Чтение онлайн

Но, к его разочарованию, от этой услуги шейх отказался. У господина Карима даже мелькнула мысль, что он просто опасается услышать в ответ что-то не слишком приятное для себя. Поэтому предпочел бы провести беседу со своими русскими знакомыми, так сказать, наедине, догнав их наконец. Но свои мысли на этот счет начальник порта благоразумно оставил при себе. И, проводив господина Али к его судну, облегченно перевел дух.

К этому времени в порту собралось все население поселка. Специально выделенный из свиты шейха человек быстро разбросал в толпу сладости и деньги. Так что отплытие яхты шейха прошло в атмосфере всеобщего ликования, которое вообще сопровождало шейха всю его жизнь. Ибо он слыл человеком великодушным и щедрым. Единственной его слабостью, которую ему, впрочем, легко прощали, были красивые женщины. Гарем шейха по справедливости можно было назвать самым крупным и известным во всем восточном мире. И к тому же коллекция красавиц неуклонно пополнялась.

Проводив шейха, господин Карим еще довольно долгое время отвечал на вопросы наиболее уважаемых и почтенных жителей поселка. Затем, утомившись, он направился к себе домой, справедливо рассудив, что на сегодня ему выпало столько переживаний, что ни о каких служебных обязанностях больше не может быть и речи. О противном коротышке с морщинистым лицом и о его проблемах с лодкой господин Карим вспомнил только под вечер. И только после того, как к нему в сад явилась его уважаемая супруга и села рядом. Совершенно непостижимым для господина Карима образом она при этом сделала так, что перед мысленным взором ее мужа сразу же перестали мелькать сладострастные картинки с участием неизвестных ему русских красавиц, млеющих в объятиях шейха. А мысли сами собой вернулись в привычное деловое русло. Ничего не поделаешь, благодаря супруге волшебный день господина Карима закончился.

Глава 9

Не подозревая, что очарованный подругами шейх пустил по их следу погоню да к тому же еще и самолично ее возглавил, Мариша с Юлькой наслаждались морским путешествием в той мере, в какой это было возможно на маленьком катере, который к тому же безбожно швыряло на волнах.

– Мне кажется, я сейчас умру!
– простонала Мариша, у которой в самом начале пути началась морская болезнь, которой она никогда раньше не страдала.

Юлька хоть еще и держалась, но у нее тоже подкатывала к горлу тошнота, когда катер в очередной раз кидало с волны на волну. Должно быть, яркое солнце слишком прожарило подруг, поэтому они и почувствовали себя так скверно.

– Долго нам еще плыть?
– обратилась она с вопросом к госпоже Крякиной, которой, казалось, все было нипочем - она с аппетитом уплетала каких-то мелких сушеных рыбок, которых купила еще в порту.
– Нам совсем плохо!

– У вас, похоже, тепловой удар, - встревожилась госпожа Крякина.
– Качка совсем небольшая, а вы все зеленые и сонные, словно мухи. Идите под навес. А я принесу вам воды.

Она и в самом деле принесла прохладной воды и уселась рядом с подругами, обтирая их руки и лица влажной тряпочкой. Это было так приятно, что подруги и сами не заметили, как уснули. Когда они проснулись, было уже темно. А катер спокойно стоял у берега.

– Мы уже в Духане?
– попыталась сесть Мариша.

– Нет, мы с мужем решили немного изменить наш маршрут, - сказала госпожа Крякина.
– Вы проспали весь день и до сих пор еще в таком состоянии, что мы просто не сможем оставить вас в гостинице.

– И где же мы будем ночевать?

– Мы доставим вас прямо в дом Азиза, - сказала госпожа Крякина.
– Он живет всего в двадцати километрах от Духана. Вот мы и завернули к нему. Помните, я вам говорила об этом юноше, обещая вам его помощь? Его мать за небольшую плату позаботится о вас лучше, чем если бы вы остановились в гостинице. К тому же она русская, так что мы с мужем решили, что вам будет приятней остановиться у нее.

Подруги переглянулись и дружно кивнули. Этот вариант их и в самом деле устраивал как нельзя лучше.

– Я так и думала, что вы одобрите!
– обрадовалась госпожа Крякина.
– А как только вы почувствуете себя лучше, Азиз отвезет вас в город. У него есть машина. И он сможет помочь вам в поисках пропавшей тети.

Попытавшись встать, подруги с удивлением обнаружили, что почти без особого труда могут стоять на своих ногах. Конечно, оставалась еще небольшая слабость. Но дурнота отступила. И голова тоже больше почти не болела. Однако нести свои вещи подруги еще не могли. Это пришлось сделать Азизу - симпатичному черноглазому юноше, в котором черты русской матери совершенно растворились в крови его отца - араба.

Впрочем, как вскоре выяснили подруги, отец Азиза уже давно отбыл в мир иной. И Азиз жил вдвоем с матерью, двумя своими бабушками с отцовской и материнской стороны, а также со своей младшей сестрой и теткой. Оставалось только удивляться тому, что имея в доме столько женщин, Азиз умудрялся сохранять жизнерадостное настроение. Как он рассказал подругам, отец оставил ему в наследство немного земли, в которой имелось небольшое месторождение железной руды, которое еще отец Азиза сдал в аренду американской компании, разрабатывавшей его.

– Но через год срок аренды истекает. И я думаю самостоятельно заняться добычей, - сказал Азиз.
– А продавать руду я могу тем же американцам, только уже по другим ценам. За последнее время на мировом рынке произошли значительные изменения, поэтому настоящий контракт постепенно становится для нашей семьи убыточным.

Впрочем, семья Азиза и теперь, похоже, ни в чем не нуждалась. Дом у них был большой и со всеми современными удобствами. Никаких фонтанов во дворе, где, судя по фильмам, в полной антисанитарии моют посуду и устраивают постирушки арабские женщины. В доме было полно современной бытовой техники, был газ, электричество и канализация. Говорили тут на двух языках - русском и арабском. Обе бабушки общались друг с другом на смеси арабского и русского, так как ни одна в полной мере не знала языка своей родственницы.

Тем не менее это не мешало им находиться в чудесных отношениях и вовсю ссориться друг с другом и объединиться против непослушной внучки - младшей сестрицы Азиза, одевающейся и ведущей себя совершенно неподобающим образом, по мнению обеих своих бабушек. Звали сестру Азиза Зина, что было одновременно и арабским, и русским именем. Ей было шестнадцать лет. И она унаследовала от своей матери светлые прозрачные зеленоватые глаза и темно-рыжие волосы. Так что, по местным меркам, она считалась красавицей и вообще завидной невестой. Однако сама Зина замуж не торопилась.

Она училась в педагогическом институте, так как эта профессия была, по мнению семьи и соседей, единственно приличной для женщины. Да разве что еще медицина в той ее части, которая была связана с родовспоможением. Пока что для араба мысль о том, что его жену, мать, сестру будет осматривать гинеколог-мужчина, была все еще совершенно кощунственной. Но прогресс не стоял на месте. И даже самые отсталые кочевники хотели видеть своих женщин веселыми, а потомство многочисленным и здоровым. Так что врачи в стране все же были нужны. Но врач-мужчина, который будет осматривать его жену! Спаси Аллах от подобного бедствия. Другое дело женщина-врач. Однако Зина выбрала педагогическую карьеру и успешно училась в Москве, прилетая к родным только на каникулы, привозя с собой московские привычки.

– Порядочная девушка не может ходить по улице с непокрытой головой!
– твердила Зине арабская бабушка.

– А то голову напечет!
– добавляла русская бабушка.

– И не поднимай глаз на мужчин, - говорила арабская старушка.

– Нечего тебе еще на мужиков глазеть, выучиться сначала надо, - подтверждала этот постулат русская бабушка.

В тот вечер, когда подруги прибыли в дом Азиза и его семьи, Зина спустилась к ужину в короткой юбке, чем крайне шокировала обеих своих бабушек.