты говорят нам, что это возможно, — видно было, как Роман активизировался и профессионально приосанился. В мире дискуссий он точно чувствовал себя лучше, чем в пустоши. — Как минимум, он влияет на значительное количество людей в Орде и на незначительное — здесь, у нас, в Атоме.

— Это так, — кивнула Галя.

— То есть мы видим корреляцию — монголоиды реагируют активнее, чем европеоиды.

— Корреляцию — да. Но это еще не закономерность. Мы здесь приблизились к опасной границе смешивания социальных конструктов и объективной реальности.

— Язык сам по себе социальный конструкт, — заметил Роман, — как и нация.

Тема смотрел на Панина новыми глазами. Он ожил, активизировался, видно было, что его очень зацепила мысль. Тема вспомнил, что уже видел его таким — там, в Юрманке, когда они штурмовали коттедж гуля.

— Впрочем, — продолжил Роман, — может быть, корреляция ничего не значит, и вы правы, а может на нее влияет что-то вообще другое. Воспитание, культурная среда…

— Чем отличается моя культурная среда от вашей? — тихо спросил Илья, но все услышали и замолчали. Все будто забыли о нем на время дискуссии.

— Абсолютно ничем, — признал Роман, — однако, я думаю, важно выдвигать такие предположения, чтобы…

— Нам не нужно понимать, как это работает, — Илья смотрел на Романа прозрачными глазами в обрамлении невесомых ресниц. Тема понял, что это впервые, когда Илья не просто вступил в беседу, а перебил человека, — нам нужно просто это прекратить. Я лично очень хочу это прекратить.