Звезда Серафима Саровского… Звезда любви…
Шрифт:
– Что на Садовой улице? – оживился Михаил.
– Да! Именно там…
– Ах, Станек!.. Уж не две ли твои очаровательные кузины, панна Аделаида и панна Алисия, недалеко от этого дворца проживают?.. – как-то уж очень мечтательно припомнил Михаил…
– Ах, Михаська… Именно те… – в тон ему проговорил Станислав. – Именно те, Михаська, которые мне все уши о тебе прожужжали… – хитро улыбнулся он. Лицо его просветлело. – Только и спрашивали меня проказницы о тебе. Только и спрашивали… О, Станек, когда пан Богдан к нам снова приедет? Когда этот красавчик нас снова осчастливит своим присутствием?..
– Приятно слышать, – засмущался Михаил.
– Было бы приятно, нашёл бы время навестить их в Санкт-Петербурге. Застрял в своей Варшаве… Ладно! Слушай дальше, – снова нахмурился Станислав. – Так вот, когда молодой князь Карелин учился в Пажеском корпусе, он слыл наушником среди своих сотоварищей. Воспитанники пажеского корпуса, отлучаясь в самоволки, всеми правдами и неправдами прикрывали друг друга, а он ходил и наушничал на них военному начальству. Говорят, его за это не только пажи терпеть не могли, но и само военное руководство. Мало того, видел бы ты, как этот кретин приглашает дам на танец. Сам был свидетелем подобной сцены. Подходит к даме и без всяких любезностей своим грубым голосом спрашивает: «Мазурку танцуете?..».
– Вот так да!.. – ахнул Михаил. – Тут и не поймешь… либо он подошёл пригласить даму на танец, либо, скуки ради, поинтересоваться, умеет ли она в принципе танцевать его. Он что, не соображает, что этим можно оскорбить даму и нарушить её покой на весь оставшийся танцевальный вечер?
– А ему это и в голову никогда не приходило, – хмыкнул Станислав. – Мало того… Ой, Михаська, я сейчас со смеху умру… Видел бы ты эту картину… Как-то, танцуя польку, умудрился он сбить с ног свою партнершу.
– Что он сделал?.. – испугался услышанного Михаил…
– Даму свою уронил, – всё смеялся Станислав. – Сам ведь знаешь, что такое полька, которая танцуется в разные стороны и по разным направлениям. Так этот олух ухитрился своей парой столкнуться с другой танцующей парой. Партнерша его упала. Жуткое впечатление этот курьёз произвел на общество. Спасибо, распорядитель бала оказался с большим чувством юмора, благодаря чему сгладил ситуацию и барышня согласилась танцевать дальше…
– Странно как-то… Зачем же тогда этого князя приглашают на балы и в благородное собрание? Совсем непонятно…
– Да что тут не понятного, Михаська!.. У него же очень влиятельный отец в чине генерал-лейтенанта, от которого зависят судьбы вверенных ему подчиненных. Кому охота портить с ним отношения!.. Да и дед его – очень крупный в Питере чиновник. Были они в свое время очень богаты, но сейчас их казна обнищала. Вот и решил князь Карелин приударить за Варенькой Красницкой, очень богатой наследницей своего отца, тоже в чине генерала. Кстати, давай подойдём к ней и её матушке, засвидетельствуем им своё почтение. У меня прямо-таки непреодолимое желание поскорее отвоевать у князя Карелина активную позицию для себя рядом с его прелестницей по имени Варенька.
– А что, они в зале? – стал осматриваться Михаил.
– Не туда смотришь, братишка… Это там, – осторожным кивком головы указал Станислав в сторону матери и дочери Красницких, сидящих на маленьком диванчике невдалеке от группы оркестрантов. – Пошли, подойдем к ним…
По мере продвижения Станислава и Михаила по бальной зале барышни с ярко выраженной заинтересованностью следили за каждым их движением, за каждым поворотом головы. Взгляды их тревожно взывали, притягивали внимание молодых людей к себе. Одни из них, которым удавалось поймать на себе мимолетные взгляды Станислава и Михаила, сконфуженно отводили глаза в сторону… Другие, встретившись с их взглядами, кокетливо скрывали свои личики за раскрытыми веерами… Третьи, не справившись со смущением, прятались за спинами своих более стойких перед мужским обаянием подруг…
Не остались Станислав с Михаилом и без внимания пожилых дам, сидящих в креслах, установленных по периметру всего зала и обмахивающих себя большими пушистыми веерами из перьев экзотических птиц. Величественно шествуя вдоль периметра бальной залы, друзья галантно раскланивались со всеми окружающими, в том числе и с этими старшими дамами, даруя им по пути следования много своего очарования, пищи для размышления и повод обсудить увиденное. К некоторым из них, хорошо знакомым Станиславу, они подходили, совершали обряд приветствия и, с чувством преисполненного долга, раскланивались и отходили в сторону.
Без учтивого внимания Станислава и Михаила не остались и важные вторые половины этих дам, седовласые, респектабельные господа, на время прерывающие свои разговоры и уважительными кивками голов отвечающие на приветствия молодых людей.
Мать и дочь Красницкие, одиноко сидящие на маленьком диванчике обок оркестрантов, еще издали увидели направляющегося в их сторону господина Войцеховского в сопровождении незнакомого им его попутчика – импозантного молодого человека. Но им бы и в голову не пришло, что господа могут держать курс непосредственно к ним. Ни в один из вечеров господин Войцеховский не удостаивал их своим вниманием, но тут… он и его спутник подошли непосредственно к ним и очень галантно их поприветствовали…
– Госпожа Красницкая, милая Варенька, – поклонился дамам Станислав, – позвольте засвидетельствовать вам мое почтение… А также позвольте представить вам моего друга Михаила Богдана, который сегодня прибыл ко мне в гости…
Михаил учтиво поклонился дамам.
Госпожа Красницкая, маленького росточка женщина в изумрудном платье, под цвет ее больших, широко распахнутых зелёных глаз, и обвешанная, как новогодняя елка, драгоценными украшениями, просто-таки потеряла дар речи…
Находясь в смятении, она подала господам для приветствия свою маленькую руку – сначала Станиславу… потом Михаилу… И тут… даму будто подменили… Посмотрев на Станислава газами, наполнившимися лучезарного блеска, она кокетливо сказала:
– Господин Войцеховский, ваш друг Михаил Богдан просто-таки восхитительной красоты мужчина! Даже не определишь, кто из вас краше. Остается только сожалеть, господа, что я уже не в той поре, чтобы заинтересовать вас собою… Иначе незамедлительно влюбилась бы в вас обоих… Да, да! Влюбилась бы в вас обоих! – залилась вдруг она смехом… Да таким громким, таким вызывающим…
– Госпожа Красницкая, – коснулся губами ее руки Михаил, – будьте предельно осторожны!.. Такую даму, как вы, даже возраст не спасет от любви…
Очевидно, даме не только понравилось сказанное Михаилом, но и раскрепостило её настолько, что она рассмеялась еще громче, еще заливистее, при этом интенсивно обмахивая себя веером и кокетливо играя плечами…
Пока ошеломлённая мадам Красницкая пыталась справиться с головокружительным успехом, скоропостижно постигшим их с дочерью, Станислав склонился к Вареньке, маленького росточка, худенькой, внешне очень непривлекательной, лишённой всяческих женственных форм барышне, и попросил её руку для приветствия.