Чтение онлайн

— Я говорил о твоем слове мисс Блейк и ее отцу.

В камине с треском взметнулось пламя. Из камина выкатилось горящее полено, зашипело на решетке.

— Вдобавок у тебя есть обязательства перед обитателями этого поместья. Ты об этом подумал?

— Сэр…

— Я дал слово, что как только ты женишься, получишь за женою приданое и у нас появятся средства, мы употребим их на благоустройство. И что же ине теперь — сказать им, что мое слово ничего не значит? А слово, которое ты дал невесте и ее отцу, значит и того меньше?

— С-сэр… я сегодня написал мисс Блейк, объяс нил положение, и капитану тоже. Что же до арендаторов…

— Ясно, — перебил отец. — Ты, значит, им написал. Какая смелость. Значит, этот наш разговор — пустая формальность.

— Я думал, что обязан известить капитана об изменившемся положении, сэр.

Отец невесело ухмыльнулся.

— Разве капитан тот дурак, который тебя воспитал, мистер? Разве капитан тот дурак, который тебя кормит?

— Я… постарался вам все объяснить, сэр.

— Хочешь сказать, ты отменяешь мой приказ? Это твое последнее слово? Подумай хорошенько, мистер. Твои поступки повлекут за собой последствия. — Лорд Кингскорт подошел к сонетке, рукой в перчатке взялся за шнурок. — Ты сейчас на распутье, Дэвид. Решать тебе. Так прими решение, как мужчина.

— Я же г-г-говорю, положение изменилось, сэр. Мои чувства.

Лорд Кингскорт отрывисто кивнул и дернул за шнурок. Из глубины дома донесся звон.

— Что ж. Быть по сему.

Он развернулся и, прихрамывая, поплелся обратно к столу.

— Отец?

— Чтобы утром духу твоего здесь не было. И не возвращайся.

— От-те…

— Содержания ты впредь не получишь. Ступай.

— Пожалуйста, сэр…

— Что — «пожалуйста, сэр»? Пожалуйста, продолжайте потакать всем моим капризам? Пожалуйста, содержите меня, а я буду порхать по стране, точно танцмейстер? Думаешь, я ничего не знаю? Друзей у меня осталось мало, но какие-то все же есть: мне донесли про твой конфуз. Так вот, мистер, больше ты не будешь болтаться без дела и тратить мои деньги. Клянусь могилой твоей матери.

— Дело не в деньгах, сэр…

— Ах «дело не в деньгах, сэр»? Вот оно что, бесстыжий мальчишка? И на что же ты собираешься содержать свою, с позволения сказать, жену? На жалованье младшего лейтенанта?

— Нет, сэр.

— Да, сэр! И встань, когда я с тобой разговариваю! Я наслышан о твоих жалких потугах: вряд ли ты дослужишься до капитана.

— Вообще-то я думал выйти в отставку, сэр.

Отец презрительно усмехнулся.

— Ты собираешься оставить службу, куда я пристроил тебя на деньги, которые дались мне таким трудом?

— У мисс Маркхэм есть собственные средства, сэр. Ее отец — состоятельный коммерсант.

Лорд Кингскорт замер. Глаза его округлились от отвращения.

— Ты, вероятно, шутишь.

— Нет, сэр.

— Ты так сильно меня ненавидишь? Ты хочешь меня убить?

— Сэр, я прошу вас…

— Я растил тебя, воспитывал, оплачивал твое безделье, чтобы ты стал лавочником и пробавлялся торгашеством?

— Я… не думал об этом в таком роде, сэр.

— Ах, не думал. Как удобно. Как мило и современно. И ты не видишь в этом ничего дурного? Чтобы мужчину, черт подери, содержала жена?

— Сэр.

Лорд Кингскорт махнул на окно. Лицо его почернело от гнева, точно от грязи. Salach — по-ирландски «грязь»: звучание удивительно соответствует смыслу.

— Ни один из тех, кто живет на моей земле, даже самый последний бедняк, не станет иждивенцем жены. — Он со стуком поставил бокал на крышку рояля — так резко, что бренди забрызгал перчатку. — Или ты никогда не слышал о долге, ответственности, верности? В тебе есть хоть капля мужского, мистер?

Дэвид Мерридит не ответил. В рояле гудели струны. Щелкал оживший метроном, но лорд Кингскорт словно не слышал.

— Или ты намерен кормить грудью и подтирать задницы детям? Пока твоя потаскуха хлопочет в лавке?

— Сэр, я сознаю, что огорчил вас, но вынужден заметить, что меня возмущают подобные выражения…

Отец размахнулся и с силой ударил его по лицу.

— Ах, возмущают, непочтительный ты сопляк? — Он схватился за свою руку — до того сильным оказался удар. — Не хватало мне еще твоих замечаний: клянусь Богом, я этого не потерплю. Я тебя мигом отсюда вышибу, да так, что ты улетишь до самого Клифдена, пес бесстыжий. Ты слышал меня? Ты слышал меня, мистер?

Дэвид Мерридит расплакался от волнения.

— И встань, когда я с тобой разговариваю, мистер! Или я прошибу тобой стену!

— П-простите, отец.

— Не смей реветь, не то я задам тебе трепку, заика чертов.

— Да, отец.

— Я и раньше это делал, сделаю и сейчас. Слишком легко тебе живется. Получаешь, что хочешь, без всяких условий. Просто потому, что ты мой единственный сын, к которому я питал естественные чувства. Но теперь, к моему стыду, я понял, что совершенно тебя избаловал.

Тут вошел Томми Джойс, камердинер отца, и с опаской застыл на пороге. Он явно слышал их ссору.

— Ваша светлость звонили.

— Собери вещи виконта и прочее его добро. Утром чуть свет он уезжает. Он даст тебе адрес, по которому отправить вещи.

Слуга медленно кивнул и повернулся, чтобы уйти.

— А впрочем, я передумал: вели запрячь пони в фаэтон. Он уедет сегодня вечером, мой так называемый сын. Как только уложат его пожитки.

— Ваша светлость, прошу прощения, — нерешительно начал Томми Джойс, — ночь слишком холодная, чтобы отправляться в дорогу.

— Ты оглох?

— Сэр, я полагал…

— Да ты не только оглох, но и стыд потерял, невежа?

— Сэр.

— Делай, что велено, черт побери, да побыстрее, иначе я прогоню тебя сию минуту.

— Отец, умоляю…

— Не смей называть меня отцом. Ты опозорился в Оксфорде. Ты опозорился во флоте. Ты не выдержал ни одного испытания, которое посылает жизнь. А теперь вознамерился опозорить мое имя на все графство, втоптать его в грязь!

— Отец, пожалуйста, успокойтесь. Пощадите себя.