Чтение онлайн

Обнаружив, что именно этих энграм нехватает для успешного завершения миссии Зонда, мы действительно несколько растерялись. Мы не могли понять, как могло случиться, что мы, армия четырехмерных световых спор, временно развоплощенных, из-за происков Люцифера не можем найти себе стабильную базу для создания новых растительных тел. Каковы причины этой цепи событий?

Может быть, все это было предрешено, думали некоторые из нас. Вероятно, наш собственный разум, всегда направлявший нас на пути, подвел нас к ситуации разрешения назревшей проблемы недостающих энграм. Было ясно, что именно мы, гетероклиты Арктура, обладаем целеустремленностью и интеллектом, необходимыми, чтобы покончить с заговором Люцифера и одновременно исполнить собственное эволюционное предназначение.

В конце концов кто-то из нас задал вопрос: а что, если высшая цель нашего Зонда и есть воссоздание недостающих энграм? И, поскольку мы уже не можем вернуться в свою прежнюю жизнь, на наши родные планеты — по крайней мере, в своем нынешнем качестве — вполне вероятно, что эти утраченные энграмы и есть то, что нам необходимо. Конечно, никто из нас тогда не мог дать ответа на этот вопрос, и все же, после некоторых размышлений мы решили принять его в качестве рабочей гипотезы. И тогда мы почувствовали, как нас охватывает телепатическая волна облегчения и энтузиазма.

На этой великой волне мы понеслись сквозь межзвездное пространство по колеям зувуйи, отыскивая бороздки, вдоль которых энграмы распространяли вибрации своих кристаллических структур. Мы теперь твердо знали, что среди бесконечных петель памяти, соединяющих миры потерянного сознания, рано или поздно найдутся следы утраченных нами энграм, и по ним мы сможем восстановить украденное Люцифером.

Мы — гомоклиты Арктура. И у нас, как и у гетероклитов, есть своя роль в этой пьесе. Выслушайте и нашу историю!

Конечно, в самом начале никто из нас не понимал, что, не будь класса существ, ввиду особенностей своего интеллекта названных гомоклитами, не существовало бы и гетероклитов. Вплоть до того момента, когда мы узнали о их молниеносной победе над старейшинами Лиги Десятки, мы даже не подозревали об их стремительном и успешном развитии. Но вот оказалось, что мы, обитатели десяти внутренних планет системы Арктура, были в их понимании “спящими”, гомоклитами.

Однако, и у нас есть своя сильная сторона. Наши собратья, гетероклиты, по своей природе устремленные к крайностям наслаждения, открыли закон аналогии и создали на его основе новую науку, аналогику. Мы, гомоклиты, искусны в сфере закона гомологии, правящего подобиями, и его практики — науки гомологики. Вот почему мы с гордостью носим имя, данное нам гетероклитами.

Позвольте привести небольшую цитату из “Энциклопедии галактических подобий”:

Конечно, мы с радостью воссоединились с нашими родственниками из отдаленых провинций Арктура. Однако, это приятное чувство вскоре сменилось глубинным ошеломлением. Каждый из них нес свою неповторимую, гениальную сумасшедшинку, а каждая их семья (в наших понятиях — куст) просто теряла всякие приличия в своих проявлениях любви. Глядя на них, мы отчаялись когда-либо понять смысл этого зигзага эволюционного развития наших крайних планет, а тем более найти с ними общий язык.

И все же, эта встреча помогла нам дать трезвую оценку нашего собственного состояния. На их фоне мы выглядели аморфной массой с весьма низким уровнем самоуважения. Слишком долго мы жили под религиозным диктатом старейшин Лиги Десятки, по их “десяти заповедям защиты и безопасности”. Только теперь мы начали спрашивать себя: в чем была та безопасность и та защита? Ответ был один: они спасали нас от нашей собственной неповторимости и охраняли нашу скорлупу полного невежества. Именно этот порядок вещей позволял им так долго удерживать власть над своей империей.

К счастью, гетероклиты оказались столь же полны любви к нам, как и к самим себе. Они резко вывели нас из глубокого сна своими симфониями чувств, порой переходящими в серенады в наш адрес. Пробуждаясь от своего мертвого сна, мы обнаружили вокруг себя океан света любви. Мы почувствовали отсутствие всякого духа соперничества со стороны гетероклитов. Они просто позволили нам проявлять свою природу в полноте бытия, как мы сами того пожелаем. Мы достаточно быстро поняли нашу новую роль в вобщем космическом плане, ничуть не менее важную, чем у гетероклитов. И действительно, без исполнения закона гомологических соответствий, гетероклиты вряд ли достигли бы успеха в создании Зонда.

В самом начале никто не мог предвидеть, насколько неожиданным будет наш вклад в великий проект гетероклитов. Как они когда-то полностью преобразили всю нашу жизнь, так и мы, в свою очередь, сыграли важную роль в их дальнейшей судьбе.

Вот как все это произошло. Великий мир, наступивший в системе Большого Арктура (Доминиона Арктура, как мы с тех пор стали его называть), позволил гетероклитам осуществить замысел Зонда.

Мы — гомоклиты-наблюдатели. Вот наша история. Понимая, что двойственность страстной натуры гетероклитов побуждает их бесконечно раздваиваться на близнецовые пары, мы, гомоклиты, видели свою задачу в длительном и стабильном взаимодействии. Нас пленяло коллективное создание форм, выражающих все новые аспекты космического принципа подобия.

В этих наших занятиях вы можете усмотреть аналог того, что вы зовете искусством. Однако для нас, гомоклитов, этот труд был высочайшим и самым естественным из всех занятий, к которым склоняла нас наша природа. Его высшая ценность для нас была в достижении все уровней коллективного взаимодействия. Неудивительно, что для нас, гомоклитов-наблюдателей Великого Арктура, само создание Зонда олицетворяло вершину искусства.

Для большинства гомоклитов, успешное завершение этого проекта казался весьма отдаленной, и все же вполне достижимой целью всей нашей эволюционной программы. Но для небольшого числа гомоклитов, занятых непосредственным наблюдением за созданием Зонда, эта цель была не только реальной, но и вполне ощутимой. И, хотя гетероклиты были основной движущей силой в этом проекте, мы, гомоклиты, были ответственны за создание эстетических форм и программ, ставших основой всего эксперимента.

Каков был наш подход к созданию этих программ? Мы твердо знали одно: Мемнозис и Мерлин создали монадический прецедент отклонения от изначальной двойственности арктурианской споры. Мы даже не могли с уверенностью сказать, не было ли это еще одним из тайных происков Люцифера. У нас было смутное чувство, что Люциферианское мирощущение отделенности от целого могло сыграть здесь некую таинственную роль. Отчуждение во всех его формах было абсолютно несвойственно арктурианцам — в равной мере гетероклитам и гомоклитам.

Но в любом случае, позитивный аспект этих новых тенденций необходимо было поставить на службу единству и целостности, чтобы Люциферианский инстинкт не смог возобладать. В то же время, наше вхождение в эксперимент было призвано выявить наиболее благородные стороны нашей натуры — страстное устремление к любви и возвышению духа в искусстве.

Когда гетероклиты Арктура решили перегруппировать свои колонии на двух крайних планетах двойной звезды Альфы Центавра, все мы, участники Зонда Возрождения Большого Арктура, приняли в этом участие. Для этого нам, гомоклитам, генетически преобразовавшимся в гетероклитов, пришлось попарно объединить наши холоны.