Зверь
Шрифт:
«Нет», – говорю я себе. – «Подожди. Сейчас отпустит…»
Верх – вниз рукой по стояку, чуть сжал… сильнее, жестче…
Мягкость ее волос до сих пор ощущается в ладони, локон, как железным раскаленным прутом по руке прошелся, ожег оставляя. Запах ее… Сумасшедшая, глупая… зачем злит меня?!
Слегка встряхнув головой, пытаюсь прийти в себя. Впервые за десять лет я подавился от чувств, которые на меня обрушились. Ядреный, заводящий коктейль из бешенства, ярости и нереального возбуждения растекался по крови, словно яд замедленного действия, который был готов вот-вот прорвать, прожечь насквозь ледяную плотину моей сдержанности. Вспомнил, как серые глаза девушки блестели от такого же испепеляющего гнева, и это подстегивало меня снова и снова… как издалека услышал свой мучительный стон. Наслаждение было таким мощным, что аж искры из глаз посыпались. Мне казалось, что меня разорвало на части.
Глава 7
Разбудил меня громкий телефонный звонок мобильного, оставленного мной еще с вечера на прикроватной тумбочке.
– Зверев, – тихо ответил я.
– Саш, привет, разбудил?
Я открыл глаза и посмотрел на время, на дисплее – 6.45.
«Кто еще мог такую рань – только Серый»
– Нормально все, – хриплым ото сна голосом ответил я. – Что случилось?
– Проблемы опять с ГазИ, Саш. Требует, чтобы я наладил сбыт его железа* через нашу сеть. Все то, что мы с тобой совсем недавно обговорили. У клуба сегодня ночью мои ребята поймали их «шестерку», который пытался на мою машину взрывчатку приладить, так сказать «письмом для тебя», – затараторил Сергей.
– И где он? – сразу же проснулся я.
– В клубе, ребята пока в подвале закрыли. Я тебя ждать приказал. Он ни хрена не говорит, ни от кого, ни для чего…
– Ясно. Скоро буду. – ответил и положил трубку.
Так и предполагал, что с этим недоноском возникнет куча проблем! Всегда, где замешано оружие или наркота – возникают проблемы. Ну не занимаюсь я ни железом их, ни распространением наркотиков в своих клубах! Не занимался и не буду заниматься. А они этого понимать по-человечески не хотят, вот и пытаются прогнуть, каждый раз мои слабые места проверяя и выискивая. Их у меня нет, да и не было никогда. Я же не против, хотят заниматься – пусть занимаются, но только сами, меня не вмешивая. А им, видите ли, в нашем городе «окно» подавай! Каждый зарабатывает как может, я их не виню, но сам продажей и перепродажей оружия никогда не занимался, и никто меня ни силой, ни уговорами, ни деньгами не заставит поступиться своими принципами.
«Угрожать, значит решили… ну-ну»
Набрал телефон Олега.
– Просыпайся. Через двадцать минут выезжаем. И Алексея захвати, – отдал указания и направился в ванную.
Через пятнадцать минут я уже был готов и, спускаясь вниз, услышал такой не привычный в моем доме звонкий смех… Ее смех! Захаровна суетилась тут же, на кухне, готовя для меня завтрак. Олег что-то смешное рассказывал, стоя рядом, сильно жестикулируя, а она улыбалась. Улыбалась, бл.дь, ему!
А лишь увидев меня, закусила губу и уставилась на свои руки, держащие чашку с кофе.
– Олег, – рявкнул я, – что за цирк?!
– Все в порядке, шеф. Готовы ехать, – отрапортовал он, улыбаясь ей уголком рта.
– Сашенька, даже кофе не выпьешь? – вклинилась в наше общение баба Маша.
Подошел, поцеловал ее в морщинистую щеку.
– Дела… Я смотрю, ты прислугу не очень-то нагружаешь работой, раз столько веселья с утра, – обратился к бабе Маше, – пусть в комнате у меня приберет сегодня.
Говорю, а сам на Нее смотрю, а она глаза со столешницы все не отводит.
Волосы эти кудрявые, рыжие, по плечам рассыпались, веснушки на носу, которые не замечал раньше… да и когда мне было ее разглядывать!
«Кроме волос, так ничего особенного… боится…»
Как будто мысли мои услышала! Тут же глаза свои большущие на меня подняла и подбородок опять выставила вперед упрямо. Глядит на меня с гневом, яростью! В серых глазах вновь вызов…
«Не сломал пока» выдохнул я, как будто боялся этого.
– Поехали, – дал указания охране и отвернулся от нее.
Зашли в лифт, и я развернулся к ребятам.
– Олег, я один раз сейчас повторю, а вы, оба, запомните. Больше повторять не буду. Никаких романов на работе.
– Понял, шеф. Не претендую, – заторопился Олег.
Алексей лишь ухмыльнулся…
– Стволы взяли? – нахмурился я. – Может, поразвлечься придется.
– А что случилось? – встрепенулись они.
– Гази озорничает. Давно нужно было его на место поставить. А тут, ночью, решил мне покушением на Серого свою точку зрения донести. Животное… – сказал, а у самого ярость начинает подниматься медленно, прямо к горлу, затягивая мой разум в свой черный, липкий омут.
Чувствую, что разговора с его пойманным человеком у нас сегодня не получится. Не убить бы его сразу!
Домчали до клуба быстро. Серега встретил нас у входа.
– Не признается кто нанял. Но мы то знаем, откуда может ветер дуть!
– Сейчас разберемся, – бросил я на ходу, – вы двое, – кивнул Олегу с Алексеем, – у дверей.
Сам, сняв пиджак и отдав его Олегу, прошел внутрь, начав медленно закатывать рукава белой рубашки…
***
Я никогда не помню себя в моменты ярости, как провалы в памяти. Она владеет мной полностью, заполняя собой все. Даже мои глаза становятся другого цвета – темно-синие, почти черные провалы глаз. В этом состоянии меня боялись абсолютно все. Я сам выгрызал себе дорогу в этом городе, свое имя, рвал за него зубами…
Да, приходилось быть жестоким, по – другому здесь никак нельзя было выжить. Меня ничто не держало в этом мире, у меня никогда не было слабых мест, поэтому конкуренты старались со мной договориться полюбовно. Если этого не происходило, то я превращался в монстра. Я мог изощренно, часами выпытывать информацию, нужную мне, нанося допрашиваемому не смертельные, но ужасно болезненные раны по всему телу, резать, а потом рвать его на части.
Прозвище – Зверь, я, скорее, получил даже не из-за своей фамилии. Это моя сущность.
– Саш, – громко позвал меня Серый, встряхнув за плечо.
Его голос привел меня в чувство. Я осмотрелся. Улыбка растянулась на моем лице, превращаясь в оскал зверя. Камера в подвале превратилась в комнату из фильма ужасов. Монстр не хотел сдавать мне свои позиции, это его вотчина. Осмотрелся. Тело, сидевшего передо мной на стуле, превратилось в кусок мяса…
– Ну как? Узнал? – спросил меня Сергей.
– Конечно. Давно я не слышал столько признаний, как сегодня, – ответил я ему и улыбнулся.
– Даже я, спустя столько лет, тебя вот такого боюсь! – Серега, аж плечами передернул.
– Кто бы говорил! – парировал я ему.
– Ну я, по крайней мере, не оставляю после себя столько крови! – рассмеялся он. – Надо бы приказать ребятам, чтобы прибрали здесь за тобой, – сказал, кидая мне в руки полотенце.
Я поймал его на лету и вытер руки и лицо, на которое попали брызги крови. Белая рубашка тоже была испорчена. Выйдя из комнаты, столкнулся взглядом с Олегом, тот сразу же опустил глаза в пол. Они, никто кроме Серого, не смотрят мне в глаза в такие моменты. А Она – смотрела. Вспомнил этот взгляд с вызовом ночью и по телу легким возбуждением начало разливаться тепло.