Зов Девы. Судьба Избранной
Шрифт:
Странно, но мой бестелесный дух, как на поводке перетащило следом. Как я ни рвалась обратно в гостиную, мне что-то мешало. Словно на стену натыкалась.
– Уходите немедленно!
Пока я пыталась выбраться на разведку, в гостиной происходил какой-то сыр-бор. Тётя упорно выпроваживала наглого непрошеного гостя, который даже и не думал покидать дом.
– Я никуда не уйду, – послышался тихий шелестящий голос, пробирающий до самых костей. – Я желаю видеть свою невесту.
Это… Змей?!
Перед глазами неожиданно возник образ молодого мужчины. Его худая и высокая фигура была облачена в серый костюм-тройку на манер модников двадцатых годов минувшего столетия. Рукой, затянутой в перчатку, он снял с головы фетровую шляпу с узкими полями и кинул её на ближайшее кресло. Небрежным движением откинул со лба вьющиеся русые волосы, а затем потянул из нагрудного кармана за цепочку карманные часы.
– Ца-ца-ца, – блеснув металлом, покачал головой Змей. Милое, даже красивое, лицо Витослава исказила тень, пробежавшая от кривой ухмылки. – Моя невеста уже сутки как должна быть в моём храме. Опаздывать – это так по-женски.
У меня зачесалось между лопаток. Я зло сжала кулаки и с пониманием посмотрела на зажавшую рот ладонями себя… Я чувствовала этот дикий страх отчаянья.
– Разве я в прошлую нашу встречу неясно выразился?!
Неожиданно раздавшийся незнакомый голос заставил меня вздрогнуть. В животе удивительным образом появились и запорхали бабочки от какого-то странного предчувствия. Ей-богу, если бы могла, то уже бы наорала на всех и потребовала карты на стол! Это же нужно дойти до таких эмоциональных качелей!
– Видимо, мои ребята не смогли задержать тебя, – раздался ничуть не расстроенный шелестящий голос незваного гостя. – Ну да ладно… Знай, ты всего лишь смертный мальчишка, а Избранная достанется мне.
Не проронив больше ни слова, Змей растворился в воздухе. О его недавнем присутствии напоминала лишь забытая шляпа, оставшаяся сиротливо лежать на кресле…
Тут же дверь в спальню растворилась и я оказалась в кольце крепких рук.
– Я боюсь. Я уже с трудом сдерживаю его проклятие. Скоро я сама пойду к нему, не в силах контролировать ни тело, ни магию…
Меня снесло странной магической волной и я зависла в воздухе, болтаясь под потолком, откуда я и продолжила ошарашено взирать на обнимающуюся пару. Слова же, которые глухо повисли в тишине, болью отозвались в затылке.
– Я уже говорил тебе, хоть Бог, хоть сам чёрт, никто не отнимет тебя у меня! Я тебя ждал и не позволю уйти, когда только обрёл!
Глубокий бархатистый голос заставлял плавиться от счастья. Даже тучи проклятья на миг отступили под этим чувственным натиском.
Я моргнула и с удивлением осознала, что оказалась в своём теле, на которое ещё секунду назад смотрела со стороны бестелесным призраком. В теле, которое с нестерпимой силой вжимали в твёрдую мужскую плоть в желании защитить от всего и вся. Эмоции, от которых я частично застилалась энергетическим щитом, нахлынули лавиной. Эта буря мешала не только здраво мыслить, но даже дышать.
Мужская ладонь обхватила лицо и заставила поднять голову. Я обомлела, встретившись с омутом голубых глаз. Все мысли улетучились, а я рассматривала синие и зелёные прожилки в мужских радужках.
– Лишь вечность разлучит нас.
Шепчущие губы наклонялись всё ближе и ближе…
Ошалело я подскочила с тёплой постели в комнате, заботливо обустроенной для меня Видославой 4 . Среди безликих и холодных келий с замшелыми стенами, убранством и уютом отличались лишь две – моя и соседняя, Видославы.
4
Заколдованная тысячелетие назад колдунья и родственница по крови главной героини, ставшая Девой ради хранения знаний и артефактов для родовых колдуний, избранных стать хранительницами магического мироздания.
Погрязнув с головой в магическом котле, который девочки настойчиво продолжают называть жизнью, я с треском провалила первую же сессию. Пришлось воспользоваться услужливо предложенным Сергеем Андреевичем академом.
Ввиду наших истинных лиц ректор предложил остаться в комнате общаги, как и прежде, но я отказалась… Сама же посулила Зару и Раяна 5 , а для чужих Зину и Рому, поселить в нашу с Яной бывшую комнату, пустовавшую после переезда Златовласки и моего академического отпуска. Теперь эта новоиспеченная пара кроликов нарушает некогда спокойный… ну относительно спокойный распорядок дня моих подруг.
5
Бывшие проклятые Бессмертные (см. «Да распахнутся крылья»), после обряда ставшие смертными, а их магия вместе с бессмертием перешли к Надежде.
Из-за многочисленных жалоб девочек, студентов из соседнего блока и комендантши, которая на деле оказалась совсем уж не божьим одуванчиком, а перевёртышем с тяжёлой рукой, Сергей Андреевич с последним сошедшим снегом согнал строительные бригады. На свободном участке развернулась масштабная деятельность с заранее учтёнными пожеланиями о хорошей шумоизоляции нового общежития для семейных пар… Со взглядом на будущее, ага.
Домой же вернуться я не могла по ряду причин…
Первая: я все ещё не могла простить мать за всю ложь, на которой строилась моя жизнь. Она держала в ежовых рукавицах нас с сестрой, стремилась контролировать каждый шаг, до боли оскорбила меня, когда решила, что причина моей отстранённости – юношеская любовь, а сама… Сама скрывала, что я неродная дочь своему отцу.
Вторая: после ритуала я обрела бессмертие, перестав внешне хоть как-то меняться. Повезло, что не страдала страшной для всех подростков проблемой акне. Вот только магические способности стали с избытком вытекать из меня. К эмпатии добавились и видения чужой жизни, и нерегулируемые выбросы энергетических сгустков, нередко в виде огненных или электрических зарядов. Чтобы не поранить любимых и не поранить себя, мне стоило сначала научится контролировать силу…
Ну и менее важная третья причина: родные не простили мой провал на сессии.
Нет, я себе не враг, сообщать не планировала. Вот только мать решила лично проверить, как учится её непутёвый ребёнок. Вот на Людмилу Федоровну вездесущая Маргарита Александровна и вылила новость про академический отпуск и проваленную сессию.
Скандал был знатный. Мама вновь помянула загульный образ неблагодарной дочери, которая больше ею для неё не является. Людмилу Фёдоровну не смущали ни снующие поблизости студенты, ни сбежавшиеся на шум преподаватели, в их числе был и ректор, ни прибежавшие Яна с Андреем и девочки, почувствовавшие случайный магический отклик от меня.