Чтение онлайн

Мачеха разволновалась так, что не могла даже ни слова произнести. Евдокия испугалась за мужа. Так сильно, что даже не замечала нарастающую боль внизу живота. А когда Григорий очухался, она начала нервничать по поводу того, что теперь от сплетен не отмыться.

Не на каждой свадьбе к невесте прибегает влюблённый и бросается в ноги. Не на каждой свадьбе этот влюблённый – следователь.

Права была Евдокия, ох права, когда говорила Григорию, что следователь влюблён в Зою. Чувствовала, что он ещё покажет себя. А саму Зою не жалела. На миг даже позавидовала её красивому наряду и молодости.

А Янек ждал. Когда к назначенному времени невеста не явилась, занервничал. Не по себе стало и пани Анне. Сын и мать взволнованно ходили туда-сюда. Маленькая Софья успокаивала Анну.

– Маменька, всё будет хорошо, маменька.

Но Анна отмахнулась от неё. Грубо ответила:

– Уймись ты наконец-то.

Девочка смутилась, замолчала и отошла в сторону.

– Едут, едут, – громко крикнул кто-то.

Зоя вошла в церковь заплаканная. Боялась смотреть Янеку в глаза. А он стоял как заворожённый. Сердце его готово было выпрыгнуть из груди.

Зоя хотела было подойти к священнику, рассказать о случившемся, покаяться за то, что позволила чужому мужчине поцеловать себя. Но испугалась. Дрожь то ли от страха, то ли от холода охватила её. Она всю дорогу до церкви вытирала своё лицо, надеялась избавиться от неприятного чувства, возникшего после прикосновения Лорана. Губы от этого раскраснелись, распухли.

А Янека манили Зоины губы. Ему казалось, что вот-вот земля уйдёт у него из-под ног. Захотелось взять любимую на руки, отнести туда, где никого нет, и никто не будет смотреть на неё так восхищённо, как все глазели сейчас.

Евдокия Степановна терпела боль изо всех сил, а потом с мольбой посмотрела на Джана. Тот быстро оказался рядом, взял её за руку, почувствовал неладное. Шепнул что-то Григорию и вывел Евдокию из церкви.

Лоран пришёл домой в ужасном настроении. Порадовался только тому, что Таисии нет дома.

Лёг на кровать. Все утренние события мелькали перед глазами. Следователь ругал себя за несдержанность. Представил, как теперь сплетнями разлетится по Ростову его поступок.

Вскочил резко с кровати и начал собирать вещи. Решил немедленно уехать из этого города, а дальше будь что будет. Когда собрал всё необходимое, вернулась Тайга. Она набросилась на Лорана с кулаками.

– Как же вы, господин следователь, могли так поступить? Весь город гудит о том, что вы чуть было не расстроили свадьбу. А как же я? Как вы можете признаваться в любви другой женщине, если я ношу в себе вашего ребёнка. Кто меня защитит в этом мире? За вашу несдержанность я теперь должна побираться с малышом на руках.

Лоран смотрел на Таисию молча. Потом схватил чемодан и выбежал из квартиры. Таисия отправилась за ним. Лоран ускорял шаг. Он нёсся по улице не в сторону порта или железнодорожного вокзала, а в противоположную.

Тайга еле успевала, а потом споткнулась, громко вскрикнула и упала.

Лоран, услышав крик, оглянулся, но побежал дальше. Случайные прохожие начали помогать девушке. Кто-то из подошедших сказал, что у неё сломана нога.

Таисия выла от боли, смотря вслед убегающему Лорану.

Джан проводил Евдокию домой и строго-настрого запретил ей волноваться. Сказал, что если она будет много ходить, то потеряет детей.

Но женщина рвалась на свадьбу. С трудом китайцу удалось её успокоить. Оставлять Евдокию одну он не стал и решил дождаться окончания свадьбы и возвращения Григория домой.

А между тем венчание шло полным ходом.

Перед глазами Зои всё было словно в тумане. Она с трудом различала людей. Священник вообще виделся ей безликим. Просто светлое пятно вместо головы.

А Янек ликовал. Он благодарил Бога за то, что смог выдержать все испытания и теперь его любимая Зоя, его Золото навеки принадлежит ему.

После венчания гости шумно вывалились из церкви и отправились в праздничный зал. Григорий не находил себе места из-за Дунечки. Уйти сейчас с торжества он не мог. По его просьбе домой к Кирьяновым отправился один из гостей для разведывания обстановки. В ответ на визит гостя Джан передал Григорию записку.

Янек и Зоя не разговаривали, даже словом не обмолвились. Они вели себя так, будто видели друг друга впервые. Зое казалось, что Янек даже сторонится её. А юноша просто боялся, что не сможет держать себя в руках. Его раздражали гости и шум. Ждал того момента, когда наконец-то останется с Зоей наедине.

Пани Анна смотрела на сына и невестку с восхищением. Всплакнула, обняла Софью.

– Маменька, а вы сошьёте платье на мою свадьбу? – спросила девочка.

Анна улыбнулась и кивнула. И вдруг перед ней возникла хозяйка харчевни. Она уставилась на Анну и сказала, что та должна выплатить ей деньги за проживание и питание девочки.

– Я вижу, вам неплохо живётся вместе, поэтому платите, мадам, – настойчиво потребовала Евдошка.

Анна возмутительно посмотрела на вымогательницу, вытащила из сумочки все деньги и бросила их под ноги хозяйки харчевни. Та, ползая на коленях, принялась собирать разлетевшиеся купюры.

– Маменька, – всплакнула Софья, – не нужно было всё отдавать. Она хорошо получила за то, что пыталась меня продать.

Анна крепче прижала к себе девочку и шепнула ей:

– Пусть забирает, мне никаких денег не жалко, лишь бы ты всегда была со мной.

Таисию в служебную квартиру следователя отнёс один из прохожих, который выделялся огромным ростом. Великан нёс Таисию как пушинку, а она обвила руками его шею. Со стороны казалось, что эти двое очень близкие люди, так как Таисия как бы невзначай касалась губами щеки незнакомца.

Помощнику Лорана, обеспокоенного исчезновением своего начальника, Таисия велела вызвать врача. Тот быстро распорядился насчёт доктора, боясь, что если откажется, то гнев Лорана будет неизбежен. Хотя эта девица помощнику совершенно не нравилась. Он словно видел её насквозь и советовал Лорану собрать больше информации об этой дамочке.

Втайне от Таисии Лоран велел отправить письмо её отцу, чтобы тот благословил дочь на замужество. И пока ответа не было, Лоран раздумывал, как же быть ему теперь.

Утверждать, что Таисия носит не его ребёнка, не мог, поскольку совершенно не помнил себя, пока был в бреду. Как назло все опрошенные охранники и врачи тоже ничего не видели и не смогли подтвердить невиновность Лорана.

А он между тем, измученный всеми этими событиями, продолжал бежать. Уже запыхался, стало жарко. Остановился. Расстегнул тулуп, потом быстро застегнул обратно, боясь простудиться на морозе. Осмотрелся и медленно пошёл по улице не взяв чемодан. Кто-то крикнул ему, мол, чемодан забыл, но следователь только махнул рукой и побрёл дальше. Ходил долго, пытался сориентироваться, чтобы дойти до служебной квартиры. Дорогу у прохожих не спрашивал, не хотел ни с кем разговаривать и видеть никого не хотел.