Чтение онлайн

Вот тебе и с добрым утром. Паскудство. Только доказывать и спорить, что тот помер окончательно и бесповоротно мне не хватало, по этому ответил грубо:

– Мы идем обратно в город, там делай что хочешь.

Марк словно меня не слышал и продолжил:

– Мы его найдем. Он... Он может умереть.

Видимо Дядя Миша все же повредил его мозг. Стараясь говорить спокойно, я проговорил:

– Он уже мертв.

Желторотик непонимающе на меня посмотрел:

– Ретивый жив, - взгляд стал пустым, казалось, что он снова блуждал по болоту. Парень поднял на меня растерянное лицо, голос непроизвольно притих, - я видел, как он моргал... И как захлебывался, когда то пятно потащило его под воду.

Понятно. Сентименты изнеженного мальчика, никогда не видевшего настоящей жизни.

– Ретивый мертв. Эта аномалия никого не выпускает. Поддерживает странную непонятную жизнь, но свою жертву держит крепко. Его можно убить и занять его место.

Марк задумался. Сел на ящик, уставившись в темноту. Из освещения был только мой фонарь, но он совсем скудно рассеивал мрак довольно большого помещения. Надо было думать как выбираться.

– Я не могу его там бросить...

Осел. Упрямый, трижды проклятый осел.

– Ты глухой или идиот? Ему нельзя помочь! Это ртутное пятно может годами лежать на дне. Как ты собрался его искать?

Уныло поникнув, Марк проговорил:

– Я должен хотя бы попытаться...

Если бы Ретивый был сейчас тут, я бы его пристрелил, не раздумывая.

– Что такого он сделал, что ты готов сдохнуть за него?
– Не выдержав, спросил я, впрочем, не надеясь на ответ.

Марк посмотрел на меня растерянно и с какой-то детской беззащитностью:

– Он спас мне жизнь... Давно. Я связался с плохой компанией, начал принимать наркоту. Как-то с друзьями затусили на дискотеке. Мужик продал нам таблеток. Ретивый вмешался, он тогда в полиции работал. Дурь отравленная была. В общем, промыл мозги мне. Я это дело бросил и учиться пошел...

Я слушал, мне было интересно, как богатенький мальчишка дошел до жизни такой. Судя по его родокам они такое поведение должны были на корню пресечь.

– Я был мелким сопляком. И решил отстоять свои права на личную свободу. Делать что захочу и не жить по чужой указке.

Ну допустим ты и сейчас все еще был тем самым сопляком. Вслух говорить не стал. Это ж надо додуматься геройствовать на зоне.

– В общем история банальная, но благодаря нему я не помер от передоза. И вот мой друг лежит там, умирая раз за разом, а я сижу тут и ничем ему не помогаю.

В историю о чудесном спасении верилось с трудом. Хорошо зная гнилое нутро пропавшего сталкера, больше верилось, что он узнал парня богатых родителей, наживших богатство на Зоне и решил завести себе нужные связи. И не прогадал мужик. Став сталкером он получил отличного информатора. Марк явно что-то знал, ведь этому подонку нередко перепадал выгодный куш. Понятно почему пацан воспылал благородным чувством долга, однако на зоне были совсем другие законы. Каждый выживал как мог.

– Мы идем в город. Это не обсуждается. Хочешь гробануться? Вперед, но меня с собой не тащи. Марк сдался. Надеюсь, он не думал, что разжалобит меня слезливой историей. На кону стояла моя шкура, жизнь Маришки. Ну и если уж на то пошло, жизнь пацана, труп которого я совершенно не желал видеть.

– Я пойду один.

Парень совсем обезумел. Во мне росло желание вдарить как следует и отволочь обратно. Если бы не Зона, я бы так и поступил. Руки нужны были мне свободными, особенно после выброса.

– Ты сдохнешь еще в саду. Когда твоя тупая башка поймет, что это не игрушки и тут не детский сад? Спасая твоего Ретивого, умер Комар! Надеюсь, ты не забыл, как его сожрал мутант?
– Марк дернулся, помнил он хорошо.
– Умник полег, он прикрывал наш тыл, пока ты беспечно глазел по сторонам. Хабу подстрелили, и неизвестно выживет он или нет. Датчика дважды ранили. Думаешь, Ретивый лучше них? Пусть все вокруг дохнут, а он живет?
– я уже орал во весь голос, выплескивая злость.
– Каждый заходя в Зону понимает, что он труп. И это, блин, добровольный выбор, мать твою! Никого за яйца сюда не тащат! Ретивый знал на что шел! Хочешь идти его спасать? Вперед!

Я отвернулся, не желая видеть Марка и стараясь унять бешеное сердцебиение. Хотелось ломать и крушить все вокруг. Из-за какой-то гниды он хотел сдохнуть сам и меня прихватить. Мелкий придурок избалованный родителями. Привыкший получать все что хотел и не считающийся ни с чьими жизнями. Для него это все была забава. Злило страшно.

Видимо что-то из моих слов все же дошло до желторотика, и он понуро сказал:

– Идем.

– След в след, - буркнул я, взваливая рюкзак и взводя винтовку, - после выброса Зона стала еще опаснее, чем была, - нехотя пояснил я. Больше всего сейчас мне хотелось остаться одному и спустить пар. Ходить внутри периметра раздраженным не самое лучшее дело.

Кинув взгляд на Марка, я убедился, что тот собрался.

– Пушку наготове держи.

Я включил ПДА. Над нами по-прежнему было чисто, а вот сад представлял собой серьезное испытание. С другой стороны, мутанты сюда соваться не должны были бы. Я убрал доску и осторожно приоткрыл люк. Чисто. Мы выбрались и по-быстрому отлили.

На улице царило хмурое тяжёлое утро. По свинцовым тучам все еще пробегали остаточные всполохи зелёного цвета. Судя по грому и бьющим молниям, где-то недалеко шла гроза. Поливал дождь. Дерьмо. Скользко, да еще глаза застит вода.

Нам предстояло пройти между птичьими каруселями. Хорошо идти, когда тебя Датчик ведет. Но его не было, и приходилось рассчитывать на собственные силы. Болт за болтом я посылал вперед, разведывая безопасный путь. Несколько улетело вверх, один с бешеной скоростью вернулся к нам. Задело бы кого-то, могло и продырявить.

В итоге путь на проселочную дорогу был проложен. Сейчас бы я не отказался от отмычки. Выдохнув, сделал шаг, прислушиваясь к своим ощущениям. Марк внимательно шел за мной, наверное шоу с болтами таки убедило его, что невидимые аномалии были вполне реальны. Чёрт! Волосы зашевелились, раздался чуть слышный треск. Я замер и осторожно сделал шаг вправо. Ощущение смертельной опасности схлынуло. Хорошо. Двинули дальше.

Такое поле породило несколько артефактов, которые я заметил, пока преодолевал полосу препятствий. Если их собрать и выбраться живым, что далеко не просто, можно продать их, купить себе квартирку и жить безбедно несколько лет. Я прошёл мимо. Были задачи поважнее.

Выбравшись, вскинул винтовку. Осмотрелся. Твари Зоны все ещё отсиживались в логовах, но терять бдительность не стоило. Марк встал рядом, и мы пошли вперёд. Нам повезло, до Агропрома мы добрались без приключений. Хватало с лихвой дождя, который стоял стеной. Чуть просохшее камуфло за ночь вновь стало мокрым насквозь. На Зоне на такие мелочи не обращаешь внимания. Жив, все остальное не важно. Хоть ощущение было, прямо скажем, не из приятных.

Сверившись с ПДА, я убедился, что территорию научного центра накрыло радиационным пятном. Достав флягу, я глотнул и передал Марку. Он сморщился, но пререкаться не стал. Сделал несколько глотков. Закашлялся. На Зоне водкой лечатся - закон.

– Надеваем защиту, - отдал резкий приказ.

Достал из рюкзака противогаз и защитные перчатки. Надел, проверил, чтобы ничего не мешало стрелять. Подождал, пока желторотик закончит возиться. Я все ещё был зол на него. Смотреть на его понурую физиономию было удовольствием ниже среднего. Гребаный Ретивый. Нет, чтоб просто тихо-мирно сдохнуть. Ладно, проехали.