Чтение онлайн

— Тауро, которых ты поставил, — перебил я эти жалкие оправдания, — это тоже был блеф? Где второй? Потому что я вижу только одного.

Минден перевёл взгляд на единственного зверя, невольно кривя губы, и пожал плечами.

— Другого нет. Вообще, он был, но его задрали найтволки по дороге сюда. Прости, Кир. Я думал, уж накоплю и куплю второго, пока тебе голову морочу. Но ты своей игрой всё поломал, и вот он я, стою перед тобой тут. Негоже я поступил, да? Но что поделать…

Ненависти во мне не было, внутри ворочалась холодная досада. Даже не из-за того, что меня обманули, а по причине всей этой суеты. В Кровавой Пустоши тебя скорее поблагодарят за пару выпущенных пуль, чем за оказанное великодушие. Как бы мне ни нравилась даже сама мысль, что придётся решать судьбу этого человека. Придётся на себя взять роль судьи и палача.

— И что теперь? — тихо спросил я, вынуждая его поднять глаза. — Хотел украсть выигрыш, ускакать в сумерки и больше не появляться в Посёлке Старателей? Так?

— Не собирался я бежать, — горячо возразил он. — Кир, выслушай! Я дом здесь купил. Завтра утром я собирался ехать к реке. Там на заброшенную пристань, должна прибыть моя невеста — Юлина Хэлзе. Она на купеческой барже приплывёт, мы с ней хотели перебраться сюда и осесть. В Асиополе Сфинкса больше нет. Народу туда наверняка потянется немало. Старатели, торговцы, скоро будет в этих краях оживлённей. План у нас был немного поработать здесь, я буду поднимать уны на игре, уж это я умею. Верну тебе весь выигрыш, не сомневайся. Просто нужно дождаться Юлину, она не пустая едет.

Признаться, он говорил искренне — и это злило куда больше. Этот человек хотел всего и сразу, без размышлений о последствиях. С другой стороны, застрелить его здесь, возле гнилого амбара, за три десятка ун и несуществующего тауро? Будет слишком глупо. Точно так же глупо было бы отпустить его с лёгкой душой на все четыре стороны.

Я вздохнул и глянул на Колчака. Тот сидел у моих ног, готовый в любую секунду сорваться в атаку — маблан ждал только моей команды.

— Я не могу тебя так просто взять и отпустить, Минден, — проговорил я, роняя слова. — Если все узнают, что я отпустил тебя и не стребовал свой выигрыш, завтра каждый второй решит, что меня можно кинуть, обокрасть или убить.

— Что ты собираешься делать? — на этот раз голос Герорна предательски дрогнул и он зачастил. — Ты Восходящий. Думаешь я не понял этого, когда ты начал брать партию за партией? Я-то знаю, что голова у вашего брата работает намного лучше, чем у простых людей. Это не честно!

— Ты, значит правильно поступил, когда за стол сел с тем, кто впервые играет и потом сбежал с выигрышем? — жёстко усмехнулся я в ответ.

— Ладно… Признаю. Оба хороши…

— Нет, Мин, — перебил я это словоизвержение. — Не оба. Ты проиграл и украл мои деньги. Так, всё выглядит с моей точки зрения.

— Что ты собираешься делать?

Повисла пауза. Правда. Что мне с ним делать?

— Сначала я хотел тебя наказать, но потом подумал, что мне хватит и своего выигрыша, — проговорил я наконец. — Покажешь мне свою невесту. Скажешь, ей вернуть мой выигрыш. До тех пор будешь под нашим присмотром.

Я потрепал маблана по жёсткому загривку, и тот доверчиво ткнулся мне в ладонь мордой.

— Это может смотреться нелепо, но у меня имеется своё понятие о том, как работает справедливость.

Он кивнул, с облегчением смахнув выступивший пот.

— Искренне тебе благодарен, Кир. Ну… завтра, на рассвете я уже было собрался выезжать. Лучше выспись. Завтра встретимся.

— Нет. Не встретимся. Ты отправляешься со мной в кантину. Переночуешь в моей комнате под приглядом этого славного парня…

Я вновь потрепал Колчака.

— Зачем? Я же говорил, что у меня здесь свой дом?…

— Говорил, — кивнул я. — Но поступишь ты сегодня, по-моему. Ясно выразился? Ещё вопросы есть?

— Как скажешь, Кир…

— Конечно, — усмехнулся я. — Иди вперёд, чтобы я тебя видел.

В густом мраке мы добрались до кантины. Естественно, я не терял бдительности, зная, этот жулик может выкинуть какой-нибудь очередной фокус.

После позднего ужина я разоружил Миндена и мы отправились спать. Маблан так и просидел всю ночь в углу комнаты, не сводя взгляда с Герорна, устроившегося на полу, подстелив себе одеяла из своей седельной сумки.

Наутро, когда в окно номера заглянули первые лучи призрачного в этих краях света, в дверь энергично постучали.

Я взвёл «Головорез» и настороженно приблизился к двери, встав сбоку громко спросил:

— Кто?

— Мико Гили, — отозвался из-за двери знакомый девичий голосок, — дочь Пака Гили.

Когда я откинул засов и распахнул деревянную створку, на пороге стояла моя вчерашняя знакомая. Она была в кожаном пыльнике, при шляпе с узкими полями, револьвере и топорике.

— Привет, Кир, — сказала она, задорно глядя мне в глаза. — Ходят слухи, что ты едешь к реке. И не в одиночку.

Я выдохнул, чуть нахмурившись.

— Откуда ты…?

— Кир, это маленький посёлок. Слухи здесь имеют свойство разлетаться быстрей, выпущенных из револьвера пуль. Так едешь или нет? — отвратительно бодрым голосом заговорила она.

— Миндена Герорна знаешь? — спросил я.

— Конечно. Ты с ним отправляешься? — она указала острым подбородком мне за спину. — Зачем?

— Я у него вчера выиграл в рани…

Пришлось рассказать ей о вчерашнем прошествии.

— Ты же не будешь возражать, если я отправлюсь с вами? — спросила Мико напрямик после того, как внимательно меня выслушала.

— Это ещё зачем?

— Потому что два тауро стоят значительно дороже, чем револьверный патрон, — цинично ответила она. — Не хочу я смотреть, как от единственного жулика, страдает единственный в посёлке человек, которого можно назвать более или менее порядочным.

Она говорила отрывисто, видно, что злилась. Я поднял на собеседницу тяжёлый взгляд. Раздражение от побудки выветрилось и что-то подсказывало, что эти слова не лишены смысла.

— Я намерен присматривать за ним на пути к реке, — ответил я. — Но это не значит, что мне нужна компания.

— Спору нет, Кир, но ты меня недооцениваешь, — усмехнулась Мико. — Ладно, скажу прямо. Мне нужно туда же, чтобы купить кое-какие припасы на баржах и продать остатки хладонита. И двадцать проклятых мешков бобов. Я буду чувствовать себя в безопасности, когда рядом кто-то, кто способен постоять не только за свои интересы.

— Но… — начал я, уже собираясь возразить.

Мико не дала мне вставить и слова: