Чтение онлайн

Земля снова вздрогнула, на пару секунд все затихло, а потом снизу пошел жар. Стало тяжело дышать. Влага из тумана начала просачиваться наружу. И я зажмурилась, подставляя лицо холодным каплям воды.

Я понимала, что происходит. Ник с Даррелом решили перестраховаться, добив всех гадин, что выжили в округе и прятались неподалеку. Потому что минимум трое из нашей пятерки теперь представляли обузу.

Блайк создал «утробу» для нас, а Рэдвин «огненный зной» – для гадости вокруг.

Из ситуации следовало два вывода. Первый: в ближайшее время на севере Разлома будет очень спокойно. Второй: за пипой сегодня мы уже не пойдем. Просто не осилим.

Я прикрыла глаза и только собралась расслабленно вздохнуть, как меня схватили за плечи и принялись трясти. Распахнув глаза, увидела Ника: бледного, лицо в крови, в глазах страх. Губы Блайка беспрестанно двигались, а руки ощупывали мое тело.

– Совсем офигел? – спросила я, но… не услышала собственного голоса.

Испугавшись в первые мгновения, вспомнила о заклинании глухоты и, сняв его, услышала:

– …болит?! Скажи мне! Не понимаю, где тебя ранило…

– Нигде, – прохрипела я. – Просто нет сил шевелиться.

Ник замер, всмотрелся в мое лицо и облегченно вздохнул, поднимаясь.

– Тогда лежи, – сказал он. – Сейчас соберемся и пойдем назад. Рэдвин уже пытается связаться с целителями.

Под словом «соберемся» Ник имел в виду профессора Зигмуса и Кирса. Они были не в состоянии двигаться самостоятельно, так что более здоровым пришлось тащить их на собственных спинах. Ойс тоже сильно пострадал, однако, слава богам, имел гордость и мне на спину не полез. Пришлось бедолаге тащиться далеко в «хвосте» нашей дружной команды.

Впрочем, я тоже не блистала – шла, часто спотыкаясь и чувствуя себя совершенно пустой. Хверсовы бельвистиарфы, такую вылазку испортили!

Группа целителей во главе с деканом Мигрушем встретила нас почти у самого подъемника. Всех быстро осмотрели и опросили тех, кто мог говорить. Затем, уложив на носилки, поочередно подняли на остров. Я попала во вторую группу, вместе с Ником и Рэдвином. И все бы ничего, но, стоило оказаться наверху, как настроение совсем упало: там, помимо толпы собравшихся зевак, по-прежнему стояла Катарина Воттер! Будто никуда и не уходила. Целители вынесли носилки, и она тут же бросилась вперед, чтобы картинно остановиться, прижимая руку к губам. Позерша!

Ее взгляд был устремлен на кого-то из парней – то ли на Рэдвина, то ли на Блайка. Мне показалось, на второго. Еще бы, они же с Ником друзья!

А у меня самой не оказалось сил даже на то, чтобы раздраженно цыкнуть! И вообще, кажется, сказался стресс за все пять лет учебы. Потому что я, впервые за последние годы, смиренно потеряла сознание.

Очнувшись, я почувствовала себя удивительно отдохнувшей. Потянувшись, чуть скинула одеяло, поправила под головой мягкую подушку и… распахнула глаза. По последним воспоминаниям выходило, что меня несли на носилках. Оказавшись на острове, я собиралась встать и пойти в общежитие, чтобы хорошенько отдохнуть.

А тут подушка. И одеяло. И белые стены.

Ну и, кремом к тортику, Николас Блайк, дремлющий на стуле рядом с моей кроватью.

Бледный, голова чуть откинута назад и в сторону, волосы в беспорядке. Одежда рваная – та же, в которой он был в Разломе, но чистая. Видимо применил бытовую магию. На коленях лежит Ряшик. Тоже в дремоте.

Я представила вдруг, как волновался мой бедный рюкзак. Хорошо, что Блайк не ушел и успокоил его. Моя нежить вполне мирная и приветливая, если не доводить. А доводит его одно – угроза моей жизни и здоровью. Удивительно, как он Нику-то дался. Прикипел своей нежитской сущностью за кормежку, продажная шкура…

Подавшись вперед, посмотрела на плечо Блайка. Память донесла, что там он был ранен. Рука под рваной рубашкой оказалась забинтованной. Значит, помощь ему оказали.

– Я в порядке, – подтвердил мои предположения совсем некстати проснувшийся Ник. – Если интересно знать, все остальные тоже. Хотя кое-кому сильно досталось, и ему придется полежать здесь какое-то время.

– Но это – не ты. Почему тогда не ушел из лекарского крыла? – делано удивилась вздрогнувшая от неожиданности я. – Отдай мой рюкзак и иди.

– Вот как? – Ник заломил бровь.

– Выход там. – Я указала ему за спину, зло сверкая глазами.

Блайк словно пробуждал во мне вулкан с тысячами самых разных эмоций. И, как ни ужасно, большинство из них были восторженными от его присутствия. Но, учитывая наш договор, а вдобавок наличие у Ника невесты и подруги в виде Воттер, я просто обязана была акцентировать свое внимание на плохом. Чтобы окончательно не вляпаться по самые уши в какую-нибудь романтичную чушь…

Ник, впрочем, не сильно отставал. Вместо того чтобы оскорбленно уйти и забыть меня, Блайк окончательно сбросил маску надменности и передразнил меня:

– Выход там, – сказал он пискляво, при этом сморщив нос и скривив губы. – Я сильная и не знаю слов благодарности, так что покинь меня, надоедливый тип!

На этот раз я удивилась по-настоящему.

– Что? – вкрадчиво спросил он. – Не нравится? С тобой нужно быть мягким и обходительным? Только ты можешь быть недовольной?

– А чего ты хотел? – вспылила я. – Ждал признаний и объятий на столе? Тогда ошибся адресом. Твоя подруга – Катарина – обычно дежурит у столиков в столовой!

– Кто? – Ник нахмурился, затем просветлел, стукнул себя по лбу и выдал: – Боги, Тайлер, опять ты за свое. Далась тебе Катарина. Она, кстати, сегодня не у столиков дежурит, а в соседней палате. Караулит Рэдвина. Собственно, его она и ждала у Разлома.

– Врешь, – выпалила я, не удержавшись.

– Проверь, – пожал плечами Ник и добавил ехидно: – Насколько понимаю, ходить ты уже можешь, где выход – знаешь.

– Это ничего не меняет! – не сдавалась я.

– Что еще ты хочешь услышать? – уточнил он. – Для признаний рано, для раскаяния поздно…

– Не поздно, кайся! – велела я.

– Прости, – тут же ответил Ник. – Я был идиотом.

Я чуть не подавилась новыми язвительными замечаниями, застрявшими в горле из-за услышанного. Недоверчиво уставилась на Блайка. Он криво усмехался, затем обхватил собственный подбородок длинными пальцами и демонстративно покрутил голову вправо-влево. Затем развел руки в стороны, показал мускулы и деловито спросил:

– Ну? Каков вердикт? Оставляешь или все равно «на выход»?

Клянусь, столько эмоций у Блайка не проявлялось за весь последний год. Конечно, я видела его редко, потому что старалась обходить стороной, но если случайно встречала, он был невозмутим, холоден и бесяче-спокоен. Всегда.

А тут…

– Ты головой не ударился? – наконец уточнила я.

– Нет, – ответил Ник, не сводя с меня прищуренного взгляда.

– Может, у тебя жар? – Я не сдавалась, продолжая искать причину странных перемен и громких слов.