Звезда Аномеда
Шрифт:
Создал он условия человеку меньшему и обозначил их условно, как прозябание.
Что то значит условно - можно определить реально, но вряд ли то возможно, когда речь идет о роде другом. Потому, здесь упомянуто в переносном смысле.
И условия того прозябания были следующими. Это самостоятельное унижение собственной совести и сохранение в режиме одиночества довольно длительный период времени.
Конечно, одиночество было условным, то есть приближенным к реальному. Так было нужно, потому Большой так и поступил.
Но все же, этот момент или условие не могли не играть роль в хорошо поставленном человеческом воспитании.
Спустя совсем немного, после окончания всех чудес, Большой Человек занялся вплотную переподчинением человеческой совести.
Это ему удалось. Дальше, он самоустранился и дал возможность человеку небольшому взрастать в уме самостоятельно.
Долго то длилось и по-разному приходилось. Конечно, Большой время от времени смотрел за делами и всякий раз старался превозмочь силу обыкновенного человеческого отклонения с задуманного пути.
Тем временем развивалась сама звезда или планета. Вместе с ней развивалось и все живое. Немало в том потрудился и сам Большой Человек, но львиную долю надо все же отдать самим развивающимся.
По делу всему общечеловеческому было заведено Дело. Еще издавна оно складывалось и велось в ряды годы лихолетий.
В Деле том Большой записал следущее:
"Мною заведено и обусловлено практическое восхождение величины роста светотепла, которое несоизмеримо ударит по всему человеческому и сопроводит его же до дня следующего ..."
Так Человек тот готовил себе же замену.
Хотя это обозначение всего лишь условное. Главное, чего недоставало всему мало человеческому - это ума и терпения.
И вот Большой решил его проверить на прочность. Вывел в люди и сотворил небольшое чудо.
Чудо оказалось не слабым, но и недостающим для полного его сотворения.
Думал Большой, что меньший дотянет сам, но ошибся. Не хватило духу, терпения и самой обыкновенной физической силы.
Тогда Большой вновь засунул меньшего обратно и в люди больше не показывал.
– Пусть, ума еще набирается, - так он сам себе сказал и окружил меньшего своей заботой.
Что же обозначает забота Большего о младшем?
Это значит, своеобразное заключение в рамках значимости ума.
Продолжалось это долго. Взрослел меньший и понемногу становился на ноги в деле своем необычном.
Хотел было Большой вновь в люди отправить, но передумал по ходу мысли и дела своего и заставил меньшего вновь кропеть над собою.
Так проходило время в трудах и собственных заботах, и на место его поднимался небольшой ум.
Трудно это описать, как оно внутри происходило, но все же было и того никто отрицать не будет.
Наступали времена другие. Менялось все вокруг, рос ум других и становились более прозорливее меньшие человеки.
Решил Большой испытать меньшего. Ввел в дом его силу свою небольшую и повелел ею распоряжаться, как заблагорассудится.
Не совладал ею меньший и удалил в сторону, как ненужную.
– Что ж, - сказал сам себе Человек, - раз дело то не нужное, то значит надо еще труды взымать.
И опять Большой меньшего к труду его преклоняет и вновь ум потихоньку растет до дня пробы следующей.
Долго еще так было и долго по своему же недопонятию прозябал человек меньший.
Большой же только соглядал воочию, как все то происходит, да и приговаривал про себя:
– Человеку малому вся наука делом дурным кажется. Значит, мало обучился всему. Надо далее толковать, чтоб дурость та настоящей наукой в жизни стала.
Вот так, довольно просто для чтения, происходил тот процесс прозябания или человеческого умоприсоединения. Аж, целых семь лет все то длилось и в пору было умом обрасти, как мхом каким.
Так оно и состоялось. И человек меньшой из роду иного, но ближнего, перешел из одного класса в другой. По уму имеется в виду.
Уже после этого состоялось чинопочитание от состава ума, а дальше и сама власть присоединилась попутно. Другие возжелали того, так как человек меньший, хоть и в другой класс перешедший, сам не стремился к тому, не желая усугублять доверием всех, силу которого он понимал, конечно, по своему.
Трудно все происходило и рождалось буквально в муках. Но всякое рождение так происходит, а перерождение тем более, ибо в сознании ведется и на почве другого обыкновения.
Таким вот был путь прозябания того ведущего человека, что в самом начале был указан.
В общем, все достаточно просто и явно. Знали ли об этом люди другие?
Да, знали, но немногие. Человек Большой не особо стремился его с кем-то сблизить и желал убеждения личного в понимании каких-то жизненных позиций.
На смену одному всегда приходит другое. Таким другим из разряда недопонимания стал процесс первоначального восхождения вверх после упомянутого прозябания, который именовался, как очередное перевоплощение из человека простого в вероисполнимого и веропочитаемого. Об этом и гласит глава следующая.
Глава 3
ВТОРЖЕНИЕ
Жизнь рода иного всегда складывается по-иному. Но некоторые моменты очень схожи по своему составу и способны выражаться в любой среде.
Именно эти моменты приходятся на долю временного вторжения восходящей силы звезды Аномеды в реальную поверхостную среду человекосуществ.
На базе этого вторжения Человек Большой отыграл большое действие, в которое были втянуты многие из человеков меньших.
Состоявшийся ум, доживший до того дня, благополучно шагнул в мир и занял место, подчеркивающее его превосходность.
Спустя время некоторого всеобщего негодования по ряду дел и свершений, сила звезды взошла до небес и сотворила свое чудо.
То было бесчисленное множество опровергнутых ранее природных явлений, которые заставили поверить всякого в существующую суть небытия, то есть невидимого.
Так недавно взошедший ум начал подтверждать свое обозначение и решать задачу по сопротивлению окружающей среде.