Чтение онлайн

Лица многих были обращены к Большому. Но тот своим светом указал на сторону звезды.

Точнее, на ее свойства по всякому испарению. Во мгновении дня всякий мог созерцать то, что уже давно было известно, но только позабыто. И тотчас же лица уже обернулись к другому.

Так захотел Бльшой Человек и даже подтвердил то своим установленным сигналом, сотворив по-своему чудо и увековечив память о себе в деле звездного порядка.

Надальше, Большой удалился и предоставил возможность меньшему заняться чисто человеческими делами.

По уму взошедши, в этом не было никакого труда, или точнее, особого усилия. Большой преподнес многие уроки, сохранив тем самым за собой славу именно Большого и, само собой, Человека.

Потому, меньшему оставалось только исполнять и добиваться того же от других.

На базе этого сформировалось новое время. Время умственного принуждения. Это стало той объединительной чертой, которая помогла восстать государству из состояния - ничего, в состояние буквального перевеса.

Это был апогиальный, чисто исполнительный труд. Но он стал совместим с обычной трудовой жизнью и стал незаменим в обыденности дня, словно мытье рук перед приемом еды.

Это и было настоящее вторжение в человеческий уклад мысли, издавна жестокой и мстительной по отношению ко всему, что окружает и провозглашает простое чудо ума.

Не было борьбы, ибо была она беззвучная и беззубая. Кто мог состязаться с умом, кроме самого ума. Только он и мог решать праведность и сохранение или не таковое вместе и в целом.

Не было казни, ибо казнью стало для всех время. Не было принуждения по особому трудопылающему образцу. Его заменила необходимость дня того сведущего.

Ибо во всяком деле шли сведения и подле дня того обобщались, претворяясь в саму жизнь.

Так обозначено было время вторжениями, а на смену ему шло время повторного взросления.

Большой вновь заставил меньшего прибегнуть к своему труду, а обязанности возложил на иного и даже иных.

То было краткое время и так же кратко о нем сказано.

Меньший шагнул в класс третий, а Большой присвоил ему первое человеческое звание, именуемое просто - Человек сполна.

Дальше наступило время тех решений, о которых было сказано, а еще позже - время всеобщего труда, ибо по-другому жить было нельзя, ибо от того и сохранялась сама натуральная жизнь.

Это все о человеке меньшем и даже о Большом.

Теперь, настал черед поговорить или рассказать обо всех.

И хотя о них кратко упоминалось - все же недостаточно для того, чтобы понять их местоопределение в этом периоде исчисления.

Почему их лица обратились вверх и почему сила проповеди заставила обернуться куда следует?

Для этого надо окунуться немного в прошлое и вспомнить время золотого ума. Это, когда все занимались стяжательством и сотворяли каждый свое звездное или аномедное чудо.

То время благостью не отличалось, и ум устал от диких возгласов побед всякого принужденного во времени. На базе его и сформировалось время другое. Когда сила без ума стала совершать насилие над силой несовершенства.

Это лишь слабое упоминание о времени и лишь отдаленно условное его обозначение.

Так вот. Когда капля всеобщего, тянущегося отовсюду сердцеедства наполнила до отказа среду, то она обратилась для всех силою.

Да, такою, что сила слезы, падшей на грунт или загубленное тело, показалось просто недостаточной, чтобы огласить общее безумие.

И тогда взгляды обратились к небу. И тогда Большой сотворил свое чудо, показав, что он может и чего хочет видеть на звезде Аномеде.

Так произошло прозрение, но лишь самое изначальное. И не прошло много времени, как та же среда наказала вторично.

И вновь лик повернулся к небу, и снова зов людской отобразился сотворением Большого. Вот тогда им дошло, и тогда произошло вторжение.

Благодаря всем и всех творятся все чудеса на свете и вне его, и только одно чудо может быть сотворено единым зовом.

Это сила векового вторжения величины ума порядка другого.

В этом и заключена роль многоменьшего человеческого, по праву принадлежащего звезде Аномеде.

Теперь поговорим о другом и перейдем к части иной, где отобразим величину необыкновения и как бы последуем примеру тех гуманоидных существ, что издавна населяют звезду Аномеду.

Именно им предстояло решать в свое время многое и дело действительно заключалось в содружестве и необыкновении.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

НЕОБЫКНОВЕНИЕ

Глава 1

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

" Гармония - это есть пропорция и величина собственности познания, что для умственно развивающегося существа именуется просто умом ".

(Из старописьменной словесности)

Не случайно эта часть нашего рассказа озаглавлена именно таким образом.

Данное определение как раз напрямую относится к сути нашего повествования и будет составлять ее основную силу.

Итак, что заключало в себе необыкновение и какую роль составило определение в этом процессе?

Из предыдущего уже известно, что человек, обозначенный как человек меньший по роду схожему, всячески устремлялся избежать сути его же предназначения.

То уходил в одну сторону и, как говорят, слишком далеко зарывался, то близился к другой, которая подвластна примерно такому же определению.

Но никогда не шел именно по следу или умыслу Большого Человека, ибо сохранял в себе величину своего безоблачного существования, то есть образ практической праздной жизни вне всякой деятельности ума.

Так вот, первое необыкновение заключено в том, что на всех этапах его же /человеческого / развития было определено место сохранения приоритета опознавания. То есть, человек меньший не мог удалиться далее своего собственного обиходно-бытового существования.

Это, так сказать, условность времени пребывания в положении изъятия из среды.