Чтение онлайн

— Проваливай! Не будь я сейчас занят, оторвал бы тебе башку. Убирайся!

Диего отошел. Повсюду здесь его окружали картины разрушения. Языки пламени все еще поднимались над зловещими кострами, вокруг лежали безжизненные тела, слышались стоны боли и отчаяния. Повсюду кровь и уничтоженные полотна и скульптуры. До чего может дойти этот город? Откуда в нем такая тяга наносить увечья самому себе? В какой момент его жители потеряли разум?

Пожалуй, пора уходить. Этой ночью лучше отсидеться дома, подождать, пока кошмар закончится. Диего побрел к выходу. Когда он проходил мимо сдвинутых в сторону сломанных скамей, ему вдруг показалось, что во внезапно наступившей тишине до него донеслось чье-то еле слышное дыхание. Наверное, умирающий прячется среди обломков, подумал он. Однако, присев на корточки, Диего увидел девочку-подростка с длинными рыжими волосами. Бедняжка смотрела на него дерзко и решительно, но было видно, как она дрожит.

Он протянул ей руку. Жест, который в Мадриде, похоже, совсем забыли — предложение помощи тому, кто в ней нуждается, и неважно, священник это или буржуа, аристократ или бедняк. Любые ярлыки только скрывают личность. Личность мужчины, женщины или испуганной, дрожащей под скамьей девочки.

— Что ты здесь делаешь? Меня зовут Диего. Не бойся.

____

— Без разбору бей дубиной, бей дубиной! Без разбору руби саблей, руби саблей! В улочках-закоулочках убивай карлистов! Не то Карлос придет, Инквизицию приведет…

Наступила ночь, но волнения так и не улеглись. Через открытое окно Диего слышал, как мадридцы скандируют яростную речовку. Пахло дымом, горели церкви, на улицах продолжались стычки. Говорили, что за день погибло не меньше сотни монахов и еще больше ранено. Диего вспоминал события дня и одновременно подыскивал слова для статьи о смерти Берты, но дело продвигалось медленно. Непонятно, зачем было искать какого-то одного убийцу, ведь теперь весь город охвачен насилием. Кроме того, прежде чем заняться работой, ему нужно было позаботиться о перепуганной девочке.

— Твоя сестра? Ничего не понимаю! Будь добра, повтори все сначала, только не волнуйся.

Лусия рассказала, что у нее пропала сестра: какой-то человек увел ее из их временного убежища на заброшенной спичечной фабрике.

— Что вы там делали?

— Солдаты разрушили наш квартал, Пеньюэлас, мама умерла от холеры…

Диего мрачно подумал: многовато несчастий для одного человека, но он давно жил в Мадриде и знал, что здесь и не такое случается.

— А человек, который ее похитил? Ты знаешь его имя?

— Нет, но может быть, это тот, кого называют Зверем. В нашем квартале о нем много говорят — о великане с красным лицом.

Это совпадение показалось Диего неправдоподобным: сегодня утром он видел труп Зверя, а теперь какая-то девочка говорит, что Зверь похитил ее сестру. Хотя зачем ей лгать? К тому же ее отчаяние казалось искренним…

— Я должна отыскать Клару. Не хочу, чтобы ее убили, как остальных.

— С чего ты взяла, что твою сестру похитил Зверь?

— Так говорят про всех пропавших девочек. Он их уводит, а потом убивает. Только никакой это не зверь…

Лусия с аппетитом съела единственное угощение, которое смог предложить ей Диего: кусок копченой колбасы, которую прислал ему брат, — без хлеба, зато со стаканом вина, которое он разбавил, учитывая возраст гостьи. Наверное, эта девочка давно уже пьет наравне со взрослыми, но Диего не считал это правильным…

Он попытался привести в порядок мысли — нужно было записать все, что он видел днем, и отправить в газету. Как знать, может быть, для статьи о нападении на Собор Святого Франциска Великого Морентин выделит место на первой странице. А если удастся заинтересовать издателя, то и расследование по делу Зверя продвинется.

Диего торопливо писал, Лусию тем временем сморил сон. Она уже спала, когда в дверь постучали — робко и вежливо, не так, как квартирная хозяйка, когда та являлась требовать долг.

Диего отложил заметку и открыл дверь.

— Ты не пришел. Наверное, в таких случаях женщине положено сидеть дома и предаваться меланхолии, но… Я хочу, чтобы ты сказал мне в лицо, что не хочешь меня видеть.

Даже на фоне невероятных событий этого дня визит Аны Кастелар казался удивительным. Диего пригласил ее войти, бормоча невнятные оправдания: столько дел навалилось, столько всего произошло, ни минуты не удалось выкроить, чтобы зайти или хотя бы написать.

— А эта девочка? Ты не говорил, что у тебя есть дети…

— Она осталась совсем одна. Я нашел ее в соборе, где был погром.

— И привел к себе домой. — Она погладила его по щеке. — Ты хороший человек, Диего.

Ана села на край тюфяка и стала разглядывать спящую девочку, ее разметавшиеся волосы, красновато-рыжие, как кораллы.

— Наверное, ты хочешь, чтобы я ушла, — наконец произнесла она, оборачиваясь к Диего.

— Я хочу, чтобы ты осталась. И предпочел бы увидеться с тобой в других обстоятельствах, но…

Легким движением руки Ана попросила его замолчать.

— Ночь, которую мы провели вместе, была странной, Диего. В этом городе нелегко хоть минуту прожить спокойно. Сегодня днем в лазарете умер Хенаро — человек, которого ты навещал.

— Я обещал ему бутылку вина. И как раз вчера ее купил… — Диего открыл сундук и достал вино из Вальдепеньяса. — Хотел отвезти утром, но теперь уже поздно.

Ана улыбнулась:

— Давай выпьем ее в память о Хенаро?

— Давай. День был сумасшедший.

— Не хочу ее будить, — прошептала Ана, погладив Лусию по волосам.

— Пойдем.

Диего взял ее за руку и вывел из комнаты. Они поднялись по лестнице на террасу, расположенную на плоской крыше. Окруженные развешанным соседским бельем, которое скрывало их от посторонних глаз, они уселись на расстеленном одеяле.

В небо все еще поднимались столбы дыма — разъяренные мадридцы продолжали жечь церкви и монастыри.

— Трудно было добраться сюда? — спросил Диего.

— Трудно было проехать мимо Сан-Исидро. Посреди улицы Толедо горит костер из церковных скамеек.

— Люди совершенно потеряли рассудок.

— Когда давление становится слишком сильным, взрыв может произойти где угодно. Карлисты довели нас до предела, я много раз говорила об этом мужу. И он, и остальные члены правительства давно должны были сказать народу, что во всем виноваты карлисты. Надеюсь, ты не из них?

— Нет. Но я и не сторонник Марии-Кристины или Изабеллы. Честно говоря, я предпочел бы, по примеру французов, избавиться от королей…

— Установить республику? Я, хоть и дворянка, всегда мечтала дожить до этого дня. Вот если бы испанцы когда-нибудь доросли до того, чтобы взять бразды правления в свои руки!