Звезда моря
Шрифт:
— Новости о королевском помиловании, кто прочтет это?
Джек отвел взгляд от Анны и засмеялся:
— Кому это нужно? Очередная подлая приманка для королевского аркана!
— Мы должны прочитать это, Рэкхэм! Некоторые из нас все еще подданные короля, — промычал пират, сидящий в углу.
Джек пожал плечами и вернулся к своей чашке. Прокламация была прикреплена к стене, и несколько пиратов боролись за место, чтобы разобрать, что в ней написано. Анна встала и подошла к стене, заинтересованная этим кусочком цивилизации, который она видела впервые за два года.
Именем короля
Объявление о запрещении пиратства
Георг Р.
Принимая во внимание, что нами получена информация о том, что некоторые лица, подданные Великобритании, в период с 1715 года совершили ряд пиратских вылазок и грабежей в открытом море в Вест-Индии и примыкающих к ней наших территориях, которые нанесли большой урон торговцам Великобритании и других стран, хотя нами были предприняты меры для пресечения подобных действий, мы сочли необходимым положить конец этому безобразию. Посему, обсудив с Нашим тайным Советом эту проблему, Мы провозглашаем нижеследующее: тому, кто до 5 сентября 1718 года включительно сдастся в руки Главного Государственного секретариата в Великобритании и Ирландии, губернатору или помощнику губернатора любой из Наших территорий за океаном, мы даруем Наше милостливое прощение. Того же, кто откажется сдаться добровольно, предписано взять под стражу. Сим далее заявляем, что лицам, которые 6 сентября 1718 года и в последующий период обнаружат, захватят или укажут место, где скрывается один или более пиратов, отказавшихся капитулировать добровольно, как сказано выше, и доставят их в суд, где будет доказана их виновность, гарантируется вознаграждение. А именно:
за капитана пиратского судна — 100 фунтов;
за помощника капитана — 40 фунтов;
за боцмана — 40 фунтов;
за артиллериста — 40 фунтов;
за низший офицерский чин — 30 фунтов;
за рядового — 20 фунтов.
Членам команды любого пиратского судна, которые 6 сентября 1718 года и в последующий период захватят или доставят командующего флотилией, или будут способствовать этому, гарантируется награда в 200 фунтов, после доказательства в суде вины преступников. Указанные суммы можно будет получить у королевского казначея или у уполномоченного Нашего Казначейства.
Пока Анна читала, в таверну ворвался Дженнингс Он был только что из доков.
— Мы должны обсудить это, ребята. Я передал на все корабли, чтобы возвращались домой. Король обратился к нам, и мы должны решить вместе — «да», или «нет».
Из угла таверны раздался смех Джека:
— Тогда готовьтесь на берег, капитан! Вы горите желанием взять в руки плуг, достопочтенный сэр?
Но мало кто слушал его. Пираты собирались кучками и строили планы своего будущего. Анна молча с интересом наблюдала.
Пираты оповестили все побережья в Южной Атлантике и Карибском море, привели свои суда к Ливардским островам и поставили их на прикол. Караульные суда, посланные королем защищать торговый флот, не могли выступить против многочисленного пиратского племени.
Губернаторы просили что-нибудь предпринять против пиратской республики Нью-Провиденс, надеясь стереть с лица земли пристанище отверженных. В конце концов, Корона назначила капитана Вудеса Роджерса главнокомандующим на Багамах, с предписанием «уничтожить пиратство любым способом».
Вудес Роджерс бороздил моря как капитан корабля в 1708 году и доставил ценностей на 80 тысяч фунтов. Он был ярым роялистом и представлял реальную угрозу для Нью-Провиденс.
Через неделю гавань Нью-Провиденс была до отказа заполнена судами. Маленькие шаланды, большие шлюпы и бриги сгрудились в мелких водах, а те, кто не смог пришвартоваться, посылали на берег конвой. Тиша среди них не было. Анна знала, что он сам примет решение и поступит так, как ему захочется, независимо от того, будет он голосовать или нет.
В руинах форта Старой Англии на острове Совет собрал пиратских вожаков. Анна сидела у огня, прикрыв ноги юбками. Благодаря своей репутации, она, в отличие от других женщин, была допущена к центру собрания. Калико-Джек охотно сел рядом с ней вместо того, чтобы занять свое место среди капитанов. Он делала вид, что его это не интересует, но девушка видела, что он следит за происходящим, скрывая любопытство под личиной безразличия. Дженнингс поднял руку, требуя тишины, и все разом повернули к нему свои лица.
— Ну что ж, парни. Все вы знаете новость. Вудес Роджерс арендовал острова у лордов-наместников и теперь он — новый губернатор! Вы все слышали о предложении короля! Роджерс сейчас находится на пути к нашему острову, чтобы захватить его и сколотить капиталец для короля Георга.
По толпе пронесся ропот.
— Прекратите этот шум, ребята! Вы все знаете, что мы должны быть все за одного, когда придет Вудес. Оставим ли мы остров королю и его людям? Сдадимся ли и примем королевские деньги и землю и будем помилованы? Или будем сражаться и, может быть, умрем за эту проклятую полоску суши? Что вы скажете? — он потряс в воздухе прокламацией с опалеными на костре краями. Шум толпы усилился.
— К черту короля! — раздался голос с другого конца толпы. — Построим крепость и пошлем его ко всем чертям, как только его задница покажется в наших водах, — вокруг него раздались одобрительные выкрики.
Анна посмотрела на Джека. «Ему это нравится», — подумала она. Ее удивляло, как такая беспорядочная толпа может вообще до чего-нибудь договориться.
— Читай прокламацию, капитан! Сейчас читай! — кричал другой голос.
— Черт тебя подери! Вы же знаете, я не могу читать такую дрянь! — вокруг старика раздались смешки. — Я могу сказать, что мы должны решить это до 5 сентября. Вы можете сдаться любому королевскому офицеру, и вам простят все грехи, совершенные в море. Или можете отказаться и тогда будете слоняться от острова к острову, пока вас не поймают!
Хорнигольд встал, освещенный лучами солнца. Он казался старше, и Анна никогда не видела его таким усталым. Она сравнила его профиль с профилем Джека и нашла в нем недостатки. Сейчас казалось, что их любовь была в какой-то другой жизни.
— Дурачье! Это значит, что мы должны либо подписаться под законом, либо бегать от него всю жизнь, скрываясь в глубоких водах!
Другой голос перебил его.
— Господи! У нас столько оружия и самые быстрые шлюпы на море! Как они собираются нас всех ловить?
Дженнингс поднял руку и ждал тишины, которая долго не восстанавливалась.
— Перед тем, как голосовать, вы должны знать, что у них есть против нас! Роджерс — не мелкий сводник, ребята! У него самое лучшее оружие во всем флоте, которое он пустит в ход, если вы откажетесь сдаться! У него отличные корабли, сильные ребята и лучшее снаряжение.
Один из пиратов грубо выругался, но Дженнингс не обращал внимания и продолжал:
— У него три полностью экипированных военных корабля! На «Риске» и «Алмазе» по сорок орудий, «Водоворот» и «Быстрый» имеют по двадцать пушек. «Быстрый» сейчас на Ямайке. Сам Роджерс находится на сорокаорудийном «Замке Лудлоу». А на «Рифе», который всегда рядом с ним — тридцать орудий. На «Мореплавателе» и на «Лине» — по двадцать, на «Фениксе» — еще тридцать! «Белка» и «Роза» — по двадцать орудий — ждут его в Нью-Йорке. Видите, ребята, у него самый быстрый флот и больше всего орудий!
Воцарилась мертвая тишина, когда пираты представили всю силу, которая идет на них. Анна посмотрела на Джека. Он сидел с опущенной головой и бесцельно водил пальцем по песку, рисуя круги. На губах застыла слабая улыбка. У Дженнингса был истерзанный вид, как будто бы он до смерти устал.
— А зачем посылать все эти английские корабли против англичан, а? — прорезал тишину сердитый голос. — Ведь сейчас мы просто волдыри на заднице короля.
— Да! — заревел Дженнингс, — но мы выводим из строя британский флот. Когда Тиш и Бонне совершили набег на Чарльзтаун, они тем самым срубили сук, на котором сидят. Нам дают шанс! Если мы им не воспользуемся, нас повесят! — его голос дрогнул, но заметить это могли только стоящие рядом. Анна посмотрела на Бэсс, слышала ли она эту слабую нотку в его голосе? — Лично я нахожу удовольствие в танце на краю пропасти. Я слишком стар, чтобы сражаться против целого флота, черт бы его побрал!