Чтение онлайн

А потом он увидел свет фар. Во двор быстро заехали две машины. Легковая, следом за ней черный фургон. Они ехали быстро.

Филину все стало ясно. Выбросив сигарету, он, мрачный, заглушил двигатель, включил сигнализацию и бросил карман в ключи. После чего повернулся к гостям.

Из фургона выпрыгнули несколько бойцов спецназа. Из легковушки почти выбежал взъерошенный Хрулев.

– Филин, вот так встреча! Куда-то собрался или наоборот?

– Делай, что хотел, – глухо произнес Филин.

Хрулев кивнул спецназовцам. Бойцы подошли к оперу, развернули его лицом к машине. Пинками по лодыжкам заставили расставить ноги. Профессионально и быстро обыскали. После чего, заломив руки, надели на запястья Филина браслеты наручников.

Филина оформили, как настоящего задержанного – с изъятием не только личных вещей, но и шнурков. Некоторых в дежурной смене главка Филин знал, они его тоже. Мужикам, Филин это заметил сразу, было неловко – но работа есть работа.

Времени прийти в себя Филину не дали – сразу отвели в допросную, где его встретили Хрулев и Копылов.

– Объясни мне, Филин, зачем? – брызгал слюной Хрулев. – Что эти бабы тебе сделали? Или ты на самом деле псих конченный?

– Проведи экспертизу.

– Надо будет, проведем! Ты утопил обеих… За что? За то, что обе спали с тобой? Что – они когда-то не убложили тебя, как надо? Может, ты извращения какие-нибудь им предлагал, потому тебя и бросили? Может, тебя на групповушку тянет, или со зверушками что-нибудь, а?

Филин пропустил реплику мимо ушей.

– Это уже не смешно. Второй труп! Второй, Филин! Даже почерк не удосужился поменять, убить ее как-нибудь по-другому – нет, ты и эту утопил! Филин, ты в историю решил войти? Маньяк в погонах?

– Проверьте мой телефон. Мне звонили. С номера Карины. Все, как и в первый раз. Я сразу же набрал дежурку и попросил выслать наряд. Я был дома.

– Ну конечно, – хмыкнул Хрулев. – Дома он был… Филин, я не понимаю только одну вещь. Зачем все эти звонки? В первый раз ты подставился сам, тебя застукали на месте преступления. Во второй раз действовал уже умнее, через дежурного. Но все равно, я не могу понять – зачем? Или у тебя тактика такая, играть с правосудием? Типа русской рулетки, да? Захотел по лезвию походить? Решил, что сможешь переиграть всех, потому что нормальный человек не будет мочить баб и тут же подставляться, как это сделал ты? Типа: «Меня подставили, это заговор, потому что никто не будет таким дураком, чтобы светиться на каждой мокрухе»?

– Никто не будет таким дураком, – хмуро согласился Филин. – Даже ты.

Хрулев не выдержал и врезал Филину. Удар пришелся в нижнюю челюсть слева. Голова Филина дернулась, и он почувствовал, как кожа и ткани на месте удара разбухают, наливаясь жаром.

– Ты или очень умный, Филин, или полный долб… б, – резюмировал Хрулев.

В разговор вступил Копылов.

– Капитан, как долго вы встречались с убитой Школиной?

– Месяца три-четыре, – отозвался Филин, исподлобья недобро косясь на Хрулева.

– Как познакомились?

– По работе.

– Как именно?

– В ее подъезде была квартирная кража. Дом на моей земле. Я опрашивал жильцов.

– Теперь это так называется, – хмыкнул Хрулев. – И много баб ты «опрашивал»? Сколько ты еще трупов нам собрался подогнать, если тебя не закроют? Пять, шесть, семь…? Ты их всех топить в ванной будешь?

– Я никого не убивал, – процедил Филин. – Неужели не понятно, твою мать? Какая-то гнида убила Лену, позвонила мне с ее сотового, заставила приехать к ней. И позвонила на «02». У вас есть его голос, это уже доказуха! Ты же не хочешь сказать, что это мой голос?

– Голос не твой, – согласился Хрулев. – К этому мы еще вернемся. Земля у тебя не такая большая. Наверняка ты попросил позвонить в ментуру кого-нибудь из прикормленных наркоманов. Не волнуйся, мы его найдем.

Филин нахмурился. «Мы его найдем». Это значит, что УСБ перевернут вверх дном все его контакты. Личные, рабочие, проверят все дела и оперучет – все. Дело плохо.

– Как давно вы перестали общаться с этой женщиной, со Школиной? – вернулся к вопросам Копылов.

– Полгода назад примерно. Может, чуть больше.

– По какой причине?

Филин помедлил, прежде чем ответить. Но сразу сообразил – правду они узнают очень быстро.

– Она стала встречаться с кем-то еще.

– Как всегда, – с презрением процедил Хрулев. – Не везет тебе с бабами, а? Все тебя бросают. Как тут не слететь с катушек. Решил им отомстить?

– Сам в это веришь, майор?

– А почему, кстати? – словно не замечая его слов, продолжал Хрулев. – Что это все бабы тебя бросают? Храпишь во сне, не моешься, или что? А может, у тебя хозяйство не рабочее? На полшестого? Не стоит?

– А ты ноги раздвинь, проверим, – буркнул Филин.

Копылов невольно усмехнулся. Покраснев от ярости, Хрулев снова врезал Филину. Челюсть предательски заныло, во рту Филин ощутил вкус крови. Исподлобья глядя на Хрулева, опер процедил:

– Ты мне ответишь, майор. За оба раза.

– У параши тебе отвечать будут, чмо!

Допрос продолжался несколько часов. Хрулев всяческими способами – переходя на разговор по душам, затем снова срываясь на истерику – пытался расколоть Филина. Когда Филин говорил правду, его никто не слушал.

Уже под утро Филина отвели в пустую камеру ИВС. В четырехместной сырой каморке было занято только одно место – какой-то здоровяк посапывал на нижней справка шконке. Услышав скрип двери, он зашевелился, обернулся на Филина, изучая его маленькими бычьими глазками – «определяя», как выражается уголовная братия. В процессе «определения» здоровяк, вероятно, решил, что перед ним «фраер».

– Эй, ты, бабосы есть?

Филина, несмотря на усталость, переполняла ярость. Даже не покосившись на здоровяка, он уселся на шконку напротив и прислонился к спине. Вся нижняя челюсть, которой пришлось выдержать с десяток ударов Хрулева, предательски ныла.

Здоровяк уселся.

– Чушок, я с тобой. Бабосы есть?

Видя, что реагировать Филин не собирается, здоровяк рассвирепел. Степенно поднявшись, подошел к нему и замахнулся рукой, чтобы влепить унизительный подзатыльник.

Перехватив его руку, Филин ребром ладони врезал ему по горлу. Глаза здоровяка вылезли на лоб. Схватившись за кадык, он осел на свою шконку, хрипя и глотая воздух.

– Еще раз хлебало откроешь, завалю, – процедил Филин и отвернулся.

В крохотном зарешеченном окне под потолком был виден кусок неба. По предрассветным сумеркам Филин догадался, что начинается новый день.