Чтение онлайн

— Чего? — не понял я.

— Я слышал, что тебя маньяки избили и чуть не поживились твоими внутренностями!

— Ну, вроде того, — замялся я.

— Чего ты там искал-то один в сумерках?

— Надо было. Да и день еще стоял, когда я выбежал. — Меня охватило настойчивое желание закончить неприятный разговор.

— Ясно, — вздохнул Жуков и добавил с неподдельным интересом: — А тебя там не изнасиловали часом?

— Пошел ты! — огрызнулся я и добавил: — До новых встреч!

Разговаривать с инженером мне больше совершенно не хотелось. В голову пришла другая идея о том, кто может помочь разузнать что-нибудь про сержанта Мартинес и ее связи с ВА.

— Я так и знал! — донеслись до меня слова Жукова. — Не бойся! Я никому не скажу!

Вот ведь гад! Издевается!

Печатая шаг, я пошел обратно. Нужно найти Ричарда. Почему я сразу не догадался прежде всего поговорить с ним?

Ричард сидел на своей койке. Он как-то успел проскочить мимо меня, возвращаясь от сестры. Интересно, почему они все-таки в разных залах живут? Надо будет при случае поинтересоваться.

— Привет, — сказал я, присаживаясь рядом с ним.

— Привет, — автоматически повторил Ричард.

Было видно, что он о чем-то усиленно думает.

— Я у тебя много времени не займу, — поспешил заверить его я. — Помнишь, ты говорил, что сможешь побеседовать с людьми, раздобыть информацию?

— Помню.

Взгляд парня сфокусировался на мне. Теперь он слушал меня внимательно.

— Нужно что-то выяснить?

— Ты знаешь сержанта Мартинес? — спросил я, наблюдая за его реакцией.

— Знаю, — едва заметно поморщился он. — Доводилось сталкиваться.

— Мне нужно знать, откуда она родом. Почему прилетела сюда, и нет ли в ее поведении каких-то странностей. Попробуешь выяснить?

— Хорошо, — нехотя согласился Ричард. — Я ведь обещал.

— Вот и отлично, — улыбнулся я. — И, естественно, никому ни слова! Завтра, кстати, держитесь с сестрой рядом с нами. Эвакуироваться будем вместе. Есть сведения, что мест в машинах мало.

— Серьезно?! — испуганно воскликнул Ричард, и я схватил его за рукав.

— Тише, мать твою! Молчи!

Парень замолчал.

— Вот так! — похвалил его я. — Я, если не возражаешь, пойду посплю. И тебе советую!

— Хорошо, — негромко ответил Ричард. — До свидания.

Я кивнул ему на прощание, вернулся к своей койке и прилег.

Мне ничего не хотелось. Многометровая толща грунта над головой рождала смешанные чувства. Гигантская масса надежно защищала нас от того, что творилось на поверхности, и в то же время готовила всем смертельную ловушку. Завтра эти своды обрушатся на тех, кому не найдется места в машинах. Бункер, способный выдержать термоядерный взрыв, уступит удару природных сил этого мира.

Планета Джейн губит людей.

Мы не отважные покорители космоса, а всего лишь настырные мошки, докучающие огромным вселенским парнокопытным. Мы не понимаем чужие миры. Мы почти ничего не знаем о том, что ждет нас за пределами доброй и уютной Земли.

Дети, семя Земли! Мне даже смешно стало, когда я вспомнил свои старые наивные мысли. Как семена могут прорасти в пустоте? Как они смогут укорениться там, откуда сама природа выживает их? Космос терпит нас, пока мы не начинаем качать права, пока не зарываемся. А потом — хлопок мухобойки. Эпидемия. Пожар. Взрыв. Сель…

Может, и те гаснущие звезды — всего лишь реакция на человеческую экспансию?

Молочно-белая пелена тумана окутывала фургон. Рокот старинных двигателей внутреннего сгорания сотрясал воздух. В этой мутной завесе звуки становились тягучими и вязкими, сливались, обволакивали.

Я сидел около самого окошка крытого грузовика и пытался что-нибудь разглядеть в белесой мгле.

Пока мы ехали по Сент-Кроссу, я без труда различал темно-серые бараки и однотипные корпуса жилых зданий. Ураган и болезнь здорово поработали над городом. То тут, то там виднелись черные развалины, местами дома разрушились наполовину. Под колеса автомобиля постоянно попадали куски бетона и ломаный кирпич. Трясло нещадно.

Потом мы выбрались за пределы города и покатили по шоссе, растрескавшемуся от старости и непогоды. Тогда-то дождь и перестал идти. А затем навалился туман.

— Там смотреть не на что! — хмыкнул Ричард. — Если бы даже тумана не было — одни холмы да грязь.

Я не обратил внимания на слова парня. Мне очень хотелось увидеть торнадо, спорника или джейн в их естественной среде обитания.

— Когда доберемся до Провала, станет интереснее, — заметил Жуков.

— Что за Провал? — Я повернулся к соседям по фургону.

— Огромная дырка в земле, — бросила Рейчел.

Девушка, несмотря на тяжелую ситуацию в городе, сегодня выглядела великолепно — светлые волосы собраны в два хвостика над ушами, красная кофта с глубоким вырезом подчеркивает грудь, юбка до щиколоток выгодно удлиняет ноги. В общем, девчонка явно принарядилась к этой поездке. Интересно только, с какой целью.

Утро этого дня, как и предрекал Смирнов, выдалось тяжелым. Автоколонна прибыла в Сент-Кросс еще до рассвета. Дождь в это время лил как из ведра, поэтому солдаты отчаянно матерились, одевая на себя костюмы химзащиты и поднимаясь на поверхность. Людей, чтобы избежать паники, выводили под дулами автоматов и выстраивали перед внешней дверью, сверяясь со списком.

Я стал свидетелем отвратительной сцены, когда семью, соседствовавшую со мной, попытались разделить. Отца и сына солдаты тычками в спину стали выводить наружу, а мать и дочь оставили в бункере. Мужчина громко возмутился, спросил, в чем дело. Солдаты не удостоили его ответом. Тогда он вырвался и побежал к своей жене и дочери.

— Стоять! — заорал один из солдат, которые казались мне братьями-близнецами. — Если вы сейчас не пойдете с нами, то останетесь здесь и погибнете!

— Звери! — огрызнулся мужчина и обнял своих. — Эвакуируйтесь, нелюди! Мы останемся здесь! Лучше погибнуть вместе, чем спасаться так!

Солдаты не стали уговаривать, они переключились на других несчастных.

Вскоре я понял, что в первую очередь выводят здоровых и сильных людей. Когда дошла очередь до нас со Смирновым, подошедший к нам солдат поинтересовался, мы ли те, кто участвовал в подавлении мятежей на Фронтире.

— Да, — кивнул агент, незаметно подмигивая мне.

Я не разделял его радости. Во всей этой чертовой эвакуации мне виделось что-то совершенно неправильное и абсурдное. В книгах, которые я читал, всегда первыми уезжали в безопасное место женщины и дети. Даже в Забвении я не сталкивался с тем, что слабых просто пускали бы в расход.