Чтение онлайн

— Немного напоминает живое существо, — сказал я.

— Дань традиции. Лига давно отказалась от выращивания биологических кораблей.

Я поперхнулся. Могу я придумать хоть что-то, чего ещё не было в Тени?

А может ли Тень показать мне что-нибудь, чего я не смог бы придумать?

Флаер медленно скользил между расходящимися лучами. Ничего похожего на шлюз не было — наоборот, навстречу нам выпячивался широкий отросток.

— Они неплохие люди, — сказал Кэлос. — Пусть даже и не все среди них — люди…

— Почему такая большая станция? — не в силах оторвать взгляда от приближающейся поверхности, спросил я. Сейчас как врежемся… — Вы ведёте с ними крупную торговлю?

— Что ты. Наш мир почти ничего интересного не производит. Станции Лиги одинаковы, независимо от важности планеты. Это оказалось выгоднее, чем перестраивать станции у миров, внезапно оказавшихся важными для Лиги.

Мы вплыли в протянутое станцией щупальце. Только что впереди была твердь — и вот мы уже внутри цилиндрического, ярко освещённого шлюза.

— Теперь предстоит самое интересное, — заметил Кэлос. — Старайся не удивляться их виду, поведению, вопросам. Тебя ничем не удивила наша планета, но на неё ты попал через Врата. А это мир, который для тебя не предназначен.

Он ловко потянулся вверх, выныривая из защитной среды флаера. Я последовал за Кэлосом. Верх корабля уже раскрылся. Мы стояли в шлюзе — самом обыкновенном шлюзе, которые никак не придумать по-иному.

Чему мне удивляться?

Если Кэлос считает, что я ещё на это способен, — то он ошибается. Пусть в шлюз чинно войдут Люк Скайуокер с Дартом Вейдером, вбежит, приплясывая и держась за руки, парочка весёлых чертей, вползёт обвешанный оружием металлический паук — я не удивлюсь. Это ведь Тень.

Стена качнулась, изгибаясь. Сквозь неё проступила человеческая фигура. Уже приятно.

Молодая несимпатичная девушка в белом чешуйчатом комбинезоне, рука сжимает оружие, похожее на короткоствольный автомат.

— Приветствую на станции Лиги, — сухо сказала она. — Назовитесь.

Я не удивился. Я ведь обещал себе не удивляться.

— Может, тебе ещё паспорт показать, Маша?

Взгляд девушки остановился на моём лице.

— Ну? — поинтересовался я. — По новой станем знакомиться?

— Пётр… Петя…

У неё губы затряслись. Автомат выпал, глухо стукнувшись о пол.

Кэлос застыл, когда мы обнялись. Похоже, он готовился к объяснениям…

Маша рыдала, цепляясь за меня. Поверить не могу! Маша Клименко, майор госбезопасности, мой недавний тюремщик — ревёт, повиснув на мне. Эй, Маша, а как же воротничок со взрывчаткой?..

Я не помню, как разревелся сам.

Это было чудом — наша встреча в мирах, где обитают миллиарды миллиардов живых существ. А случайных чудес не бывает.

Кто-то из нас очень хотел найти другого. И, наверное, не я. Мне было просто всё равно — найдётся Маша или навсегда затеряется в Тени. Неужели для неё это оказалось так важно? Важнее, чем для Кэлоса, искавшего свою юную подругу среди тысяч миров?

— Я… я никогда бы себе не простила… — прошептала Маша.

— Пётр, вы знакомы? — спросил Кэлос. — Это… твоя спутница?

— Чему ты удивляешься, мы ведь в Тени… — буркнул я, поглаживая Машу по спине. — Ну… успокойся, девочка. Всё хорошо. Видишь, мы встретились…

— Я думала, что всё… что ты здесь исчезнешь… а я обещала, я должна была тебя найти…

Боже!

Тень, тебе не стыдно?

Да что такое любовь двух детей, удравших со своей планеты, что такое эти планеты — в количестве тысяч и десятков тысяч штук! Что всё это значит — перед трудовым героизмом сотрудника российской госбезопасности!

Тень, ты смешна. Девочка Маша, которой недодали тепла и любви, сделала своей любовью служение родине. Девочка Маша попала в тот мир, куда должен был прийти я.

Я не оттолкнул девушку и ничего не сказал.

Может, это и смешно — но даже такая любовь заслуживает уважения.

— Всё нормально, — повторил я.

— Пётр… — Маша оторвалась от меня. Глянула на Кэлоса — мельком, он не удостоился внимания. — Я так рада. Андрей Валентинович говорит, что только я могу тебя найти… что ты его разлюбил, ты никогда не придёшь в тот же мир, что и он… а я не хочу в эти Врата, я их боюсь!

— Говорит? Дед здесь?

— Да. — Маша засмеялась. — Конечно… ты же не знаешь… Петя, если бы ты знал… мы были в таком мире… это такой ужас… зато теперь…

Вот к кому я шёл.

Не сразу, конечно. Понадобился мир, где я убил Галиса — того, кто самой судьбой (или Вратами?) предназначался мне в суровые и ласковые командиры, мир, где я потерял Снега, с которым мы могли, должны были стать друзьями. Понадобился Кэлос с его иллюзорным сыном, старый и напуганный Кэлос, который боится любить. Всё это служило одному — чтобы я всё-таки вернулся к деду.

Наперекор тому, что было вначале, когда измученный, одинокий человек купил себе живую игрушку — будущего бойца за его идеалы. Наперекор боли, которую мы так щедро дарили друг другу, наперекор кругу лжи, в котором были заперты.

Маша, прости, что я подумал о задании от ФСБ… Пусть мы не станем близки друг другу — но и не предадим больше.

Тень, я не боюсь тебя… Не боюсь и не жажду, потому что я всё же сильнее, чем ты.

— Ну как, ты нас впускаешь на станцию? — спросил я.

Маша счастливо рассмеялась.

— Да, конечно. Идём, дед сейчас у местного начальства, пудрит им мозги… Он будет так рад!

Ага, ты снова зовёшь его дедом. Вот так-то.

— Это мой товарищ. — Я кивнул на Кэлоса. Я не рискнул сказать «друг», я почему-то стал бояться этого слова. — Он хочет помочь Земле, он придумал один выход, может быть, не лучший, но…

Маша и Кэлос молча пожали друг другу руки. Кэлос посмотрел на меня — и сказал, слишком твёрдо, чтобы его словам захотелось верить:

— Одиночество, Пётр. Вам помогает одиночество. Миры Тени слишком велики — вас неминуемо приносит друг к другу.

Земные станции были смесью казармы, мастерской сумасшедшего компьютерщика и недостроенного корабля в час аврала. Крейсер Алари напоминал внутри кусок скалы, изъеденный пещерами. Станция Торговой Лиги имела свой облик.