Чтение онлайн

Сквозь искрящуюся прозрачную воду Тики видел, как плавно покачиваются их удивительно красивые изумрудные тела и шевелятся большие хвосты. Русалки, опираясь на них, стояли в воде вертикально и, вытянув маленькие изящные головы, глядели на человека.

Тики пристально рассматривал их и ждал от этих странных существ каких-нибудь действий, но русалки оставались неподвижными, и он вдруг понял выражение их лиц: это было страдание, горе, какое бывает у людей от невосполнимой потери... Тики понял, почему они страдают, и его передернуло.

– Ну?
– гневно сказал он.
– Что смотрите? Ждете, что я обижу вашего детеныша?
– Русалки тоскующими глазами, не мигая, смотрели на мальчика. Пакостные вы твари...
– Тики наклонился и осторожно взял на руки трепещущее нежное тельце. Огромные, совсем человеческие, глаза были полны ужаса.
– Не бойся...
– тихо сказал он, подошел к воде и осторожно опустил в нее малыша. Тот стремительно, как яркая зеленая стрела, метнулся в глубину.

Русалки еще больше вытянулись из воды, и Тики показалось, что выражение их глаз изменилось. Несколько долгих секунд они смотрели на человека, потом все, как одна, плеснув дивными блестящими хвостами, ушли в озеро. Круги на воде быстро разошлись.

– Пакостные твари...
– сердито бормотал Тики, шагая обратно к лагерю.
– Ждали, что я обижу их детеныша...

– Они разумны, они обладают необычными способностями, и они ненавидят человека. Это совершенно не известный мне вид живых существ, - завершил Тики свой рассказ о русалках.

Мальчики, с рюкзаками за спиной, в последний раз взглянули с обрыва на Русалочье озеро, доставившее им столько неприятных минут, и по неровной каменистой местности двинулись строго на запад, где впереди виднелись предгорья.

– Судя по твоему описанию, Тики, они похожи на сирен из древних мифов. Возможно, это озеро когда-то было частью моря.

– Сирены? Те, что заманивали мореплавателей, чтобы погубить их?
– Тики хлопнул себя ладонью по лбу.
– Потомки древних сирен, реликты... вымирающие, боящиеся человека и защищающиеся от него...

– Так же, как овинник, - добавил Дизи, беря на руки уставшего семенить за всеми петушка.

– Ты бы видел, в каком горе они пребывали, когда чувствовали, что теряют детеныша.

– Почему же они не вступили с тобой в контакт?

– Видимо, не хотели. Или не могли. Наверное, я был готов к их вторжению в мое подсознание и противился к этому. И злость моя им мешала. В общем, обе стороны не были готовы к добросердечному контакту. Они так растерялись, когда я вернул им малыша...

– Надеюсь, они извлекли из этого урок.

– Кто знает, Дизи? Может быть, и нет.
– Тики подергал за веревку отставшего Рики.
– Люди по-прежнему опасны для них. И рано или поздно они доберутся до этого озера. "Чертей" человек уже давно выживает, дойдет очередь и до русалок.

– А ты еще йети упрекаешь, - заметил Дизи, продолжая давний спор.

– Русалки, или сирены, если хочешь, на своей территории, и они защищаются. Простить их мне трудно, ведь они пытались убить Рики, но хотя бы понять мотивы этого поведения я могу. А йети...
– Тики поморщился.
– Это совсем другой случай.

– Ты что-нибудь предпримешь против русалок?
– осторожно спросил Дизи.

– Я еще подумаю над этим, - задумчиво проговорил Тики, озираясь на весело скачущего позади них Рики.
– И, скорее, не против них, а за...
– Он восхищенно вздохнул.
– Какие они красивые, Дизи... Как из сказки...

9.

С самого утра все валилось у Арины из рук. Определенная, назойливая тревога терзала ее сердце, и Арина понимала, что она означает. Сегодня что-то случится.

Солнце палило так, словно обезумело, но ровно в полдень, не в силах больше ждать и приготовившись к худшему, Арина побрела за околицу. Ноги не шли, она еле волоклась по пыльной дороге и еще издали почувствовала какую-то странную возню в облетевшем березовом леске сразу за рекой, справа от моста.

Держась за перила, Арина прошла по мосту и остановилась на самой его границе. Морщась на слепящем солнечном свету, она с тоской принялась ждать событий, и то, что она вскоре увидела, как громом, поразило ее. Плача от ужасной боли в покалеченных ногах, из леса выползла красивая молодая женщина. Она держала в руках белого петушка. Птица все время норовила вырваться и испуганно сипела сорванным голосом.

Увидев Арину, женщина перевела дух, кое-как подтянулась еще на шаг, оставляя на потрескавшейся земле страшный ярко-красный след, и, страдая от мучительных ран, застонала.

– Мама...
– обратилась она к Арине, - помоги же мне... Чего ты ждешь?

Арина, онемев, смотрела, как дергается в ее руках полузадушенный петух, как судорожно трясется его красный гребень, и ноги у нее подкашивались.

– Дуй, - наугад, сдавленным голосом, произнесла она, - ты дурак. У тебя же голубая кровь.

Женщина прекратила стенания, взглянула на свои раны и хмыкнула, потом поднялась со спекшейся земли, и неуловимое для глаз движение обратило ее в безобразного старика с жестокими глазами. Он держал белого петуха за горло, и тот уже почти не подавал признаков жизни - только слабо подрагивали его испачканные землей крылья.

– Ты ли это, мокошь?
– кривляясь, засмеялся Дуй.
– Никак состарилась от трудов своих?
– Он оборвал смех и оттопырил нижнюю губу.
– Про кровь я как-то не подумал. А она ведь у меня особенная. Кровь королей...

– Зачем пришел?
– перебила его Арина. Она еле держалась на ногах.

– А ты не видишь?
– Дуй вплотную подошел к Арине.
– Твой петух теперь у меня. Иди и возьми его.

– Это не мой петух...
– еле выговорила Арина.

– Давай проверим.

В одно мгновение он свернул петушку шею и, насмешливо скалясь, швырнул его Арине под ноги. Арина побледнела так, что ее синие глаза засияли еще ярче. Она с трудом наклонилась, чтобы поднять мертвую птицу, дрожащей рукой погладила петушку перышки, потом посмотрела в сторону леса. На мгновение она забыла о присутствии колдуна, который не сводил с нее глаз.

Да, это просто несчастная птица, которая попалась ему под руку, подумала Арина. Уже три недели, как мальчики ушли... Где же они? Живы?

– Где же они? Живы?
– хмыкнул Дуй.
– Значит, они еще живы, мокошь? Это я и хотел узнать от тебя.

– Из чего это ты сделал такой вывод?
– пытаясь скрыть охватившее ее отчаяние, чужим голосом спросила Арина.

– Почувствовал. Если бы они погибли, твое глупое сердце подсказало бы мне.
– Дуй поморщился.
– Столько хлопот из-за какого-то петуха... Придется тащиться на Русалочьи озера.
– Он исподлобья взглянул на Арину.
– Может, договоримся полюбовно: тебя съест волк, а эти бестолковые мальчишки пойдут, куда идут?