Чтение онлайн

Видимость ухудшилась, но лезть без защиты в такое место - это обречь себя на смерть от лучевой болезни. Обратно мы пошли с другой стороны от Агропрома. Сталкеры по своим следам не возвращаются. Плохая примета.

Идя вдоль разрушенного корпуса, порадовался, что дождь утих. Дверной проем, виднеющийся впереди, вызвал сосущее чувство тревоги. Я остановился. Пригляделся. Слева вдалеке виднелся гравиконцентрат, рядом с ним на кусте чернели капли Волчьей слезы. Артефакт работал только на Зоне. Кладешь такую в рюкзак, и он становится заметно легче. Сейчас он нам был ни к чему, мы шли налегке, так что лезть его доставать, рискуя шкурой, резона не было.

Чувство опасности нарастало. Кусты частично скрывали вход. Разбросанные по территории обломки зданий мешали разглядеть почву.

– Боевая готовность. Стрелять по всему, что движется.

Приникнув к оптическому прицелу, я изучил вход, затем размытую землю. Опа! Отпечаток руки. Снорки, мать твою. Мерзкие существа. Живут стаями. Я принял решение идти в обход.

Видимо твари почувствовали что-то неладное. Решив не сидеть в засаде, они ринулись из проёма. Я открыл огонь, уложив сразу же одного.

На мой взгляд, снорки - одни из самых мерзких созданий Зоны. Выглядели как человек, с надетым на голову противогазом. Позвоночник и ребра торчали белыми костями наружу. Учёные исследовали одного в пределах периметра, поскольку местные твари погибали без аномального поля, порождаемого Зоной, и разлагались на радиоактивную жижу довольно быстро. Было установлено, что это мимикрия, приспособление к местной среде. По первости множество людей погибло, принимая их за раненых, пока поняли в чем дело. Многие мутанты считали своим основным лакомством сталкера и имитировали по возможности человеческий облик и повадки. Хотя мне лично казалось, что не только собаки и свиньи мутировали. Наверняка и люди попали под страшное воздействие.

Второго я снял в прыжке, вышибив ему мозги. Все же родичи пацана подогнали убойные винтовки. Многие мутанты не могли пережить именно отсутствие мозга, остальные повреждения не лишали их боеспособности.

Мать! Мы умудрились повстречать большую стаю. Я успел уложить троих, прежде чем мне пришлось отступать назад. Они передвигались как обезьяны, опираясь на руки, отчего их спину с вылезшим позвоночником было отчётливо видно, при этом голова сливалась с телом того же болотного цвета, что и "противогаз".

Мутанты стремительно приближались. Я вел точечный огонь, посылая два патрона подряд. Споткнулся и упал ещё один. Оставалось трое, и они брали нас в клещи.

– Марк! Блять! Стреляй!

Смотреть, как он там, у меня времени не было. Встав так, чтобы спину прикрывала стена, я снес ещё одному снорку башку. Оставалось двое, расстояние стремительно сокращалось. Твари петляли, не давая прицелится. Я перевёл оружие в автоматический режим и открыл сплошной огонь. Последняя тварь издохла, не добежав десяти метров. Давно я не попадал в такую жопу. Все ещё разгоряченный нападением внимательно оглядел территорию. Чисто. Теперь стоило поглядеть, как там мой клиент. Либо сдох, либо я его сейчас сам убью.

Марк встретился со мной взглядом и попятился назад.

– Стоять, зараза!
– не своим голосом заорал я. Ещё не хватало, чтобы этот придурок вляпался в гриб-невидимку, который как обычно слился со стеной, и только наметанный глаз мог увидеть искривление теней. Обычно он рос в подземельях, но прошедший выброс помог ему выродится на стене. Пока я гасил снорков, сквозь тучи пробилось солнце. Оно-то и спасло парню жизнь.

От моего вопля содрогнулись стены, и если бы рядом с нами были ещё какие-то мутанты, они бы непременно вышли посмотреть, что за жратва орет у них под окнами.

Парень замер, и я более спокойным тоном объяснил, что он, говнюк, чуть не угробился об стену и для наглядности кинул болт, который отскочил от поверхности, не долетев десятка сантиметров.
– Попадешь в такой гриб, и его плотоядная поверхность сожрет тебя в считанные минуты. Вырваться из этой пакости невозможно, засасывает насмерть.

Марк попятился от стены, с опаской поглядывая в ее сторону. Остановился, огляделся, увидел убитых снорков и вновь попятился от меня. В его глазах плескался отчетливый страх. Я молча смотрел на него и понимал, что бить бесполезно. Лупят тех, кто обучаем. Этот, как показывала практика, был безнадежен.

– Какого хрена, ты стоял и ждал, когда нас сожрут?
– Устало спросил я.

Марк сглотнул и показал на убитых:

– Они... Они же люди...

Все же треснуть руки чесались. Не поможет, конечно, но хоть душу отведу.

– Где ты видел, чтобы люди бегали с позвоночником наружу?

Парень неуверенно передернул плечами.

– Нигде, но мы же на Зоне. Может, им ещё можно было помочь.

Я порадовался, что желторотик не пристрелил меня в запале милосердия. Все же шесть спасенных снорков против одного дохлого сталкера... Не знаю, не знаю, как он сдержался.

Надвинувшись с самой из грозных своих рож, я проговорил:

– Ещё раз ты ослушаешься ведущего, то есть меня, брошу подыхать как собаку, - Марк вжал голову в плечи и сделал шаг назад, и я рыкнул, - стоять!

Он замер, а я, подойдя вплотную и глядя через защитную маску, ласково, отчего это прозвучало ещё более угрожающе, сказал:

– Скажу жрать землю, будешь жрать. Велю пристрелить свою мамашу, будешь стрелять. Прикажу выстрелить в меня, будешь выполнять. Это ясно?

Он неуверенно кивнул, все ещё ожидая удара. Однако я его разочаровал. Развернувшись, зашагал дальше. Солнце наконец смогло прорвать тучи. Все вокруг засверкало. Капли дождя, повисшие на скудной растительности, отражали лучи. ПДА пропикало. Где-то рядом были сталкеры. Я кинул в наш чат вопрос. Несказанно повезло. В Зоне пережидали выброс Геша и Павлин и теперь, как и мы, шли в город.

Были сталкеры, которые шли на риск и приходили в зону перед выбросом. После его окончания можно было неплохо набить карманы артефактами. Чем парни и занялись вплотную, судя по нескольким контейнерам, висящим на поясе у каждого.

Бродяги присоединились к нам через километр после Агропрома. Им явно лишняя огневая мощь не помешала. Вынести хабар, минуя мародеров было ещё той задачкой. Так что я им предоставил ещё один ствол. Марка не брал в расчёт. А они для меня согласились побыть отмычками, хоть и были ветеранами.

От Агропрома до периметра вела хорошая дорога, однако по ней никто не ходил. Как я уже говорил, лёгкая дорога в Зоне не означает, что по ней можно дойти хоть куда-то. Обкидав участок болтами, решились ее перейти. Первым пошёл Павлин. Мы все, затаив дыхание, следили за ним. Все прошло гладко. Мы ринулись следом. Стоило мне сойти на землю, как я ощутил дыхание смерти. По асфальтовому плату прошла рябь, похожая на поверхность моря, когда совсем рядом проплывает опасный морской хищник. Что это за аномалия, никто не знал, но погубила она не одного сталкера. По человеку, попадающему в неё, проходила такая же рябь, кроша кости в крошку.