Чтение онлайн

– Ну, в травматологию...

– В позапрошлом году...

– То есть ты хочешь сказать...
– запинаясь, проговорил Колодников, - что они тебя чуть ли не двадцать лет искали, потом нашли, подстерегли в арке - и...

Электрик Борька ухмыльнулся.

– Не, не доперло...
– посетовал он, с удовольствием разглядывая сбитого с толку Алексея.
– Ну ничего, допрет помаленьку. Ты ж у нас умный... В компьютерах вон секешь...

Глава 3

Выйдя из троллейбуса в солнечный звонкий март, Алексей Колодников внезапно почувствовал себя молодым. Ощущению этому способствовало еще и то, что, вернувшись от Борьки, он догадался просушить ботинки на батарее парового отопления и отыскать в шкафу чистые носки.

По мокрым асфальтам оглушительно трещали шины, слышались щелчки обрывающихся с крыш сосулек, с шорохом разлетались по тротуарам льдышки. И даже когда путь Алексею перекрыла посверкивающая черная жижа, он не только не обиделся, но еще и оглянулся потом с благодарностью, промурлыкав что-то насчет грохочущей слякоти. Действительно, погодка стояла - из раннего Пастернака; Ходасевич здесь был бы просто неуместен... Весна, братцы, весна! Еще десяток шагов - и выглянет из-за поворота старинный двухэтажный особнячок, сложенный из темно-красного кирпича.

Возможно, кому-то это покажется диким, но каждый раз, подходя к месту своей новой работы, Алексей испытывал прилив сил. Казалось бы, глупость неимоверная! Чему тут радоваться? Это ж Божье проклятье труд! Ты, дескать, Ева, рожай в муках, а ты, Адам, трудись...

Но в том-то и дело, что работой своей Алексей гордился. Зарплату, правда, каждый раз приходилось выклянчивать, чего он отродясь не умел, зато сама должность... Называлась она до изнеможения красиво специалист по компьютерному дизайну. И это если учесть, что впервые Алексей увидел компьютер года полтора назад, когда председатель общества книголюбов, хозяйственный мужичок, хватавший все, до чего мог дотянуться, раздобыл где-то списанную "двойку" - неизвестно только, для каких нужд.

Устройство оказалось до омерзения похожим на люто ненавидимый Колодниковым телевизор, но Алексей переборол себя и с благословения начальства принялся прилежно постигать азы компьютерной верстки, то и дело бегая за советом в Дом печати. Через неделю он уже называл кнопочки кейбордой, экран - монитором, а всевозможные "альты", "контролы" и прочие "делиты" сыпались у него с языка весьма непринужденно и, главное, к месту. Короче, к тому времени, когда он, отхватив роскошную не по чину квартиру, угодил под сокращение штатов, слепить в "вентуре" простенькую листовку ему было - раз плюнуть.

Оказавшись без работы, Алексей сначала ужаснулся - и от большого отчаяния двинулся даже в бюро по трудоустройству. Но, к счастью, не дошел - был перехвачен по дороге знакомым книголюбом, которому два месяца назад сделал и откатал полсотни визитных карточек, воспользовавшись лазерным принтером того же Дома печати. Книголюб этот ранее исправлял какую-то должность в обкоме комсомола, а ныне числился одним из учредителей некого инвестиционного фонда. Алексея он почитал крупным знатоком "железа" (словечко это нравилось обоим), а узнав о сокращении, пришел в восторг - оказывается, фонду позарез требовался такой вот специалист. И уже вечером того же дня Алексей Колодников заполнял листок учета кадров.

Нет, кроме шуток! Устроиться в наше время на работу, да еще с такой легкостью - это ведь, как ни прикидывай, уметь надо! Особенно если учесть, что люди, и впрямь одолевшие всякие там компьютерные курсы, сплошь и рядом зря обивают пороги!.. Жалко ребят, ей-Богу... Спрашивают их: "Верстать умеете?" А они и слова-то такого не слышали... Вот тебе и курсы!

Единственное неудобство заключалось в том, что рабочий день у Алексея начинался с четырех. До шести специалист по компьютерному дизайну честно валял дурака, а потом оба паренька, ведущие учет вкладчиков, шли домой, уступив ему хилую "двойку" - точно такую же, как в обществе книголюбов, только с расширенной оперативкой... Непостижимо, но, ворочая, по слухам, непомерно огромными суммами, фонд до сих пор не смог наскрести деньжат на покупку второго компьютера...

* * *

Кирпичный двухэтажный особнячок старинной затейливой кладки, ныне частично арендованный инвестиционным фондом "Россиянин", тоже был овеян преданиями, причем куда более древними, нежели огромное серое здание, в котором обитал с недавних пор Алексей Колодников.

По легенде выстроен он был еще до революции неким купцом, устроившим в нем дом свиданий. Стены между отдельными кабинетами достигали чуть ли не крепостной толщины. Петарду взорви - ни одна зараза не услышит. Коридоры разбегались, раздваивались, виляли самым неожиданным образом - на случай облавы, как объяснили Алексею. Нагрянет полиция, а клиентов уже и след простыл. Поди-ка поищи их в таком лабиринте...

В пламенные годы гражданской войны особнячок пригодился и красным, и белым. Город то и дело переходил из рук в руки, и каждый раз в домике обосновывалась контрразведка. Да оно и понятно! Вести допросы в условиях полной звукоизоляции - это ж одно удовольствие... Следует добавить, что низкие окна первого этажа были забраны зеленоватым волнистым стеклом, сквозь которое черта с два что-нибудь разглядишь, но кто именно до этого додумался: красные, белые или же сам купец сказать трудно. Впрочем, не исключено, что идея волнистых стекол возникла относительно недавно, ибо в последние годы особнячок был гостиницей МВД...

Отметившись в журнальчике у слоноподобного обрюзгшего охранника, Алексей поднялся по широкой дубовой лестнице на второй этаж и двинулся прямиком в совет директоров. Куколка-секретарша с испуганным личиком (Опять новая! Меняют каждую неделю!), услышав просьбу Алексея об аудиенции, всполошилась, кинулась в обитую кожимитом дверь - выяснять. Вернулась радостная, сказала: "Заходите..."

Колодников зашел. Директоров в просторном, хотя несколько темноватом кабинете было четверо - все при галстуках и в темных строгих костюмах. Трое стояли в непринужденных позах и с интересом слушали, что им рассказывает четвертый - холеный черноусый красавец, присевший бочком на край одного из столов, составленных буквой "Т".

Перенести усы на место бровей - вылитый Леонид Ильич Брежнев в молодости.

– И вот выхожу это я на вышку...
– стыдливо посмеиваясь, излагал он плавным баритоном.
– Как залез - сам не знаю, пьян был в умат... Тупо гляжу на кишлак и вдруг накрывает меня мысль: "А почему это афганцы не празднуют День Советской армии?.." Возмутился, блин, до глубины души. Разворачиваю пулемет - и начинаю садить по крышам. Причем не короткими очередями, а сплошняком, куда попало... Ну дурь же в башке, вон сколько вмазали - в честь праздника! И главное - ни шума внизу, ни тревоги - ничего... Пулемет у меня никто не отнимает... Причем так: пьяный-пьяный, а доперло в конце концов... "А что ж это, думаю, - патроны не кончаются все и не кончаются?.." И что оказалось... Сообразили наши дурики пулеметные ленты склепать! Ничего себе шуточки - ствол заплавило...

Рассказчик (бывший замполит полка, а ныне глава совета директоров) приостановился и окинул присутстующих лукавым оком. Алексей из вежливости одобрительно хмыкнул, и на него обратили внимание.

– Какие проблемы, Леш?
– вполне дружески спросил вошедшего высокий румяный парень, тот самый комсомолец-книголюб, чьими стараниями Колодников и стал специалистом по компьютерному дизайну.

Алексей беспомощно развел руками.

– Ну вот хоть режьте!
– молвил он, простодушно глядя на директоров.
– Нужен второй компьютер!