Чтение онлайн

– Что вы, Виктор Петрович!
– смутилась Наташа.

Яхонтов вдруг поднялся и стал ходить по комнате, заложив руки за спину.

Академика Яхонтова видели на многих всемирных конференциях по вопросам геологии и палеонтологии. О нем писали не только специальные издания, но и газеты всего мира. Его черная бородка пользовалась большой популярностью. Некоторые не совсем доброжелательные коллеги даже утверждали, что эту бородку он отпустил еще в студенческие годы для увеличения своей популярности. Когда академику передали об этом, он поморщился: "Гм... Мне некогда было бриться для этих франтов..."

Это был не только первоклассный ученый, но и замечательный человек, обладавший огромной волей и золотым сердцем, бескорыстно преданный науке, чутко относившийся к молодежи и к своим помощникам, хотя, может быть, и страдавший в глубине души, что его заслуги долго не были оценены по достоинству. Только недавно он получил звание академика.

Открытие Наташи Артемьевой взволновало ученого до глубины души. У него не было зависти. Но то, что такая молоденькая девушка сделала замечательные находки, потрясло опытного специалиста. Что это, спрашивал он себя: необыкновенные дарования, пресловутая женская интуиция или простое везение?

– Ведь в чем здесь вопрос?
– начал Виктор Петрович.
– Подведем мысленно итоги. В данной области знаний до сих пор существуют только гипотезы. Правда, некоторые из них достаточно убедительны. Однако никто и никогда не наблюдал в природе и не создавал лабораторным путем тех первичных белковых коллоидов, образовавшихся в древнейших океанах, которые, очевидно, и являлись материальной основой для возникновения жизни... К этому можно было бы прибавить, что никто никогда не наблюдал и не вызывал искусственно того процесса превращения студенистых первичных белков в мельчайшие капельки, обособленные от окружающей среды, так называемые коацерваты, которые явились прообразом простейших живых организмов и переходными формами от мертвой материи к живой. Все эти сложные биохимические реакции, первые страницы таинственного процесса появления жизни, перехода материи из одного качественного состояния в другое, существуют только в представлении ученых и остаются недоступными для наблюдения и экспериментальной проверки... И вот представьте себе, ваше открытие...

Наташа смущенно возразила:

– Это случайность. К тому же и без моей находки наука имеет ясное представление о путях происхождения жизни.

Наташа выпалила эту тираду и замолкла, ожидая, что ответит ученый. Но тот уклонился от прямого ответа. Она правильно поняла его красноречивую уклончивость, однако у девушки были свои причины настаивать на категорических утверждениях.

– Пожалуй, я не так сказала, - продолжала она после короткой паузы. Наука лишь в общей форме представляет, как возникла жизнь. Возможно ли надеяться, что когда-нибудь человек познает эти процессы до конца?

– Твердо в этом уверен!
– Академик остановился посреди комнаты.
– Рано или поздно тайна происхождения жизни будет открыта. Настанет время, когда человек овладеет возможностью - искусством, если вам угодно, - создавать жизнь по своей воле. Ведь научились же люди управлять такими сложными явлениями, как ядерные реакции! Вопрос только в том, когда это будет и какими путями надо идти, чтобы скорее восполнить недостающие звенья в истории эволюции...

Наташа, видимо, только и ждала этого момента, чтобы задать вопрос:

– А не кажется ли вам, что, оставаясь на Земле, люди никогда не сумеют разрешить эту загадку?

– Вы хотите сказать, - подхватил ученый, - что здесь мы не в состоянии воссоздать условия, при которых происходил синтез первичных белковых тел? Согласен. Может быть, нужны другие пути. Но какие?

– Не лучше ли искать разрешения этой задачи где-нибудь за пределами нашей планеты?

– Мысль интересная. Вы хотите сказать, что следовало бы найти другое космическое тело, которое находится на более раннем этапе эволюции, соответствующем периоду возникновения жизни на Земле? Так я вас понял?

– Да, Виктор Петрович. Если бы, например, доставить туда группу ученых? Воочию наблюдать все это... Проникнуть в лабораторию самой природы...

Академик опять с удивлением посмотрел на девушку.

– Гм...
– сказал он после некоторого раздумья.
– У вас, знаете, очень смелые мысли. И надо сказать, много здравого смысла. Мне и самому иногда приходило в голову, что надо покинуть Землю, если мы хотим серьезно расширить возможность изучения происхождения жизни. Беда в том, что необходимость есть, а практических возможностей я пока не вижу.

– А если я вам скажу, Виктор Петрович, - с волнением произнесла Наташа, что такие возможности существуют? Об этом мало говорят. Вернее, перестали говорить. Но вы же знаете, что перелет на другие планеты уже осуществим. Надо лишь поставить определенную задачу.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Я не совсем чужда астронавтике, - покраснела Наташа.
– Мой жених - пилот космических кораблей. Его фамилия Одинцов. Может быть, слышали?

Виктор Петрович бросил на девушку испытующий взгляд сквозь очки:

– Это не он ли совершил рискованную посадку космической ракеты? Я читал что-то по этому поводу.

– Он!

Ученый с улыбкой покачал головой:

– Смелая у нас молодежь!

– Дело не в этом, Виктор Петрович. Владимир... Так зовут моего жениха... Он хотел доказать, что уже теперь возможно не только летать в межпланетном пространстве, но и высаживаться, где это понадобится. Опыт удался. Но Владимир летел вопреки запрещению. И вы понимаете?..

– Уволили?

– Уволили. За нарушение служебной дисциплины. Академик задумался, поглаживая пальцами бородку. Потом поднял голову и еще раз внимательно посмотрел на Наташу. Та не выдержала взгляда, смущенно опустила глаза. Но потом сказала:

– Вы угадали, Виктор Петрович... Я действительно хотела бы заручиться вашей поддержкой в очень большом деле. Поступок Владимира оценен как безрассудный. Он посадил ракету на воду. А специалисты считают первоочередной задачей полет на Луну.

– Где нет никаких морей.

– Вот именно. Но если такой ученый, как вы, предложит организовать экспедицию на другую планету... Не смейтесь, Виктор Петрович! Этот опыт оказался бы полезным...

– Ну, знаете!..
– только и нашелся сказать академик. Он снова опустился в кресло и положил руки на стол, где еще лежали образцы байкальских горных пород.

– Во всяком случае, - помолчав, начал он, - сегодняшняя беседа меня сильно взволновала. Скажу откровенно, вы затронули вопрос, который давно увлекал и меня самого. Настала пора расширить пределы наших исследований...

– Послушайте, Виктор Петрович!
– настаивала на своем Наташа.
– Почему бы в самом деле не организовать хорошо продуманную экспедицию куда-нибудь на Марс или на Венеру? Лет тридцать назад это казалось бы смехотворным. А теперь...

– Лучше на Венеру!
– бросил академик, очевидно тоже увлекшийся, помимо своей воли, этими грандиозными планами.
– Марс, по-видимому, умирает, и надеяться найти там необходимые нам условия не приходится. А вот Венера планета-загадка. Заманчивая идея!