Чтение онлайн

Арсений дернулся, заверещал, ловко извернулся, вырываясь из отцовских объятий, и убежал в гостиную, оставив в мертвой хватке Стаса свой отстегнутый рюкзак.

– Зайди, дверь закрой! – крикнул разгневанный папашка монаху и кинулся в погоню.

Гость лишь улыбнулся и покачал головой, но все же принял приглашение и зашел в жилище академика.

А тем временем облава продолжалась. Как положено, с криками и воплями, Стас гонялся по квартире за сорванцом и хлестко обстреливал ремнем те места, где мигом раньше мелькал тыл Арсения. В процессе погони, под свист воспитательного приспособления, и продолжился душевный разговор отца и сына.

– В сталкеров, значит, решил поиграть?! – рычал академик, прицеливаясь перед очередным прострелом ремня. – К Зоне ходить вздумал?!

– А чего? Тебе можно, а мне нет?! – огрызался сын, вычисляя будущую зону поражения отцовского орудия.

– Ах ты, сопляк! – Ремень громко щелкнул, но удар на себя принял том детской энциклопедии, сорванный с полки за секунду до попадания. – Я уже болен, мне уже нечего терять! А ты, говнюк, как ты мог туда пойти, зная о чуме, зная о том, сколько народу от нее сдохло?!

– А что мне в этой дыре еще делать?! – выкрикнул Сеня, проскользил по паркету на заднице и нырнул под дубовый стол. – Или ты хотел, чтобы я всю жизнь над твоими идиотскими задачками себе мозги сушил?!

– Мозги?! Да нет у тебя мозгов, если к Зоне полез! – Академик предугадал маневр сына и, пока тот глиссировал и поднимался, скинул домашние тапки и точно так же, проехав с ускорением по паркету, вышел практически ему в тыл. – А вот тебе!

В этот раз удар попал точно в яблочко, а точнее, пришелся по обеим «булкам» сынишки.

Тут же в квартире поднялся такой вой, что зазвенела под потолком хрустальная люстра. Стас невольно прикрыл уши, а орущий Сеня, потеряв пути к отступлению, забился в угол у дивана и, закрываясь своими маленькими ручонками от орудия возмездия, заплакал навзрыд.

– Я-а не зна-а-а-ал! – выл Сеня.

Стас, видя беспомощного ревущего сына, немного оттаял и обуздал свой родительский гнев, но ремень все же откладывать не стал.

– Ну, как ты не поймешь, дурачок? Можно десять раз там пройти, и пронесет, но на одиннадцатый раз чума точно за горло схватит и уже никогда не отпустит. Никогда, понимаешь? Скажи мне честно, сына, сколько раз ты в карантинную зону бегал?

– Сколько-сколько? Нисколько! – Сеня шмыгнул носом и вытер слезы рукавом. – Я туда с Першиными, Никульскими и всеми остальными пацанами из общаги ходил, еще когда этот твой институт дурацкий работал. Мы лягушек в Зону швыряли, они там исчезали прикольно. И не знали мы тогда ничего об этой твоей чуме. А если меня за три года чума не взяла, значит, и сейчас не достанет. Иммунитет у меня, пап.

– Что?! Так ты уже три года втихаря в карантинку бегаешь, да еще и друзей с собой тягаешь?! – Ремень вновь взлетел вверх, со свистом рассекая воздух.

– Ай! – Сын прикрылся подушкой, она пыхнула целым облаком пыли.

– Иммунитет, говоришь? А у остальных ребят он есть, этот твой иммунитет?! Ты разве не понимаешь, что ты всем, кого с собой к Зоне брал, выписал билет в один конец?! – Стаса бросило в холодный пот, когда он осознал, что его ребенок мог быть причастен к заражению всей институтской детворы. – Ну, все, чума тебя не убила, так я прибью!

– Я же не знал! Не знал ничего! – завопил Сеня, видя, как взлетает к потолку пряжка солдатского ремня. – И не случилось же с ними ничего! Ты же сам всех пацанов видел, сам провожал своих институтских! Все здоровыми отсюда уехали! Разве не так?!

– Я бы тебе, Стас, рекомендовал более бережно относиться к сыну, – в разговор неожиданно встрял монах, – а то ведь действительно случайно прибьешь единственный известный мне антибиотик от твоей аномальной чумы.

– Что?.. Что ты сказал?

Стас, конечно, расслышал все произнесенные гостем слова и однозначно точно понял их смысл, но сказанное оказалось абсолютно невпихуемым для осознания. За все это время никто так и не понял, что это за чума такая, а тут кто-то утверждает, что против нее уже есть лекарство, и более нетрадиционное, чем шаманские танцы с бубном у костра.

– А разве ты этого сам не смог понять? – спокойно произнес монах и, словно прочитав мысли Стаса о шаманизме, продолжил развивать тему: – Как думаешь, за счет чего в карантинной зоне стаи мародеров выживают? Слышал же, что в каждой банде свой шаман есть. Для чего-то же они нужны?

– Ну да, ты еще скажи, что они умеют злых духов отгонять и тем самым излечивают тела своих воинов… – иронично усмехнулся Стас.

– Именно так! – кивнул улыбающийся гость. – Думаешь, эти слухи на пустом месте появились? Да ты на себя посмотри! Ты должен был уже иссохнуть давным-давно, но жив почему-то. Сколько раз ты в карантинной зоне был? Сотни, тысячи? И даже если бы ты, Стас, каждый день килограммами кушал «золотую пыль», то все равно уже бы давно превратился в тазик… перегноя. Это твой сын тебя все это время спасал. Ты подцепишь тампаразита, он тебя только высасывать начнет, а ты – домой, к Сене. А он для них словно огромное облако цианида. Но откуда у него такое замечательное свойство – я не знаю. Так что все, кто с Сеней в опасных землях ходил, были защищены от чумы на все сто.

– Погоди… Шаманы, духи, паразиты… Что ты имеешь в виду?

Слушая гостя, Стас забыл о конфликте с сыном и уже повесил ремень на спинку ближайшего стула. Даже легкий хмель от принятых в «Ударнике» чарочек отступил. В голове академика наконец некоторые мелкие пазлы начали собираться в какое-то очертание целой картинки. Он отправил проштрафившегося сына на кухню ставить чайник, а сам пригласил гостя присесть за стол.

Сбросив пустую тару и содержимое детского схрона на диван, Стас поставил перед монахом огромную хрустальную вазу печенья, достал с полки коробку конфет и ногой пододвинул к нему ящик с газировкой. От угощения гость отказался, но крикнул вдогонку Арсению, что пьет только зеленый чай и исключительно без сахара.

– Ладно, давай рассказывай, Тимур, как ты вообще до всего этого докатился? – Станислав поводил пальцем по монашеским одеждам старого знакомца. – И еще поподробнее об этих своих паразитах разъясни. А то я хоть и академик, но все равно ни в зуб ногой…

– А что рассказывать? – пожал плечами старый товарищ. – Скажи, что именно тебе интересно? Ведь целая вечность прошла с последней нашей встречи, много чего изменилось, я уже совсем не тот, каким ты меня знал по тем затяжным походам по Сибири, Алтаю и прочим безлюдным местечкам. Все сразу и не расскажешь.

– Ты начни, – академик откупорил еще одну бутылочку «Тархуна», – а я уж постараюсь с вопросами.

– Ну, если вкратце, то это ты, Стас, на меня так повлиял. Это благодаря тебе я стал таким.

– Да ладно тебе! Это как же так?

– Вот так! От тебя я тогда заразился духом исследователя. И, помнится, не один я попал тогда под волну твоего энтузиазма. Это у тебя я научился на вещи смотреть непредвзято или с позиции, как мы говорили, «помидора» – отсутствия ранее приобретенных догм. Долго можно описывать мои научные похождения, но они не особо интересны. Главное, что я в конце концов понял – вся наша советская наука настолько инертна, настолько распята всеми пещерными догмами, что суть даже самых очевидных из наших открытий придется объяснять и доказывать академическим ослам не одну жизнь. А жизнь-то у меня одна. И зачем мне кому-то что-то доказывать, не знаешь? Тем более что я замахнулся на самое святое – решил постичь суть мироздания.