Чтение онлайн

– Великий Творец! – бормочет вдруг Дариэль.

У меня сердце прыгает, я кошусь посмотреть, что его теперь обеспокоило, и вижу на мониторе у него здоровенное серебристое… нечто.

Ряд идеально белых клыков, которыми гордился бы любой серийный убийца. А за ним еще один ряд клыков. Скарлетт, наверное, ими тоже заворожена, потому что ее микрокамера следит за тем, как это нечто плавает за стеклом. И шкура у него рябит угрожающими цветами, серебро сменяется синим и красным.

– А я думал, ты атеист, – бурчу я, толкая его локтем и снова переключаясь на Зилу, Кэла и тот взлом, который пытаюсь осуществить.

До чего трудно в наше время найти надежного помощника.

Но хоть я и жалуюсь – от Дариэля толку как от непромокаемого полотенца, – не могу отрицать, что получаю удовольствие.

Обмениваясь с кузеном семейными сплетнями в перерывах между разговорами о рыбах, вдыхая запах сырого камня при тусклом свете лиан и моего экрана, ведя своих товарищей сквозь жуткие приключения, я практически снова возвращаюсь в детство.

Прокладывая путь моих двух помощников еще через шесть коридоров и два раза едва не зацепив патруль, я наконец приближаюсь к неизбежному.

– Так, ребята, конец пути. Помещение гравитационного генератора прямо перед нами. Приступаем к фазе два, деточки.

Кэл отделяется от Зилы, как призрак. Та стоит совершенно неподвижно, ожидая, когда он займет позицию, темные глаза прикованы к потолку, темная кожа практически блестит в верхнем свете. Зила это очень хорошо умеет: если ей не нужно что-то делать, она и не будет. Может быть, так она направляет дополнительную мозговую мощь для реализации своего главного плана по захвату галактики…

– Ну все, пошли! – шепчу я, и она выходит из-за угла в курьерской форме с несчастным видом, будто заблудилась.

Четверо охранников возле тяжелых противовзрывных дверей на другом конце коридора застывают на месте. Они видят форменную одежду и коробки у Зилы, что-то смутно соображают, но все равно поднимают стволы.

– Стоять! – кричит один, и Зила повинуется и даже идет навстречу: роняет коробки и поднимает обе руки в качестве дополнительной предосторожности. – Запретная зона!

– Ты как сюда попала? – спрашивает другой, но не подходит, потому что непонятно, опасна ли она.

Хотя я вижу, как у него в голове рычажки щелкают. Она же такая мелочь, да еще десять метров до нее. Какая от нее может быть опасность?

– У меня есть вопрос, – произносит Зила угрюмо-серьезно, как она умеет. Четверка переглядывается. – В играх-симуляторах я часто видела сцену, как группу охранников отвлекает на себя с виду безобидный нарушитель, а тем временем другой, побольше и поопаснее, этим отвлечением пользуется, чтобы их отключить. Вот мне интересно стало: насколько реалистично такое поведение для обученного и вымуштрованного персонала охраны?

Все четверо моргают, уставясь на нее. В присутствии Зилы Мадран такое бывает часто.

– Ты что, пси…

Охраннику больше ничего сказать не удается: Кэл вываливается из вентиляционного люка и бьет его в основание черепа. За несколько секунд он укладывает и остальную троицу практически беззвучно.

Дезинтегратор даже не пригодился.

– Я честно верила, что тебя застрелят, – задумчиво замечает Зила.

Кэл поворачивается к ней, подняв брови:

– Ты говорила, что у меня восемьдесят семь и три десятых процента шансов на успех.

Она наклоняет голову:

– Это чтобы ты не нервничал.

– Так, ребята, – вмешиваюсь я. – Мне надо проверить команду «А». Гравитационные генераторы вон за теми противовзрывными дверями. Кэл, спрячь тела. Зила, ты мои инструкции помнишь.

– У нее сейчас кто-нибудь есть? – шепчет Дариэль, не сводя глаз с Зилы.

– Я тебе все пальцы отрежу, – отвечаю я. – На руках и на ногах, по одному. И на твоих глазах скормлю их чертовой рыбе, если ты не перестанешь мне мешать.

Он вскидывает руки, будто хочет сказать: «Ладно, не вопрос. Чего ты так взъелся?» – и я, скрипнув зубами, отворачиваюсь к камерам.

Сектор за сектором сканирую набитый бальный зал, ища Бьянки. Но он выделяется не сильнее, чем бетрасканец в снежную бурю, то есть совсем никак. Он синий, а из-за света от аквариума и звездного потолка синие тут все. И что на этом чертовом маскараде все в масках, тоже не облегчает задачу.

Я ищу методично, прорабатываю каждый квадрат сетки, но все-таки нахожу его в конце концов. Он машет в воздухе всеми четырьмя руками под сотрясающий кости ритм, скалит в бешеной улыбке острые колья зубов. Его окружает… иначе как «гаремом» это не назвать – дюжина юных красивых представителей всех возможных видов пола или без такового. Они танцуют, обратив к нему лица, как цветы маза – к солнцу.

За ними кольцо охранников, которых можно, не боясь впасть в преувеличение, назвать жуткими. Все они челлериане, как сам Бьянки, – большие и синие. Мышцы едва умещаются в одежде – если принять во внимание квалификацию портных Бьянки, то это сделано намеренно. Они толпой стоят вокруг своего босса, четыре глаза каждого разглядывают толпу, пиджаки подозрительно оттопыриваются.

– Так, детки, – обращаюсь я к своей команде. – Бьянки в северо-западном углу. При том количестве охраны, которой он окружен, у вас только один способ подойти ближе.

– Какой же? – спрашивает Золотой Мальчик.

– Танцевать так, будто это последний раз.

– Понял, – отвечает Тай без колебаний, хватает Аврору за руку и тащит в толпу. Я успеваю услышать, как она пискнула, тут же заглушенная грохотом музыки.

Скарлетт и Кэт еще секунду остаются возле аквариума. Скарлетт изучает остальных, стоящих вдоль стены, но на ее микрокамере я вижу ближайшую к периферии рыбу и теперь с подачи Дариэля тоже смотрю на этих тварей.

У Кассельдона Бьянки действительно есть по экземпляру каждого существующего в галактике вида, насколько я могу судить. Это вот – рыба-змея длиной два метра, огненно-оранжевая, как волосы у Скарлетт. Но самый прикол – это здоровенные мешки с ядом по обе стороны морды, каждый больше головы рыбы, и создается впечатление невероятно раздутых щек. Белые глаза навыкате, будто она так же поражена всей обстановкой, как и я.

Кэт же смотрит только на нашего Альфу и нашу безбилетницу, как и весь сегодняшний вечер.